Даггер: Инициация - Денис Александрович Агеев

сожалением подумал, что, возможно, у меня поврежден сустав. Если на мышечную ткань было наплевать, то вот с костями все могло оказаться куда печальнее. Руку, тем не менее, я чувствовал и пока мог почти без ограничений ею пользоваться, так что все тревожные мысли на этот счет я решил отложить на неопределенное время.

Я врезал андроиду по голове правой рукой, но он как будто этого и не заметил, хотя немного и отшатнулся. Схватил меня за ключицу и резко повалил на бок, снова выстрелил изо лба, и луч на этот раз прошел на устрашающе близком расстоянии от моей головы.

Я попытался извернуться, но синтетик надавил правой рукой на мое поврежденное плечо, и на этот раз я не смог сдержать вопля — боль все же пришла. Я отвлекся, поэтому через долю мгновения обнаружил, что и левая моя рука зажата, а надо мной нависло безротое и безносое, с длинной узкой полоской вместо глаз и почти плоское лицо искусственного солдата, во лбу которого горел убийственный огонек.

Синий луч смерти ударил в меня. Все, что я мог сделать, — это отвернуться, чтобы не встретить удар лицом. Я вывернул шею с такой силой, что в позвоночнике хрустнуло. И это помогло — луч прочертил череп чуть нижеже левого виска, содрав на хрен материал бронекостюма и оторвав ухо. С левой стороны звонко загудело, а потом все звуки притупились, а в самом слуховом проходе мокро захлюпало. Перед глазами замельтешили сообщения из нейроинтерфейса о полученных повреждениях, но читать их сейчас я точно не собирался. Я понимал, что следующий выстрел может стать последним для меня.

Изворачиваясь, я заметил, как над нами появился новый участник схватки — второй андроид, который по заверениям Линка должен был принадлежать к пятой серии, а значит, взломать его ему будет по силам.

— Оттолкни его! Оттолкни! — заорал Андриан у меня в голове, сеасн свзяи с которым у меня по-прежнему не был закончен.

Я завыл, подогнул под себя колени и изо всей силы приподнял их, чувствуя, как сковываются от натуги мышцы. И у меня это получилось, хотя и поднял я синтетика не намного.

Второй андроид, выглядел который как вполне обычный синтетический солдат с хорошо укрепленным корпусом, но в голове которого, как я догадался, заправлял Линк, направил на Циклопа ствол лазерной винтовки и несколько раз прицельно выстрелил. Попал в спину, бок и еще куда-то, но синтетика это не уничтожило. Он развернулся, направив в стрелка свой безэмоциональный взор, и из его впадины на лбу выскочил синий луч.

Видимо, управлять телом неповоротливой железки на расстоянии — дело непростое, да к тому же в ситуации, когда на счету каждая секунда. Поэтому Адриан не успел сманеврировать, и убийственный луч наискосок прочертил линию на голове управляемого им андроида от низа и до верха. Половина полимерной башки отвалилась, как разрубленный арбуз. Искусственный воин задергался, выпустил оружие из рук, и неуклюже повалился сначала на колени, а потом и полностью распластался на полу.

Мысль, что теперь я остался один на один с противником, одновременно и испугала меня и придала сил. Циклоп отвлекся, и я решил воспользоваться ситуаций. Он ослабил хватку, поэтому я собрал все силы и оттолкнул его от себя руками, а заодно помогая и ногами. Свалил его справа от себя, а потом размахнулся и со всей силы всадил ему левый кулак в горло — в место, где защиты было меньше всего. Не будь левая рука повреждена, удар бы оказался куда сильнее, но бить правой мне было совсем неудобно. Боль в плече и запястье взорвалась мегатонной бомбой. В нейроинтерфейсе снова замельтешили сообщения.

В глубине корпуса андроида что-то грохотнуло. Он снова выпустил луч изо лба, но тот ушел в пустоту. Я выбрался из под него, дотянулся рукой до отброшенного автомата, привстал. Попытался зажать низ оружия левой рукой, но она уже не слушалась — видимо, из-за последнего удара я сломал кисть и пальцы, а может даже и лучевую кость. В общем, рассчитывать на нее уже было нельзя.

Я направил дуло автомата в голову андроида, и он в этот миг как раз повернул лицо в мою сторону.

Отовсюду раздалось:

— Увидимся, Алекс, — это был голос вездесущего и невидимого Шер-Один, раздающегося из многочисленных динамиков, развешанных по помещению.

— Несомненно, — тихо произнес я и нажал на спусковой крючок. А потом еще раз, еще раз и еще, пока обойма Мидлслаера не опустела. Голова Циклопа разлетелась в полимерно-металлическое крошево, и он наконец-то затих.

Энергопотенциал +2050

— Линк! — выкрикнул я так, словно он мог бы меня услышать без использования инофлинка.

— Я здесь, Палач. Сделал все, что смог.

— Спасибо. Дальше мой ход.

Оперевшись о ствол автомата, я привстал и направился к контейнеру. Ученый копошился с панелью управления, прислонившись к стенке. Выглядел он побледневшим и изнуренным, кровь из бедра уже не сочилась, но весь низ комбинезона уделала напрочь.

— Эй, ты, Жуап с планеты Кий, как там у тебя дела?

Он повернулся ко мне, снял визор, и я, наконец, увидел его глаза — желтоватые зрачки на фоне покрасневших белков. По лбу скатывались крупные градины пота, короткие волосы взъерошились и взмокли. Он скосил взгляд на убитых андроидов, и в его глазах промелькнул ужас вперемешку с пустой безнадегой.

— Я… я… не думаю, что… — неуверенно промямлил он.

— Ты ввел координаты? — спросил я.

— Да, но, как я и сказал, они не предназначены для телепортации объектов таких объемов. Я кое-что подкорректировал, но не уверен, что все пройдет гладко.

Я подошел к нему, отчеканил:

— Запускай.

— Мы можем не успеть. Свертывание вот-вот начнется.

— Запускай, твою мать! — я убрал Мидлслаер за спину и достал Мигслаер. Держать его было намного удобнее одной рукой. Левая конечность повисла плетью. Боль нарастала с каждой секундой. Я направил дуло пистолета в лицо Жуапу и холодно пообещал: — Считать не буду. Просто нажму на спуск, и твои муки закончатся.

— Да-да, — закивал ученый и принялся тыкать в сенсорную панель.

— Что это вообще за место такое? Что за изнанка мироздания? — просил я, чтобы скоротать время.

— Это гениальное открытие Шер-Один. С помощью этой технологии мы можем создавать целые пласты подпространств, которые невозможно обнаружить никакими известными науке способами.

— Что-то вроде искусственных параллельных миров? — нахмурился я. Об исследованиях ученых в этой области я слышал многое, но глубоко никогда не вникал.

— Да. Но очень ограниченных миров. Эта станция, к примеру, и есть весь мир. За ее пределами нет ничего.

— Зачем тогда вы ее