Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

если не избавится от удушающей его кровавой ярости. В этот момент в памяти всплыли слова Тринн, что боевая ярость вызывает к жизни огонь и поможет преодолеть себя. Насчёт преодоления не совсем понятно, а вот драконий огонь сейчас ему бы не помешал.

Он прыгнул в сторону хиваши, не особо соображая, что делает, и взмахнул мечом. Он не думал, сумеет ли достать кого-нибудь из этих пустынных кочевников или нет, а просто дал волю тому кровавому безумию, что клубилось в нём. Наверное, именно это ощущают знаменитые каршарские берсерки, когда бросаются в бой: убить врага, презирая собственную смерть. Ярость и неземной жар, переполнявшие Дилля, вырвались на свободу с нечеловеческим воплем и ушли через меч в направлении всадников. Краснота окружающего мира исчезла, мгновенно сменившись ослепительной вспышкой.

В лицо ему ударила волна жаркого воздуха. Дилль зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что улицу заволокло облаком тёмного дыма, в котором летали клочки серого пепла. В ноздри немедленно проникла вонь горелого мяса.

– Чтоб меня! – прохрипел он и закашлялся. – Ну ты даёшь, Тео! Предупреждать надо.

Вампир дёргался на земле, пытаясь освободиться от волосяных пут, а концы арканов, которые только что держали хиваши, дымились. Дилль помог ему, и Тео уселся, с изумлением разглядывая то, во что вдруг превратились хиваши. Обгорелые до костей скелеты людей и коней разметало по тесной улочке – пять всадников вместе со своими скакунами превратились в угли в одно мгновение. Каменные стены первых этажей домов были покрыты чёрной копотью, а верхние – бревенчатые, с треском горели. И с каждой секундой пожар разгорался всё сильнее.

– Это я даю?!! – заорал явно потрясённый вампир. – Я тебе сейчас действительно дам! С ума сошёл?!! Мы же могли сгореть вместе с хиваши.

– А я тут причём? – не понял Дилль.

– Ты применил какое-то ужасное заклятье, – уже тоном ниже ответил вампир. – А маг говорил, что ты ничего пока не умеешь.

– Я? – удивился Дилль. – Разве это не ты сделал?

– Ты плохо слышишь? – осведомился вампир. – Или просто тупой? Кроме нас двоих здесь никого нет, и я ничего магического не смогу сотворить ещё долго – все мои силы кончились ещё там у стены. Кто же тогда сжёг хиваши?

Дилль смущённо почесал в затылке. Получается, это сделал он. Действительно, как и говорила Тринн, ярость породила огонь, а, заодно, наполнила его силой.

– Кстати, об огне – лучше бы нам уйти отсюда, – сказал Дилль, глядя на охваченные пожаром верхние этажи стоящих рядом домов. – Про заклинание потом поговорим, если выживем. Неплохо бы найти канализацию, в которую когда-то провалилась Тернлис.

Разумеется, вход в подземные катакомбы им найти не удалось – в итоге они юркнули в один из полуразрушенных домов, и сквозь щель в обгорелой стене смотрели на носившихся по улицам хиваши. Город был покинут жителями, которые унесли с собой самое ценное, но много хороших вещей осталось. Пустынные воины со смехом и криками тащили найденную добычу: медные котлы, расшитые яркими цветами циновки, ворохи одежд, медную и даже серебряную посуду. Дом, в котором укрылись Дилль и Тео, хиваши игнорировали – зачем рыться на пожарище, если вокруг столько уцелевших зданий, в которых можно поживиться.

– Как стемнеет, будем пробовать выбраться из города, – Дилль устало прислонился спиной к обгорелой стене и отёр лоб. На лбу осталась чёрная полоса сажи. – Кочевники наверняка станут лагерем вокруг города, придётся пробираться между ними.

– Если я восстановлю силы, – с сомнением сказал Тео, – то смогу укрыть нас. Лишь бы на шаманов не нарваться – эти демоны в человеческом обличье чуют магию за поллиги. Во всяком случае, меня они отыскивали безошибочно, когда мы вылавливали их отряды на своей территории.

– Тогда лучше не рисковать с магией. Не могут же они окружить полностью весь город. Всё равно щель найдётся – не пройдём, так проползём. Лишь бы наутро нас хивашские разъезды на обнаружили.

– Мою-то магию шаманы не почувствуют, а вот твою? Ты же себя явно не контролируешь. Если ты опять что-нибудь такое учудишь, к нам сбегутся шаманы даже с южных хивашских пустынь.

– Но я не чувствую в себе никакой магии, – возразил Дилль.

– Ага, и те пятеро хиваши самосожглись вместе с конями, – зубасто усмехнулся вампир. – В общем, даже думать забудь о магии, пока мы не уйдём из Неонина.

– Да я и не думаю, – пожал плечами Дилль.

Он, действительно, совсем не представлял себя магом. Не потому, что до встречи с драконицей не имел никаких магических талантов и всю жизнь полагался только на свой ум, а не на магический дар судьбы. И в дальнейшем Дилль не собирался становиться магом, потому что это столь же скучно, как и вести монашеский образ жизни. Маги – затворники. Сидят по своим башням и придумывают всякие заклинания. Вино не пьют, с женщинами тоже не знаются… зачем такая жизнь вообще нужна? Нет, Дилль решительно не хотел быть магом, хотя от пары-тройки эффектных заклинаний не отказался бы. Мало ли что пригодится в жизни.

Часа полтора прошло в томительном ожидании. Вдруг Дилль услышал далёкие звуки боевых горнов.

– Тео, тебе не кажется, что это ситгарские горны? – встрепенулся он.

– Возможно, – пожал плечами вампир. – Я не знаток военного дела.

– Наверное, это подошла пехота и караван с магами, – предположил Дилль. – А, может, и гномы подтянулись. Сейчас пустынным шакалам кое-кто поджарит задницы.

– Смотри, забегали, как муравьи в горящем муравейнике, – согласился Тео.

Действительно, пустынные воины бросали награбленную добычу, вскакивали на коней и мчались куда-то в сторону главных ворот.

– Ух ты, что это? – удивился Тео, показывая вверх.

Дилль поднял глаза и поёжился. По небу пролетали кроваво-красные точки, оставляя за собой дымные следы, причём, все эти точки летели сюда, в город. К счастью, они падали где-то там, у стены.

– Если не ошибаюсь – это работа гномьих огневиков, – сказал вампир. – Во всяком случае, именно так описывали наши разведчики действие оружия подземельцев. К сожалению, никаких других подробностей они не рассказали. Наверное, потому что гномы терпеть не могут, когда кто-то выведывает их секреты.

Чем бы ни было гномье оружие, но действовало оно эффектно и эффективно. Там, куда попадали красные точки, слышались глухие взрывы, а в небо взвивались столбы огня и