Сага о халруджи - Вера Александровна Петрук

воспользовались тайными знаниями, полученными от Нехебкая. После воскрешения Подобный бежал за Гургаран, где до сих пор вынашивал планы завершить Второй Исход. Со временем серкетов становилось все меньше, их популярность среди людей падала, — несчастий становилось больше, а септорию Первого Исхода становилось завершить все труднее.

Скоро серкеты превратились в такую же легенду, как и сам Нехебкай. Оставшиеся серкеты ушли из городов в пустыни, поселившись в пустошах, которые стали последними храмами Нехебкая. Со временем из всех пустошей осталась только одна — Пустошь Кербала. О ней ходили разные слухи, но мало кто верил, что там остались те самые, древние слуги Нехебкая. Иман верил в существование Подобного, для этого и создал Белую Мельницу. Главный вопрос, волнующий и его, и серкетов в Пустоши Кербала: когда Подобный начет Второй Исход. Серкеты в Пустоши пытались завершить Первый Исход, Подобный за Гургараном — Второй. Вопрос — кого первым услышит Нехебкай? Жрицы Нехебкая должны были отвлекать его, не дать несчастью случится. Они уходили в Керхар-Антар, где предлагали ему свои тела, чтобы усилить человеческую сторону и восстановить баланс сил: человеческих и божественных. Серкеты Пустоши не могли завершить септорию Первого Исхода, поэтому позвали Атрею выполнить свой долг жрицы. Серкеты хотели вернуть имана в Пустошь, считая, что он поможет им завершить септорию Первого Исхода. Но иман медлил, полагая, что времена изменились, и для того, чтобы отпарвить Нехебкая домой требуются иные методы. А возможно, Индиговый уже и не хотел домой, а его желание осталось лишь в головах людей. Здесь иман был близок к Подобному, так как думал о Третьем Исходе, о котором рассказывал Арлингу. Впоследствие Арлинг вспомнит о его словах и воплотит Третий Исход в жизнь, сумев таким образом одолеть Негуса и Нехебкая, который воплотился в образе могущественного змея-септора.

Серкеты оказали большое влияние на культуру и религию кучеяров, которые переняли — в искаженном виде — многие ритуалы, в том числе, септорию.

Солукрай знали только Воины Нехебкая (у серкетов были разные «категории»). Им было запрещено вступать в связь с женщиной. Иман предал орден, когда полюбил Цибеллу. Кучеяры верили, что любого, кто поднял бы руку на Скользящего или встал на его пути, постигла бы неминуемая кара.

Ворота — символ серкетов.

Партутаэ. Жертва, которую приносят серкетам в обмен на их тайны. Абир Регарди не один год пытался выведать у имана проход через Гургаранские горы, предлагая ему разные виды партутаэ, в том числе, и свой корабль. Истинное партутаэ должно было быть оторвано от самого сердца. Только за самое дорогое и сокровенное серкеты могли поделиться тайнами. Предлагая Арлинга, Абир не лукавил, так как считал, что у слепых нет жизни. Думал, что у имана есть карта прохода через Гургаран.

Халруджи. Древний кучеярский обет. Пережиток, оставшийся со времен, когда городами кучеяров правили серкеты. Создатель — серкет Махди, который написал книгу, изложив в ней основы учения о халруджи. Обряд получил популярность не только среди серкетов. Халруджи мог стать любой кучеяр, вне зависимости от религии и социального положения, но чаще всего — воины. В широком смысле, халруджи — тот, кто совершил ошибку в жизни и, не сумев смириться со своей совестью, пытается бескорыстным служением другому человеку вернуть себе чистоту духа и сердца. В формальном — тот, кто поклялся служить господину и соблюдать заповеди Великой Книги Махди. Однако соблюдать принципы учения Махди должен был и господин халруджи. Древний обряд халруджи освобождал от всех связей прошлого. Став халруджи, Арлинг спас и себя, и имана, так как перестал быть учеником имана, сыном канцлера, драганом, вообще кем-либо. Теперь он был только халруджи. Все его грехи и ошибки остались в прошлом. Прежний человек умирал, чтобы уступить место новому, который должен был родиться во время служения. Это было третье перерождение Арлинга (первое — Магда, второе — слепота и борьба с ней). Не каждый преступник мог стать халруджи, чтобы скрыться от преступлений прошлого и избежать наказания, например, смертной казни. В халруджи могла посвятить только серкет или жрица Нехебкая. Арлинга посвятила в халруджи Зерге.

В случае смерти господина халруджи отправлялся на Дорогу Молчания, чтобы принять там обет Полуденного Зноя.

Клятва халруджи. Халруджи клянется своему господину три раза. Первый — когда приступает к служению. Слова его крепятся водой. Второй — когда халруджи обманул и предал своего господина. Слова крепятся солью. Третий — когда халруджи потерпел поражение, и готов отправиться на поиски Дороги Молчания. Слова скрепляются огнем и кровью. Арлинг клялся Сейфуллаху два раза. Соль присутствовала во второй клятве не случайно. Несмотря на то, что в некоторых городах Сикелии ее было столько, что из нее строили дома и храмы, кучеяры считали ее мерилом справедливости и называли сокровищем, которое не имело подлинной стоимости. Верность нельзя оценить в золоте или серебре. Она подобно соли, которая похожа на песок под ногами, но истинный вкус которой можно ощутить, только попробовав ее. Сейфуллах мог его избить, унизить, заставить выполнить любой каприз и даже убить. Но он не имел права продавать халруджи другому человеку. Законы Махди связывали их, словно узами брака, на всю жизнь. Господин мог отказаться от халруджи, отправив последнего по Дороге Молчания, то есть, на верную смерть, но никогда — продать.

Великая Книга Махди. Хоть и была написана серкетам, почиталась многими кучеярами, как сборник мудрейших философских изречений. Многие ее знали, ссылались и руководствовались в жизни. Золотая Глава — в ней содержалось основное руководство для халруджи.

Дорога молчания. От клятвы халруджи мог освободить господин и сделать его снова свободным человеком, но для этого ему самому пришлось заплатить немалую цену, чаще всего, кровью, пройдя сложный ритуал. К нему прибегали редко. Господин имел полное право убить халруджи. Но хуже всего, если он отказывался от его услуг — это считалось позорным. Тогда халруджи приходилось бы отправиться по Дороге Молчания, которая, по слухам, находилась где-то в Карах-Антаре. Другими словами, халруджи отправлялся в пустыню, где должен был умереть в одиночестве. Он также должен был пойти этим путем, если господина убивали.

Некоторые положения учения о халруджи: Халруджи не допускает ни малейшего сомнения в господине. Со словом «верность» он просыпается и засыпает. Он идет по этому пути не только, когда господин процветает, но и когда тот в беде. Халруджи считает свою жизнь никчемной, отказываясь от личной выгоды и защищая господина до конца. Бесстрастность и удовлетворенность самым простым — его главные принципы. Но быть халруджи означает не только службу хозяину. Самое главное