Птицы - Торин Владимир

– Я? – удивился Финч.

– Да. Когда стал перечислять жертв исчезновений. Ты назвал одно имя… Я понял, что допустил ошибку с одним именем, понимаешь?

– Что это за имя? – спросил мальчик, надеясь наконец услышать всю правду о Гелленкопфе.

– Вдова Лилли, – сказал мистер Франки.

Мальчик был разочарован, и все же ответ его заинтриговал:

– Но она здесь при чем?

– Ты сказал, что ее муж исчез…

– Я так подумал, – неуверенно проговорил Финч. – Она же вдова…

– Все верно! – воскликнул мистер Франки и, повернувшись к камину, схватил кочергу. Нервно и лихорадочно поворошил угли. – Конечно, ты прав. Но я стал перечитывать свои записи и обнаружил, что не знаю о том, как он пропал. В смысле, – старик, прищурившись, глянул на Финча, – не знаю сказочку, которую сочинили по поводу него, мол, как он якобы ушел за папиретками в табачную лавку и не успел вернуться до начала бури, или еще что-то в том же бездарном лживом духе. И я стал искать, – мистер Франки кивнул на стопки старых выпусков газет, образовавших целые колонны вокруг его кресла.

– И вы нашли?

– Нет. Но я нашел кое-что другое.

– Что?

– Вот это, – сказал мистер Франки и, достав из кармана шлафрока вырезку, протянул ее мальчику.

Финч взглянул. Вероятно, вырезка относилась к заметке о женитьбе. На снимке была изображена молодая пара. Финч пригляделся и узнал в девушке вдову Лилли, только она была не в пример счастливее и оживленнее нынешней.

– Это вдова Лилли и ее муж, – кивнул Финч. – И что в этом такого?

Старик раздраженно пожевал губами.

– Как «что в этом такого»?! – воскликнул он, но тут же вспомнил, что Финч ведь еще ничего не знает. – Дело в муже вдовы. Я нашел его еще кое-где, – сказал мистер Франки. – Вот здесь. Здесь и здесь.

Он протянул мальчику еще несколько газетных вырезок. Финч вгляделся в пропечатанные на них снимки. На одном перед фотографом позировали несколько важных джентльменов при цилиндрах и тростях, они держали в руках какие-то блестящие ожерелья. За их спинами стояли констебли, и среди них, будто прячась от объектива камеры, угадывалась еще одна фигура. С удивлением Финч узнал мужа вдовы Лилли. Заголовок гласил: «ПОЛИЦИЯ РАЗЫСКАЛА ПОХИТИТЕЛЕЙ БРИЛЛИАНТОВ».

На другом снимке пара констеблей держала за шиворот опасного с виду типа, закованного в кандалы. На заднем плане снова стоял муж вдовы Лилли. Этот заголовок сообщал: «ДУШЕГУБ МАКГРЕЙВ ВЫСЛЕЖЕН И СХВАЧЕН!»

На третьем снимке была запечатлена женщина, обнимающая мальчика и девочку. Муж вдовы Лилли был и здесь: о чем-то говорил с каким-то джентльменом в клетчатом костюме. Он стоял довольно далеко, и фокус с него сместился, но характерные черты (нос с горбинкой, аккуратные бакенбарды и прищуренный лисий взгляд) угадывались. Заголовок и небольшая заметка под ним проясняли картину: «ПОХИЩЕННЫЕ ДЕТИ НАШЛИСЬ. Томми и Лиззи Фоули найдены и возвращены живыми и невредимыми благодаря решительным действиям полиции».

– Он здесь везде! – взволнованно проговорил Финч. – На каждом снимке! Но почему?

– Вот и мне стало любопытно, – сказал мистер Франки. – Благодаря этим заметкам я сделал вывод, что он как-то связан с полицией, и начал копать. Изучив все громкие криминальные дела за последние десять лет, я выяснил, что муж Лилли Грейвз, Лайонел, – полицейский сыщик из Докери. И когда я раскопал это, возник закономерный вопрос: как так вышло, что в доме, в котором столько людей исчезло неизвестно куда, случайным образом жил сыщик?

– Случайным?

– Вовсе не случайным, Финч!

Мистер Франки снова принялся бродить по гостиной. Он сложил руки за спиной и сгорбился, будто высматривая что-то у себя под ногами.

– Я узнал, что чета Грейвз, – сказал старик, – поселилась здесь относительно недавно – около семи лет назад. Уже после половины исчезновений.

– То есть они не причастны к исчезновениям?

Мистер Франки бросил на мальчика взгляд, полный сомнений.

– Сыщик селится в таком доме… – раздраженно из-за недогадливости Финча проворчал он. – Подумай как следует, мальчишка! Разумеется, это неспроста!

– Так зачем я вам понадобился, сэр?

– Ты пойдешь к Лилли Грейвз и все разузнаешь.

– Я?! – поразился Финч.

– Я не могу надолго покидать квартиру.

– Но почему?

Мистер Франки сдвинул кустистые брови:

– А это уже мое личное дело! Разговори вдову Лилли: думаю, именно исчезновение ее мужа – недостающий фрагмент, который все прояснит.

– Но как я ее разговорю? – спросил Финч. – Она мне ничего не скажет!

– Скажет, я уверен.

– Откуда вы знаете?

– Вот откуда. – Мистер Франки вытащил из-под манжеты шлафрока еще одну вырезку и протянул ее мальчику.

На ней не было снимков, лишь коротенькая заметка:

Супруга полицейского сыщика из Докери, пропавшего во время последней снежной бури, заявляет, что ее муж вовсе не исчез, а был убит, расследуя странные исчезновения.

Весь прошлый месяц безутешная дама осаждала полицейский участок, обвиняла коллег своего мужа в безразличии, преследовала господина главного судью района Докери, требуя от него действий, и даже грозилась привлечь к делу адвокатов. При этом она так и не смогла предоставить какие-либо убедительные доказательства не только своих слов, но и того, что ее пропавший супруг занимался упомянутым расследованием.

С прискорбием сообщаем, что докторам пришлось прописать ей меланхолическую микстуру, чтобы унять ее острые истерические приступы».

– Вы думаете, это о вдове Лилли? – спросил Финч, дочитав.

– Нет, о моей бабушке Беллатрис! – возмущенно воскликнул мистер Франки. – Конечно, речь о вдове Лилли. Все сходится. Она что-то знает. Думаю, тебе не составит труда выяснить подробности, ведь эта женщина и сама отчаянно хотела быть услышанной.

– До меланхолической микстуры, – веско заметил Финч.

– Будем надеяться на лучшее. – Старик ободряюще похлопал мальчика по плечу и мягко, но уверенно потолкал его к выходу. – Тебе не стоит ее бояться – она совершенно безобидна, как мышь с перебитыми лапками. Так что запасись терпением и вниманием, отправляйся вниз и попытайся узнать как можно больше.

– Но…

– И поскорее! – сказал мистер Франки, захлопнул дверь и уже из-за нее добавил: – Это очень важно!

Напоследок показав двери язык, Финч направился на второй этаж…

…Дверь квартиры № 2 была синей и потертой. Финч неуверенно потоптался перед ней, взял себя в руки и позвонил. Колокольчики скорее заскрипели, чем зазвенели.

Вдова Лилли открыла дверь. Не сказав ни слова, она развернулась и пошаркала вглубь квартиры.

Да уж, такого Финч точно не ожидал, но все же особого приглашения дожидаться не стал и, войдя в темную прихожую, прикрыл за собой дверь. А затем медленно и осторожно двинулся по коридору.

Вдову он нашел в гостиной. Покачиваясь в кресле-качалке, она вязала шаль; рядом с хозяйкой на полу стояла большая корзина с клубками черных ниток.

– Мэм, можно присесть? – спросил мальчик.

Вдова Лилли управлялась со спицами резко и дергано, но при этом на лице ее застыло отсутствующее выражение. Услышав вопрос Финча, она кивнула и указала на пустое место на диване рядом со старым выключенным автоматоном. Тот сидел, опустив голову и сложив латунные руки на коленях. При этом механоид был заботливо укрыт зеленым пледом.

– Наверное, он совсем замерз, – неловко пошутил Финч.

– Макли, – сказала вдова Лилли, не поднимая глаз от спиц. – Как я рада, что ты снова говоришь. Я так давно не слышала твой голос.

– Мэм, я… – Финч хотел было представиться и объяснить, зачем пришел, но вдова Лилли дернула головой и проворчала:

– Ты так давно не говорил со мной. Твой ключ где-то потерялся. Он потерялся вместе с Лайонелом, но ты снова говоришь со мной. Как в старые времена. Ты расскажешь мне что-нибудь, Макли? Ты ведь рассказывал такие чудесные истории. Я так скучала по ним. Расскажи мне что-нибудь, прошу тебя…