Мое искушение - Инна Разина

Глава 82 Яна

Просыпаюсь резко и нервно дергаюсь. В груди ощущение тягучей пустоты. Накатывает страх и воспоминания о вчерашнем. А потом чувствую сильные руки на своем теле, прижимающие меня к горячему торсу. Выдох в макушку запускает мурашки. А мягкий поцелуй за ухом будто разом выключает напряжение. Все хорошо, я в руках своего мужчины. Он здесь, со мной. Обволакивает своим теплом и запахом. Окружает заботой и любовью. Жадные руки проходятся по телу, оглаживая изгибы, сжимают грудь. Мужское дыхание рвется, а у меня пальцы на ногах поджимаются. Он всегда так легко заводит меня.

Поворачиваюсь в руках Ильи и встречаюсь с голодным взглядом. Расплавленный янтарь мерцает в карих глазах, завораживая меня. Это так красиво. Медленно тяну руку и прохожусь кончиками пальцев по его ресницам, переносице, лбу. Спускаюсь к губам. Поглаживаю их. Они сухие и немножко шершавые. Тянутся за моими пальцами, целуя, втягивая в рот. Дальше подключаются зубы и язык. Сладко и порочно, зажигая кровь. Разгоняя по венам огонь. Илья рывком стаскивает с меня пижаму и вжимает в свое тело, кожа к коже. А мне хочется еще ближе, вплавиться в него. Стать с ним неразрывным целым. Когда он с глухим стоном впивается в мои губы, отвечаю не менее горячо. И шумно. Сейчас мне полностью плевать, что мы в доме не одни.

Мне больше не стыдно. Ни за протяжные, хриплые стоны, ни за звуки, с которыми сливаются наши тела. Вбиваются друг в друга. За скрип кровати. За сдавленный крик на самом пике в мужскую ладонь. За запах нашего секса, пропитавший воздух в комнате и постельное белье. Нам так необходима эта близость сейчас. И меньше всего хочется думать, что мы шокируем кого-то. В конце концов, мы практически муж и жена. Я ведь даже с Ромой стеснялась заниматься любовью рядом с его матерью. А потом это стало уже не важно, потому что я встретила Илью.

Мысли о Ромке вырывают из сладостной эйфории. Все еще лежу, придавленная тяжелым, влажным мужским телом. Это так приятно. Так горячо. Когда между нами нет никаких преград. Ни клочка одежды. Только мы, такие как есть. Обнаженные и телом и душой. Илья гладит мое лицо, оставляя на нем мимолетные поцелуи. Его грудь все еще ходит ходуном, с каждым вдохом сильнее прижимаясь к моей груди. Мои ладони скользят по его разгоряченной коже. Лопаткам, плечам. Не могу насытиться его близостью, нежностью, лаской.

Илья перекатывается на бок, утаскивая меня за собой. Недовольно мычу. Так не хочется терять это ощущения тяжелого тела, вдавливающего в кровать. А он ласково усмехается и целует кончики моих губ. Притягивает мою голову к себе на грудь и трется жесткой щетиной о спутанные волосы. Эта расслабленная нежность после секса ничуть не хуже основного действа. Она сближает еще сильнее. Потому что затрагивает что-то глубоко внутри. Ласкаюсь, оставляя поцелуи на его груди. Прижимаясь к ней щекой.

— Маленькая моя, — тихо шепчет Илья, — я люблю тебя так сильно… мне даже слов не хватает. Сладкая, любимая… ласковая такая… Ты рвешь мне душу своей нежностью… Я же кровь за тебя всю до капли отдам. Потому что в каждой капле — ты…

И я верю каждому слову. Чувствую его. Помню ту страшную пустоту в глазах, что успела вчера увидеть. Там, на вокзале, когда он трясущимися руками поднимал меня с холодной земли. Как разгоралась в черных, потухших глазах жизнь, когда он понял, что я жива, тоже помню. И вряд ли когда-нибудь забуду. Но есть еще один человек, которому я должна сказать спасибо за то, что жива. И мы скоро к нему поедем. Отдышавшись, принимаем душ. Одеваемся и спускаемся вниз. Мама Ильи уже накрыла на стол. Во время завтрака понимаю, что эта ситуация нас не оттолкнула, а сблизила. Наталья Петровна даже обнимает меня и еле слышно шепчет «спасибо».

Так же ведет себя и мама Ромы, за которой мы заезжаем по дороге в больницу. Я немного удивлена. Можно сказать, что ее сын пострадал из-за меня, закрыл меня собой. Хотя неизвестно, как поступил бы дальше Олег. Я узнала его в ту же секунду, как увидела на перроне. Даже в надвинутом на глаза капюшоне. Но сделать ничего не успела, он уже бросился на нас. Никто не успел. А когда Олег замахнулся ножом,  люди стали с криками разбегаться. Я понимала, что надежды нет. И только одна мысль вспыхнула ярко: как с этим справится Илья. Быть объектом такой одержимой любви немного страшно. Слишком большая ответственность.

А потом меня заслонил Рома. Резкий толчок, полный боли стон. Тяжесть тела, которое я не удержала. И мы оба падаем на землю. Дальше почти ничего не помню. Из странного забытья вырывает раненный рев Ильи. Звуки борьбы. И его тяжелое дыхание, когда он обхватывает мою голову и склоняется надо мной. Наверное, все же придется обратиться к психологу. Эти воспоминания периодически накатывают на меня, заставляя сердце ускоренно биться. А у нас с Ильей между сердцами словно ниточка натянута. Он сразу чувствует мое. Смотрит тревожно, обхватывает мою ладонь и сжимает крепко. Так и едем до больницы, держась за руки. Лишь изредка отрываясь, чтобы он мог переключить скорость.

В справочной нам сообщают, что Рому уже перевели в палату. Лицо его мамы разглаживается, все же она очень переживала. Ее первой отправляем к сыну. Навещать его разрешили только по одному. Наталья Петровна ждет сестру в коридоре, решая не тревожить племянника. После Ольги Петровны к Роме заходит Илья. Мне очень интересно, о чем они говорят. Но обещаю себе не расспрашивать. Они оба имеют право на личные границы. Есть и еще одна причина. Я тоже хочу оставить в тайне то, о чем мы будем говорить с Ромой. И иду следующей в палату._________________

Дорогие, с удовольствием приглашаю вас в мою новинку: роман «Под твоей защитой»!

Он достиг всего, чего хотел. Но не смог создать семью. Женщины нагоняют на него скуку и усталость. Она привыкла полагаться только на себя и не доверять мужчинам. Странные события сведут их вместе, заставив пересмотреть привычные взгляды. Ей придется довериться опасному, пугающему мужчине. Ему — впервые открыться женщине до конца.

Нас ждет:

Сильная и самодостаточная героиня. Но нежная и мягкая внутри)

Мрачный одиночка, который выражает чувства, как умеет. А он не умеет)