Прорыв реальности - Сергей Недоруб

– Кажись, твой дружбан – Птаха, – сказал Жгут, видимо, разглядывая приближающегося сталкера в прицел снайперской винтовки. – Ты с ним рассчитался или все еще должен?

Олег ничего не ответил. Снайпер понимающе усмехнулся и спросил:

– Говор, вот скажи, на кой хрен сдались тебе эти артефакты? Девок завлекать? Ну, в таком случае ты хоть весь своими побрякушками обвешайся – не поможет.

Страсть Олега к артефактам давно служила поводом для зубоскальства среди сослуживцев. Он привык к грубым, но безобидным подначкам товарищей и лишь улыбался, если шутка получалась удачной.

– Жгут, – снайпер не отозвался, но Олег знал, что тот прекрасно его слышит. – Вот скажи: ты не боишься, что когда-нибудь так к своему ПСО прилипнешь, что глаз в нем останется?

– Не! Не боюсь. Лучше скажи, ты не слышал, что там вчера в основной лаборатории произошло?

– Нет. Но суета какая-то нездоровая.

– Думается мне, наши умники чего-то нашли. Как пить дать нашли!

– Тебе «думается»?! Уже страшно! – Олег отшутился, чтобы не выказывать собственного беспокойства.

– Ха-ха! Вот прикроют скоро эту лавочку, снова работу искать. Вот тогда и посмеемся.

– Да и ладно. А то надоело уже в этой Зоне.

– Зато хорошую зарплату получать не надоело, – парировал снайпер. – Ты будешь о Птахе докладывать?

Олег снова вздохнул. Как он не хотел оттянуть неизбежное, но устав есть устав.

– Дежурный по базе, это сержант Говорков. У нас посетитель, сталкер Птаха.

– Принял, – отозвался дежурный. – Да, вовремя он. Полчаса до смены. Повезло тебе, Говор.

– Да не то слово! Вызови Нефедова, пусть пока готовит контейнеры для артефактов. Может, побыстрее закончим.

– Хорошо, вызову, но сам знаешь, со вчерашнего дня умники все, как чумные. Так что я бы на скорый ужин не рассчитывал.

– Ясно, – сказал Олег.

Хорошее настроение быстро улетучивалось.

– Не переживай, я оставлю тебе пару косточек поглодать, – ободрил его Жгут.

Снайперам дополнительных обязанностей, таких как сопровождение сталкеров, приносящих артефакты для лаборатории, не полагалось. Считалось, что у них и так достаточно сложная караульная служба.

Птаха добрался до лаборатории как раз к началу пересменки. Сослуживцы, заступавшие на караул, вдоволь потешились над Олегом.

Птаха, – сказал Жгут, направляясь вместе с Олегом и сталкером к исследовательскому корпусу, – надеюсь, ты принес что-то стоящее для сержанта Говоркова, поскольку из-за тебя он, скорее всего, останется без ужина.

– Что, серьезно? – безразлично и не испытывая совершенно никакой вины, спросил Птаха. На вид ему было лет тридцать, невысокий, с щетиной на щеках и подбородке, с нечесаной гривой темных волос, он постоянно выглядел каким-то помятым, словно только проснулся.

– Серьезней некуда.

– М… – многозначительно ответил сталкер.

– Ладно, счастливо, – попрощался Жгут и отправился к служебному входу, а Олег со сталкером свернули к так называемому «гостевому» входу.

Доктора Нефедова, ответственного за прием артефактов, конечно, на месте не оказалось. Олег забрал у Птахи оружие, запер в специальном шкафчике, потом провел сталкера в «приемочную» – отдельное помещение с автоматической дверью и электронным кодовым замком.

Внутри «приемочная» представляла собой небольшое прямоугольное помещение три на четыре метра. Все убранство составляли установленный посередине массивный металлический стол, пара стульев и полусфера светильника на потолке. На столе лежал прибор для операций с кредитными картами, с помощью которого производились расчеты с поставщиками «товара». Обшитые бронированными листами массивные стены выглядели способными выдержать мощный взрыв – предосторожность совсем не лишняя, когда имеешь дело с артефактами – и защитить остальную лабораторию от возможной опасности. У двери на стене находилось переговорное устройство – единственное доступное средство общения с «внешним миром».

– Давай, показывай уже, что принес? – нетерпеливо сказал Олег.

– Может, долг сначала отдашь?

– Отдам, Птаха, ты же знаешь…

– Да, ладно, не парься, – сталкер хлопнул его по плечу. – В следующий раз рассчитаемся. Я сегодня с ваших яйцеголовых нормально «подниму».

– Что, большой хабар? – взгляд Олега впился в вещмешок Птахи, словно пытался проделать в нем дыру и заглянуть внутрь.

– Неплохой. Сегодня Зона какая-то странная. За день не встретил ни одного мутанта. Хоть бы одна вшивая псина пробежала! Ни одной! Не знаю, куда все подевались, но такую удачу упускать нельзя.

– Да, я тоже заметил, даже птиц почти нет.

– Ну вот, – кивнул сталкер, – я и прошелся по «грибным местам». Блин, чего они там, как мухи сонные? – нахмурился сталкер. – Говор, можешь их поторопить, будь другом, а? Скоро уже смеркаться начнет, а мне еще назад топать.

Олег подошел к переговорному устройству:

– Дежурный, это сержант Говорков. В «приемочную» вызвали кого-нибудь?

Коммутатор работал достаточно громко, чтобы Птаха все слышал.

– Да, Нефедов пошел на склад за контейнерами. Ждите.

– Спасибо, – сказал Олег, повернулся к сталкеру и обомлел. Пока он говорил, Птаха выложил на стол один контейнер из вещмешка и открыл его. В коробке с многослойными стенками слюдянисто поблескивал похожий на пятисантиметрового окаменевшего морского ежа артефакт. Тонкие острые иглы темно-бордового, почти черного, цвета торчали во все стороны.

Увидев восторг в глазах Олега, сталкер заулыбался.

– Ну как?

– Потрясающе! Как называется?

Птаха пожал плечами:

– Да вот хрен его знает! Первый раз такой увидел.

– Так, может, и не арт вовсе, – уже без былого энтузиазма предположил Олег.

– Арт, арт, не сомневайся! Я его между «радужкой» и «шокером» нашел. А эти две аномалии крайне редко соседствуют. Он еще фонит, правда, слабо совсем. Так что точно арт. Вот увидишь, Нефедов подтвердит.

Это был «удар ниже пояса». Птаха знал, что если Нефедов определит предмет, как новый артефакт, то тот сразу станет собственностью лаборатории, и Олегу уже не видать его как своих ушей.

– И сколько хочешь? – хмуро спросил Олег.

– Пять. Зелеными.

Олег присвистнул. Не маленькая сумма за… за неизвестно что, по сути. А он и так должен был сталкеру за другие артефакты. Покупка этого втянула бы его в еще большую долговую яму. Но как же маняще поблескивали тонкие граненые иглы!

В душе Олега боролись здравый смысл и чувство, известное каждому настоящему коллекционеру – желание обладать заветной вещицей. Его дилемма разрешилась сама собой: сзади открылась дверь и в помещение, постукивая друг о друга пустыми контейнерами, наподобие того, что сейчас стоял на столе, только более надежными, вошел доктор Нефедов. Высокий, сухощавый, в очках и с залысиной.

«Типичный «умник», как в кино», – каждый раз приходило на ум Олегу при общении с Нефедовым.

– Хм, прелестная вещица, – сразу сказал доктор, подходя к столу.

У Олега екнуло сердце. Зря он тянул с ответом! Теперь уже поздно.

– Сколько хочешь? – Нефедов сразу перешел к делу.

– Восемь, – не растерялся сталкер.

– Даю пять, и больше не торгуюсь, – по-деловому сурово сказал доктор.

Птаха состроил недовольную мину, а Олег удивился наглости проходимца, хотя не мог не отметить, что ему сталкер сразу назвал реальную цену.

– Что еще есть?

Птаха начал доставать из вещмешка и открывать контейнеры с артефактами. В этот момент светильник под потолком загорелся красным. В помещении сразу стало темно и мрачно. Щелкнул, запираясь, электронный замок, и за стенами «приемочной» завыла сирена.

– Ого! Автоматика сработала! – удивленно проговорил Олег. – Птаха, ты что принес?

– Я все проверил дозиметром, прежде чем к вам тащить!

– Радиация ни при чем. Автоматика тогда отреагировала бы раньше, – нервно сказал Нефедов, проводя над контейнерами небольшим попискивающим устройством. – Это что-то снаружи.

Олег подошел к переговорному устройству и попытался вызвать дежурного, но никто не отвечал.

– Хренота какая-то… Что вообще происходит?

Он набрал код, чтобы открыть замок, но тот лишь пискнул и мигнул огоньком отказа. Попробовал еще раз – с тем же результатом.

– Сержант, – вдруг позвал Нефедов, – сигналы…

Олег сначала не понял, что имел в виду доктор, но потом до него дошло. Сигналы тревоги отличались в зависимости от ситуации: внешняя угроза, пожар, внутренняя опасность, всеобщая эвакуация. На каждую имелся определенный набор сигналов – сочетание коротких и длинных. Сейчас же сирена издавала их все, один за другим. Вероятно, что-то замкнуло в системе оповещения.