Номер Один - Диана Андерсон

— И я, — ответила она.

Я отвез Тину домой на машине мамы, которую она вчера оставила дома. Девушка незаметно прошмыгнула домой, к счастью у нее были ключи, а Тереза была у родственников на праздниких. Так что никто не заметил отсутствия Тины прошлой ночью.

Когда я вернулся домой, мама вовсю хозяйничала на кухне, и заметив меня, лишь вздохнула. На ее лице читался немой упрек, но я был слишком счастлив, чтобы вступать с ней в очередной неприятный разговор. Заметив несколько неубранных со вчерашнего дня коробок у елки, я решил отнести их, и те альбомы, что вытащила Тина на прошлой неделе, обратно в подвал. Пошатнувшись от веса коробок на ступеньке, я обронил альбом, и подняв его с пола, заметил одну фотографию, выпавшую из него. На ней были две девушки, стоящие рядом и улыбающиеся. На обороте было написано:

«Карнавал, сентябрь 1988 года».

Я видел раньше эти черно-белые фотографии из юности моей мамы, но не придавал особого значения изображению. Лишь сейчас, улыбнувшись, я еще раз посмотрел на фото и приглянувшись, заметил знакомую фигуру рядом с моей мамой. Это была Сидни Кренстон, мама Тины.

— Мам, — я приблизился к маме, хлопочущей в раннее утро у плиты. По кухне разнесся запах ароматных блинчиков. — Я тут нашел фото, — я показал карточку своей родительнице, указывая на снимок. — А что рядом с тобой делает мама Тины?

Я много раз видел этот снимок в детстве, и сейчас до меня стало доходить, почему лицо миссис Кренстон мне казалось каким-то отдаленно-знакомым. Женщина не сильно изменилось за двадцать с лишним лет, однако здесь по фото я бы никогда не подумал, что она владеет огромным состоянием.

Мама громко выдохнула, упираясь в столешницу.

— Нужно было выбросить эти фотографии, — пробубнила она себе под нос.

— Что случилось? — спросил я снова.

— Сидни, — прочистив горло, продолжила она. — В прошлом, она была моей лучшей подругой.

Меня словно окатили ледяной водой. Я бы никогда не подумал, что такое может иметь место быть. Внимательно слушая маму, я сглотнул.

— Но это было раньше, — добавила мама. — Поэтому сынок, я прошу держаться от ее дочки подальше, — предупредительно заявила она. — Хотя я уже поняла, что тебя бесполезно об этом просить.

— Угу, — твёрдо кивнул головой. — И что случилось дальше? Если ты хочешь, чтобы я оставил Тину в покое, — заявил я, в упор глядя на мать, — То ты должна объяснить мне, что у вас случилось.

Глаза мамы расширились от удивления после моих слов.

— Мы с Сидни были подругами, — начала она свой рассказ. — Познакомились с двумя крутые ребятами, влюбились, — продолжила она, прочистив горло. Ей было тяжело говорить об этом, но мама все вспоминала с долей тихой грусти. — Вышли замуж и родились вы, — завершила она. — А потом лучший друг твоего отца, предал его, отчего вскоре твой отец умер.

У меня перехватило дыхание от циничного пересказа мамы.

— Отец Кристины и был близким другом твоего покойного отца, — отрезала мама.

Я почувствовал, как теряю терпение и как почва ускользает из-под моих ног.

— Как он предал его? — прошептал я, пялясь в одну точку в столе.

— Крупная строительная компания их семьи, — ответила мама. — Изначально — это наш общий семейный бизнес. — Ричард, то есть отец Кристины, — осеклась мама, — Занимался финансами, а твой отец создавал все проекты. Тогда это была небольшая фирма, но дела шли хорошо, — продолжила она, а я внимательно слушал. — Как-то к ним поступил крупный заказ от незаконной подставной фирмы, в которой как я поняла отмывали деньги через всякие архитектурные проекты и искали подходящих для это застройщиков. Алек этого не знал, а Рик согласился сразу же за них обоих из-за крупных денег. Когда твой отец узнал об этом, было уже поздно. Он отказывался участвовать во всем этом, и хотел избавиться от готового проекта, над которым долго работал. Тот инвестор пообещал Рику создать огромные проблемы компании.

— И что случилось дальше? — настойчиво требовал я, когда мама прекратила свой рассказ.

— Алек прекратил сотрудничество несмотря ни на что. Я не знаю всех подробностей, но в суде Ричард подставил Алека, и в итоге твой отец лишился партнёрства и так как проект был целиком и полностью проектом Александра Хартера переданного той незаконной фирме, твой отец лишился деловой репутации и больше не смог работать в этой сфере.

Я опустил голову, не сводя глаз со своих запотевших ладоней. Я ни разу не видел отца Тины, ведь он всегда бывал занят на работе. Теперь пазл начал складываться воедино. Единственное, я не понимал, знает ли сама Сидни Кренстон о том, кто я? И если она догадалась, почему она так мила со мной?

— Ну а дальше ты знаешь, — резюмировала мать. — Искусство было делом его жизни, поэтому вскоре после всего этого Алек начал пить, а так как у него были проблемы с печенью, вскоре его здоровье сильно пошатнулось.

Сжав ладони в кулаки, я отстранился от кухонного островка. В висках безбожно пульсировало от полученной информации.

— Поэтому я не хотела, чтобы ты слишком сильно привязывался к этой девчонке, — объяснила мама.

Выдохнув сквозь зубы, я вернулся к ней.

— Мама, — тихо ответил я. — Это ничего не меняет. Мое отношение и чувства к Тине остаются неизменными, я же уже сказал.

— Но сынок, — мама прикрыла ладонь рукой.

— Тина не виновата в том, что произошло, — ответил я и направился к себе в комнату.

Кристина

У меня горели щеки. Когда я пришла домой, Брэндон сразу же отправил мне музыкальный файл с моей песней. И много слов о том, как сильно он меня любит. Немного покалывало в пояснице и слегка побаливало тело после того, что произошло прошлой ночью. Это нисколько не испортило мое прекрасное настроение. Я разглядывала чудесное кольцо с аквамарином по центру, переливающимся всеми оттенками голубого. Почему-то мне ни с кем не хотелось делиться этой радостью. Даже с Джудит, с которой я сидела в кафе.

Вернувшись домой, ближе к вечеру, я быстро приняла душ, и натянув на себя свитер и джинсы, спустилась вниз по лестнице. Я собиралась к Брэндону на ужин перед праздником.

В воздухе витало неловкое молчание. Миссис Хартер закончив трапезу, вежливо улыбнувшись, покинула ужин, сославшись на дикую головную боль. После ужина мы направились в комнату к Брэндону. Мне было неловко после всего случившегося снова заходить сюда, но в конце концов нужно было взять себя в руки и вспомнить какой смелой бывала я раньше.

— Уже получается