Избранные труды. Том IV - Олимпиад Соломонович Иоффе

от теоретических концепций правовые нормы должны строго соблюдаться при подчинении текущих норм основным. Понимали ли создатели подобных основных норм, какие шлюзы беззакония они открыли, не говоря уже о прогнозировании, которое еще недавно обещало в недалеком, уже прошедшем, будущем победу коммунизма. Не выдерживает проверки и планирование, как некая основная норма, учитывая его современное положение. А после формулирования всех этих норм идет перечисление и объяснение приемов регулирования хозяйственной деятельности – лицензирование, патентование и другие, которые либо более тщательно отражены в других законах (например гражданских), либо вообще имеют отношение не к законам, а к экономической или иной теории.

Недостатки, отмеченные выше, встречаются и во многих других частях Хозяйственного кодекса. Читатель легко обнаружит их сам, полагаясь на ориентиры, очерченные ранее.

3. Отдельные замечания по разным главам

Зачастую составители кодекса забывают о границах хозяйственного права, определенных в том же кодексе ими самими. Нередко это происходит вследствие проводимой ими перестройки системы права, сложившейся ранее и унаследованной другими странами СНГ, которые существовали в прошлом как республики Советского Союза. Дело в том, что до выделения хозяйственного права общие нормы о правовом режиме имущества формулировались в гражданских кодексах в соответствии с Основами гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик. После принятия ХК в Украине больше нет такой отрасли права, а без общих категорий, выраженных в общих нормах, зачастую не обойтись и при формулировании определенных специальных правил. Возьмем в качестве примера норму об основаниях возникновения имущественных прав и обязанностей. Соответствующие основания для субъектов хозяйствования представлены в ст. 144. П. 1 этой статьи устанавливает, что имущественные права и обязанности такого рода возникают по сделкам, предусмотренным законом, а также по сделкам, не предусмотренным законом, но не противоречащим ему. Например, ХК не предусматривает договора купли-продажи. Но невозможно представить себе хозяйственную деятельность без этого договора. Ст. 265 ХК говорит только о поставке как хозяйственном договоре о возмездной реализации имущества. А как быть с эпизодическим приобретением продуктов производства для хозяйственных нужд? Этот случай обходится молчанием. Но у него отсутствуют некоторые необходимые признаки поставки, хотя имеются все признаки хозяйственного договора. Как регулировать основанные на нем отношения? Считать его поставкой, не предусмотренной ХК? Тогда согласно п. 6 ст. 265 он подчиняется соответствующим положениям ГК Украины. Выходит, что в каком-то объеме хозяйственные отношения регулируются гражданским правом, и этот объем странным образом определяется Хозяйственным кодексом. А может быть лучше считать названный договор хозяйственной куплей-продажей? Но такого понятия нет в ХК. Значит, нужно рассматривать его как общее понятие поставки для всех отраслей права? Или определить его природу по ГК с переносом регулирования возникших отношений в ХК согласно п. 1 ст. 144? При любом решении общее для хозяйственного и гражданского права значение имеют положения хозяйственного права.

Аналогичная ситуация встречается также во многих других случаях, но я взял очевидный случай, и чтобы улучшить дело, нужно отказать хозяйственному праву в купле-продаже, хотя экономически купля-продажа стоит и за поставкой, и за договором купли-продажи. Такую коллизию критики хозяйственного права не могли предугадать даже во времена самой острой дискуссии с хозяйственно-правовой концепцией. Но они предсказывали другое: многообъемное дублирование гражданско-правовых норм в хозяйственном праве с весьма незначительными хозяйственно-правовыми оттенками – это положение подтвердилось сполна.

Возьмем раздел III ХК «Имущественная основа хозяйствования». Он начинается главой 14 «Имущество субъектов хозяйствования», в которой обычным цивилистическим языком говорится о праве собственности, праве хозяйственного ведения и праве оперативного управления. Все эти категории были введены гражданским законодательством. Теперь же они становятся также категориями хозяйственно-правовыми.

Это дублирование при создании хозяйственного права неизбежно, но оно тем не менее не перестает быть дублированием. К указанной триаде, однако, добавлен четвертый компонент – право оперативного использования имущества. Это дотоле неведомое право подразумевает правомочие обособленного подразделения (структурной единицы) хозяйственной организации по использованию предоставленного ему имущества (ст. 138). Под такое общее обозначение подойдет и цех, а не только филиалы, представительства и другие упоминаемые в дальнейшем подразделения. Что означает подобное использование? А то, что оно и не управление, и не ведение. Почему же оно называется «оперативным», и даже «правом»? Правом его не назовешь, ибо его субъект только подразделение, хотя и отдельное. Все дело в стремлении выстроить в один ряд ведение, управление и использование, чтобы отразить их общим понятием, хотя первое и второе предоставляются юридическим лицам, а третье имеет дело с подразделением юридического лица.

Пойдем дальше. IV раздел посвящен обязательствам. Здесь уже только две группы обязательств – имущественно-хозяйственные и организационно-хозяйственные. Они устанавливаются: первые – между управленческими организациями и подчиненными обособленными подразделениями; вторые – между субъектами хозяйствования – юридическими лицами (п. 2 ст. 173). Определение первых читатель с чувством юмора не сможет читать без улыбки. Послушайте. П. 1 ст. 176: «Организационно-хозяйственными признаются хозяйственные обязательства, возникающие в процессе управления хозяйственной деятельностью между субъектом хозяйствования и субъектом организационно-хозяйственных полномочий, в силу которых обязанная сторона должна осуществлять в пользу другой стороны определенное управленческо-хозяйственное (организационное) действие…, а управомоченная сторона имеет право требовать от обязанной стороны выполнения ее обязанности». В перечне обязанных фигурируют собственники имущества, на котором основывается данный субъект, или органы государственной власти и местного самоуправления, наделенные хозяйственной правосубъектностью относительно этого субъекта. Значит, орган власти или местного самоуправления не вправе, а обязан управлять, подчиненный же ему субъект не обязан подчиняться, а вправе требовать от него управления! Помните: «Велика и обильна земля русская, а порядку в ней нет. Приходите править нами». А начнете править, будем требовать от вас исполнения вашей обязанности. Ведь мы, а не вы, управомоченные. Происходит так из-за того, что определение хозяйственной обязанности по традиции ориентировано на цивилистическую трактовку, и вместо претерпевания подчиненным говорится о требовании к управителям. Немецкий цивилист Иеринг, упоминавшийся ранее, как-то написал книгу «Scherz und Ernst in der Jurisprudenz» (Смешное и серьезное в праве). Жаль, не дожил до нашего времени. То-то бы ему подбросили смешного! А в денежных обязательствах, говорится в ХК, управомоченный – кредитор, а обязанный – должник. Значит: объединение управляет как должник, а предприятие подчиняется как кредитор. Это особенно хорошо звучит в денежных обязательствах, например в отчислениях, которые предприятие платит объединению: плательщик – кредитор, а получатель – должник.

Будем надеяться, что это просто ляпсус, и пока долговечность ХК не установлена, не стоит торопиться с его изменением.

А дальше идут хозяйственные договоры, либо переписанные из гражданского права, либо взятые из других нормативных источников. Но этот участок ХК совершенно исключителен благодаря ч. 2 п. 1 ст. 175, где признается, что «имущественные обязательства, возникающие между участниками хозяйственных отношений, регулируются Гражданским кодексом Украины с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом». Это уже не уступка. Это капитуляция. Ничто так подробно не представлено из гражданско-правовых институтов в ХК, как хозяйственные обязательства и хозяйственные договоры. Главные аргументы против хозяйственного права цивилисты почерпнули оттуда. Теперь эти обязательства возвращены гражданскому праву, так сказать по принадлежности. Ну что же. О праве собственности или о юридических лицах нет смысла спорить с «хозяйственниками». Эти проблемы плохо отражены и в их теории, и в Хозяйственном кодексе. Тут же они забыли ликвидировать два своих самых существенных обещания: устранить множественность источников хозяйственного законодательства (эти разделы пестрят отсылками к текущему законодательству) и изъять из ГК все его хозяйственно-правовые правила (ГК должен их теперь сохранить, ибо все обязательства, включая хозяйственные, а также проблемы юридических лиц и права собственности будут им регулироваться).

Нормами об ответственности и оперативно-хозяйственных санкциях завершаются регулятивные правила ХК. При этом нормы об ответственности скопированы преимущественно из ГК, а оперативно-хозяйственными санкциями объявляются те, которые применяются в особом порядке (например, самими контрагентами), но могут быть обжалованы в суде (главы 26–27). Зачем их перемещать в ХК, если имущественно-хозяйственные обязательства остаются в ГК, понять невозможно. Ведь дублирование других отраслей права нисколько не обогащает систему права, а только осложняет ее. К тому же общая проблема охраны прав освещена в ХК с большими пробелами, а регулирование ответственности в различных отраслях хозяйственной деятельности заменяется многочисленными казуистическими институтами. Тщетно искать виндикационный и негаторный иски при всей их важности для защиты права собственности и других вещных прав. Что же касается оперативно-хозяйственных и штрафных санкций, то они есть и в ГК под другим наименованием, и выделены в ХК едва ли