Пограничник - Виктор Кувшинов

— Вы поймите, факты должны совпадать, иначе кто-то говорит неправду…

— Я понимаю… — медленно выговорил Влад, решаясь-таки на авантюру. — Давайте заключим маленький договор — надеюсь, он не будет противоречить никаким принципам юриспруденции.

— Я тоже надеюсь, что Вы не предложите ничего криминального, — повеселевшим голосом заявил сыщик.

— Тогда ответьте мне на один вопрос: сколько еще девушек пропало в Питере в тот и два-три последующих дня?

Опер был явно озадачен таким вопросом. Сначала он, помотав головой, спросил, каким образом это может относиться к данному делу, а потом признался, что не располагает такими данными. Когда Влад добавил, что пропавшие девушки, скорее всего, не из Петербурга, то сыщик, несмотря на всю его опытность, совсем потерял нить беседы. Тогда Владу и пришлось все рассказать по порядку: и про Невского Льва, и про девушек, которых преступники собирались отлавливать весьма оригинальным образом. Под конец рассказа следователь, уже не стесняясь, возмущался:

— Вот подлецы! Это ж надо такое удумать. Точно рассчитали, что девушки будут пропадать из разных городов и свести в целое эти случаи сразу не удастся. А им нужно два-три дня, чтобы напрочь замести следы, — мужчина от досады хлопнул себя по коленям. — Сколько дней прошло, а Питерские даже не удосужились разослать разнарядку по этому Невскому Льву. Ведь ясно было, что пропавшие девушки приезжали по приглашению одной фирмы.

— Вообще-то не факт, что они всем одно и то же название фирмы высылали, — заметил Влад.

— Да, надо срочно проработать это направление, — кивнул опер и досадно хмыкнул. — Опять бандиты нас обскакали — честно сказать, не представляю, как их теперь отыскать. Девушки уже за тысячи верст. Хорошо, если еще в России.

— А вот это оставьте, пожалуйста, мне… Девушки где-то недалеко. Неудача с Ксюшей заставила их залечь на дно, но Вы правы: долго с таким «товаром» на руках они задерживаться не станут.

В глазах сыщика загорелся огонек подозрения. Он не замедлил усомниться, откуда Владу это может быть известно. На что пограничник просто ответил:

— Я это чувствую. Так же, как почувствовал опасность, угрожающую Ксюше. Но теперь я не намерен опаздывать, как в тот раз. Давайте договоримся: Вы не будете мне мешать, а я постараюсь распутать это дело своими средствами. Мне нужно Ваше содействие: любая информация о пропавших девушках — имена, фотографии… здесь все может помочь.

— Да что Вы, в конце концов, себе возомнили? — рассержено воскликнул сыщик. — Я подписку о невыезде должен взять, а тут шаманизм какой-то… — однако, его возмущение быстро угасло под пристальным взглядом больного, и под конец оперуполномоченный пробормотал. — Ну хорошо, делайте что хотите. Только дайте мне координаты, по которым я в любое время мог бы с Вами связаться.

Влад не знал, что творится с его организмом, но было ясно, что вторая отключка внесла еще большие коррективы в его ненормальность — раньше таких гипнотических свойств за собой он не замечал. Чтобы все и вся подозревающий сыщик так легко согласился на все бредовые предложения? — Влад бы рассмеялся, если бы кто раньше сказал ему, что такое возможно.

Но факт оставался фактом. Больной даже усомнился: возможно, он точно так же давил на врачей, которые готовы были выписать пациента прямо на кладбище? Хотя такое иногда происходит и без всякой мистики. А думать о здоровье самостоятельно передвигающегося мужика, в то время как несколько чужих судеб зависели от его расторопности, было бы верхом жлобизма.

Влад стал собираться — время было уже за полдень, и вот-вот должна была подойти мама, чтобы забрать свое неугомонное чадо из больницы. Будут или нет возражать по этому поводу врачи, пограничника ни капли не интересовало. Если уж он с опером сумел договориться…

Но никто не возражал, и вскоре он, опираясь на мамину руку, ковылял по больничному крыльцу. Остановившись на полпути, чтобы передохнуть, Влад, щурясь, подставлял лицо солнцу и почти пропустил момент, когда к ним подрулила симпатичная Тойота. Из-за руля выскочила Мила и подбежала, на ходу выговаривая:

— Еле успела. Ты почему не сказал, что уже выписываешься? Так бы и полз до дома пешком?

— Ну что ты так беспокоишься? Такси бы вызвали и все дела, — возразил Влад, но покорно оперся на руку девушки, чтобы не грузить маму, которая виновато призналась, что это она позвонила Миле и сообщила о выписке.

Общими усилиями женщины загрузили его в машину, и уже внутри салона возник вопрос: куда вести больного? Мама не хотела больше отпускать сына от себя, а Влад хотел домой, чтобы получить максимальную свободу от заботливых рук и глаз. Тут помогла Мила, предложив помочь Владу с покупками и остальными домашними хлопотами.

Через час он остался-таки один дома. Женщины доставили его наверх в квартиру, после чего Мила кинулась за покупками, а мама осталась устраивать больному постельный режим. Затем коллега по бильярду вернулась, набив битком холодильник и все шкафы всякой снедью. И только после этого Владу удалось убедить заботливых женщин, что он в полном порядке, а они могут вернуться к своим делам. Мила при этом укоризненно покачала головой и заметила, как в воду глядела:

— С клиентами-то я справлюсь, но прошу, не угробь себя еще раз. Мне почему-то страшно тебя оставлять одного. Что я скажу Араику Георгиевичу, если ты опять что-нибудь учудишь? Ведь он рассчитывает вскоре увидеть тебя у стола.

Влад всерьез задумался и неохотно ответил:

— Слушай: возьми ключ от квартиры — если что, то хоть внутрь попасть сможешь.

— Что «если что»? — настороженно переспросила девушка.

Предупреждая опасный разговор, Влад поспешил соврать:

— Ну мало ли, я усну или в магазин выйду…

— Хорошо… — согласилась Мила и, все еще подозрительно посматривая на свободного маркера, протягивающего ей ключ, добавила. — И все-таки позвонить всегда можно…

Мама была уже в коридоре и, к счастью, не приняла участия в разговоре, а то пришлось бы Владу и ей ключ отдавать. Уже в самый последний момент Мила замешкалась, а потом резко наклонилась и поцеловала подстреленного коллегу в щеку.

Глава 12. Пограничник

Когда дверь захлопнулась за женщинами, пограничник откинулся на подушки и закрыл глаза. Как странно все получалось. Та, к которой он стремился все последнее время, вдруг стала непонятно отчужденной, а та, которую он держал на расстоянии, продолжала самым непонятным образом хранить ему верность, точно в соответствии с поговоркой: любовь зла, полюбишь и козла… Козлом, естественно, был он.