Адепт. Том 1. Обучение - Олег Бубела

– Злая ты, – обратился я к вампирше. – Я тут, можно сказать, в любви объясняюсь, а ты мешаешь проявлению высоких чувств. На чем я там остановился?.. Ах да! Замечательные густые, воинственно встопорщившиеся брови, восхитительно искривленные в яростной гримасе губы и очаровательные ямочки на…

От подзатыльника демона я все же успел увернуться и понял, что своей цели добился. Магистр широко улыбалась, уже не думая возвращаться к теме наказаний, но, подойдя ближе, недовольно заметила:

– Вижу, переизбыток силы в окружающем пространстве не пошел тебе на пользу, однако я быстро это поправлю. А вот что делать с вами? – Велисса посмотрела на нарушителей, снова синхронно уставившихся в пол.

– Госпожа магистр, я думаю, они уже осознали ВСЮ глубину своего проступка, поэтому так ли нужно наказывать их за весьма благородное желание увидеть своего раненого друга?

Надеюсь, более явных намеков мне делать не придется и целительница догадается, что Киса с Хором все знают, понимают и не станут трепать языком о том, что здесь увидели и услышали. К моему облегчению, декан только вздохнула и коротко приказала:

– Вон отсюда!

Демона с вампиршей не нужно было упрашивать дважды. Они быстро выскользнули за дверь, стараясь не встречаться взглядом с магистром, и только Киса на прощание нежно провела рукой по меху Кии. Спелись, однако! Велисса тоже это заметила и недовольно покачала головой. Обернувшись ко мне, декан спросила:

– От тебя стоит ожидать глупостей?

– Нет, – вполне серьезно ответил я. – А долго мне еще здесь находиться?

– Уже завтра можешь отправляться на занятия.

– То есть вопрос с нарушителем решен. Не поделитесь подробностями?

Велисса, присев на мою кровать, рассказала, что после долгого разбирательства действия Локоша было решено рассматривать как нападение на адепта вследствие внезапно возникших неприязненных отношений. Ни о каком незаконном проникновении в Академию речи не велось, что позволило обвиняемому отделаться весьма крупным штрафом, избежав суда Совета Магов. В штраф вошла оплата потраченного на активацию защиты запаса энергии, возмещение затрат на лечение, а также компенсация морального ущерба. Все это вылилось в две с хвостиком тысячи золотых, из которых мне, к сожалению, не полагалось ни медяка. Ведь во время обучения я становлюсь частью Академии, поэтому должен буду получить только благодарность ректора за проявленное мужество.

Судя по тому, что имя Керисана не упоминалось, наши предположения угодили в «десятку», но я все же уточнил, что перепало безопаснику. Декан просветила меня, что ему сперва хотели выписать благодарность за умелую подготовку дежурного, но потом пожурили за неосмотрительность в выборе друзей и не стали ничего делать. Я едва удержался от улыбки, оценив шутку ректора. Ну а Локоша в итоге отпустили, взяв долговую расписку и проводив под белы рученьки до ворот Академии. Примечательно, что Ризак напоследок посоветовал ему заходить еще, когда лишние деньги появятся. Тут я все-таки не выдержал и улыбнулся, подумав, что команда у ректора подобралась весьма неплохая. С ней было бы интересно поиграть.

Когда Велисса решила, что подробностей достаточно, она сняла порядком надоевшие мне тряпки с остатками мази (кстати, последняя хорошо поработала, заставив кожу выглядеть превосходно), забрала скучавшую Кию и удалилась, оставив меня одного размышлять над ее словами. Однако получасовое перебирание фактов и раскладывание их по полочкам ничего мне не дало. Я никак не мог понять, с какого рожна Совету следить за преподавателями далеко не самой популярной имперской Академии, не мог осознать, какие интриги плетутся в магической среде, какая команда играет против друзей ректора, какие шаги предпримет теперь Керисан… А самое главное, я никак не мог догадаться, чего же от меня хотел добиться Фалиано.

Глава 21

Практика – лучший учитель

Проснувшись утром до сигнала Колокола Академии, я обнаружил рядом с кроватью комплект новенькой формы боевого факультета и огорчился. Нет, все-таки я непозволительно расслабляюсь в последнее время, раз даже не заметил утреннего гостя, принесшего мне шмотки. А если бы он надумал в меня запустить чем-нибудь смертоносным? Успела бы меня поднять интуиция? В этом я не был уверен на все сто, так что одевался в мрачных раздумьях по поводу моей паранойи. Что-то она просыпается не вовремя, как, например, сейчас. Лучше бы посоветовала мне вчера вечером повесить на дверь простенькую незаметную сигналку!

Едва я успел посетить неприметную комнатку рядом с палатой и привести себя в порядок, как явилась Велисса и милостиво разрешила мне валить на все четыре стороны. Ведомый зовом желудка, я направился в столовую, надеясь спокойно позавтракать. Ага, не тут-то было! Как только я появился в этом наполненном аппетитными запахами помещении, меня окружила оживленная толпа моих одногруппников, желавших услышать из первых уст рассказ о героическом подвиге дежурного. Остальные адепты только поглядывали на меня с любопытством, но пробиваться сквозь тесное кольцо моих приятелей не спешили. В общем, мое настроение, и так не отличавшееся особой приподнятостью, скатилось куда-то в район плинтуса и подниматься решительно отказывалось.

К сожалению, шуточками отделаться не удалось, придумать гарантированную отмазку тоже не вышло, а послать всех подальше у меня просто язык не повернулся, так что пришлось согласиться на рассказ, потребовав взамен доступ к вожделенной пище. Изложение вчерашних событий получилось вялым и неинтересным, ведь я не знал подробностей легенды, выданной адептам ректором, и опасался случайно ее разрушить. Несмотря на острое желание приятелей узнать все детали происшествия, я на большую часть вопросов предпочел отмалчиваться, чем лишь укрепил свой образ героя-скромника, не желающего хвастать своими подвигами. Разумеется, меня это не устраивало, но поделать я ничего не мог, кроме как отмечать перемены в поведении остальных, вызванные новым всплеском моей популярности.

Все парни моей группы во главе с Вахом поздравляли меня, хвалили за то, что я «не посрамил честь факультета», «не дрогнул» и так далее. И если раньше некоторые сокурсники предпочитали держаться в стороне от нашей компании, то теперь абсолютно вся моя группа резко захотела дружить с героем. Некоторые даже откровенно гордились близким знакомством со мной, изредка бросая снисходительные взгляды на адептов других факультетов, наблюдавших за нашим разговором. А другие напоказ выставляли панибратское отношение, хлопали меня по плечу, пожимали руку и всячески выражали любовь до гроба. Кстати, о любви. Судя по томным вздохам адепток и прицельным выстрелам их очаровательных глаз, новая волна женского наступления на мое неприступное сердце была не за горами.

В общем, завтрак оказался безнадежно испорченным. И даже Киса с Хором, стоявшие в давно облюбованном нами углу, до которого я так и не сумел добраться, не спешили избавлять меня от надоедливых собеседников, несмотря на все умоляющие взгляды в их сторону. Друзья называется! Подошли бы, рявкнули на малолеток и забрали героя в личное пользование, так ведь нет – стояли и преспокойно наблюдали за моими мучениями, периодически ехидно ухмыляясь. Одно слово – нелюди!

Эта пытка закончилась, когда подошло время занятий. Первой по расписанию стояла лекция мастера Глода, на которую мне пришлось отправиться вместе со всеми. Однако, несмотря на то что я морально приготовился к худшему, в этот раз Глод не стал проверять наши знания, не стал в бешенстве кричать, брызгать слюной, награждать нас оскорблениями, а вместо этого начал новую лекцию. Причем без ехидных комментариев, без намеков на куриные мозги присутствующих и всего прочего – только сухой текст с необходимыми пояснениями.

На мастера это было совсем не похоже, поэтому добрую четверть лекции адепты недоуменно переглядывались. А я сделал вывод, что либо Керисан всерьез решил «залечь на дно», раз приказал своим друзьям держаться в рамках приличия и не бросать на него ни малейшей тени, либо старательно демонстрировал это ректору. В любом случае какое-то время мне можно было его не опасаться. Вот после этого вывода мое настроение с отметки «отвратительное» поднялось до «жить можно», а к началу второго занятия вообще взлетело до небес.

Оно проводилось Велиссой, которая разрешила мне самостоятельно поработать в лаборатории, пока она читала лекцию остальным. Ну, что сказать, оторвался я там по полной программе. В лаборатории оказались всего три адептки с лекарского факультета, но они были очень заняты и не мешали мне экспериментировать. С небывалым энтузиазмом я постарался воспроизвести на практике все наиболее употребительные лечебные составы, закрепив знания, почерпнутые из книг, а также успел состряпать порцию лимэля (разумеется, лайт-версии), слил его в небольшую флягу и спрятал ее во внутреннем кармане, решив уже сегодня отблагодарить хранителя библиотеки. Ведь я никогда не любил быть кому-то должным, а его помощь оказалась весьма кстати.