История Северной Африки (Тунис, Алжир, Марокко). Том 2. От арабского завоевания до 1830 года - Шарль-Андре Жюльен

Конфликты между Францией и Алжиром мешали всякому соглашению, пока па сцену не выступил корсиканец по происхождению, марселец по новому отечеству Сансон Наполлон, которому после двухлетних переговоров и раздачи значительных сумм в качестве бакшиша удалось подписать знаменитую конвенцию относительно Бастиона (29 сентября 1628 года). Французы получали монополию на торговлю и ловлю коралла на территории концессии, а также право «восстановить и построить» разрушенные здания «в том виде, в каком они были прежде», «чтобы гарантировать себя против мавров, судов и бригантин Мальорки и Менорки»; за все это французы должны были платить арендную плату (лезма) в размере 16 тысяч ливров, предназначенную главным образом для уплаты жалованья янычарам. Этот договор не позволял перестраивать Бастион; разрешалось лишь привести в порядок те места, где, по конвенции 1560 года, было запрещено возводить «какие бы то ни было укрепления». Тем не менее Сансон создал настоящую крепость, которая стала центром шпионажа, чтобы «знать, что происходит в Берберии», и базу снабжения войск, высадить которые он предлагал королю. «Необходимо, — уточнял он, — сохранить указанные крепости под предлогом торговли и ловли кораллов, чтобы планы вышеупомянутых завоеваний не стали известны». Наконец, Сансон обогащался не только за счет ловли кораллов и дозволенной торговли, но главным образом за счет экспорта зерна, заниматься которым по условиям соглашения он не имел права. Что касается мошеннических проделок, то изобретательный Сансон мог поучить этому самих варварийцев.

Этот коварный авантюрист мечтал также отнять У генуэзцев остров Табарка, который те получили от Хайраддина в качестве выкупа за Драгута (1540 год), а затем передали в концессию семье Ломеллини для ловли коралла и торговли с Берберией. При третьей попытке завладеть островом Сансон был захвачен врасплох жителями острова, которые преследовали его в море и застрелили из мушкета; тело его бросили в воду, а голову прибили на воротах своей крепости (май 1633 года).

Смерть Саксона нанесла концессиям жестокий удар. Ссоры французских резидентов Алжира с новым капитаном Сансоном Лепажем, боязнь, чтобы Бастион не стал базой снабжения французского флота, и в особенности наложение ареста на два судна, груженные контрабандным зерном, заставили диван вынести постановление об окончательном уничтожении факторий; диван напоминал, что «первый, кто заговорит о них, лишится жизни». Али Бичнин строго выполнил приговор (13 декабря 1637 года). Разрушение Бастиона имело неожиданные последствия: вождь ханенша, который лично торговал с компанией и получал от этого большую выгоду, побудил свое племя восстать и обусловил успокоение его восстановлением Бастиона. В новой конвенции было проведено различие между портами Бон и Колло, где могли существовать только склады, и Бастионом, Ла-Калем и мысом Роса, где было «разрешено, вести строительство», чтобы защищаться от вражеских галер и мавров (7 июля 1640 года). Этот договор, который, как признает П. Массон, «свидетельствовал о большом желании примирения со стороны алжирцев», все же не положил конца превратностям судьбы концессий. Алчные вожделения, поддерживаемые крупными сеньорами, не отличающимися особой щепетильностью, соперничество лионцев с марсельцами и вмешательство французских эскадр привели к провалу всех попыток наладить дело. Мир с Алжиром, установленный с 1689 года, позволил королю наконец отстранить директоров компаний от дипломатических дел и вернуть их к строгому исполнению роли купцов. Наконец, последний контракт, подписанный компанией и алжирцами, основываясь главным образом на практике Сансона Наполлона, окончательно регулировал положение факторий (1 января 1694 года). С тех пор и вплоть до 1754 года стороны ограничивались четырнадцатикратным подтверждением конвенции без всяких изменений.

Компания, основанная для ловли коралла в Тунисе примерно в то же время, что и в Бастионе, но в малоблагоприятном месте, у мыса Кабо Негро (против Табарки), была вынуждена бороться против генуэзцев и завистливых резидентов Туниса. Фактория, восстановленная после многочисленных перипетий марсельцами (1631 год), через некоторое время перешла в руки тунисцев (1637 год). Торговля скоро возобновилась, но конвенция была подписана только через тридцать лет (1666 год). Она не предоставляла французам никаких территориальных концессий и запрещала придавать их предприятиям «всякую видимость крепости». Арендная плата была установлена в пять раз выше, чем в Бастионе но это была единственная повинность компании, которая кроме того, пользовалась формальным правом Тести торговлю пшеницей и ячменем. Воспользовавшись анархией, последовавшей за смертью Мурада, англичане безуспешно пытались вытеснить французов. Поставки зерна королевским армиям начиная с 1691 года принесли компании огромные прибыли, и она попыталась обеспечить их на будущее путем получения бессрочной концессии (1700 год). Двойная неудача — на Бастионе и на мысе Кабо Негро в начале XVIII века — привела к созданию новой компании, которая объединила обе концессии, оставив каждой из них независимую администрацию. С этих пор не стало больше компании Ла-Каль и компании Кабо Негро, а лишь одна Африканская компания.

Войны Регентств. Полагать, что политика христианских государств в отношении варварийцев определялась взрывами негодования по поводу пиратских действий, значит сводить ее к общим соображениям. Если народная совесть и восставала против мучений, которым подвергались пленники, то правительства руководствовались такими соображениями, в которых на первом месте стояли коммерческие интересы и соперничество европейских стран.

Политика Регентств определялась главным образом экономическими соображениями. Если добыча корсаров сокращалась, то ресурсы страны оказывались недостаточными, чтобы пополнять бюджет, что являлось источником волнений. Мир с христианами порождал нехватку средств, так как нельзя было грабить суда протежируемой нации, а также те суда других наций, которые обманным образом поднимали ее флаг. Выгоднее было состояние войны с ее риском, но и с ее прибылями. В случае необходимости Алжир заключал договор только с одной державой и удваивал свою энергию» в борьбе с Другими. За миром, подписанным с Рюйтером, последовало усиление пиратских действий против французских судов (1663 год); мир с Людовиком XIV повлек за собой разрыв с англичанами и голландцами (1670 год); за миром с англичанами последовало объявление войны Франции (1681 год). Впрочем, эта реалистическая политика допускала сосуществование пиратства с торговлей. Так например, в 1681 году алжирцы уведомили марсельцев, что, «невзирая на этот разрыв, всякий, кто захотел бы приехать в страну, будет принят там неизменно как желанный гость».

У Испании в XVII веке не было сил бороться с варварийским пиратством, но Англия с Блэйком, Мальборо и Алленом, а также Голландия с Рюйтером организовали подготовленные и хорошо проведенные морские экспедиции. Англичане трижды бомбардировали Алжир (1622, 1655 и 1672 годы). Однако, несмотря на свое техническое превосходство, они добились весьма посредственных результатов. Они не только ограничивались выкупом пленных, как это происходило в большинстве случаев, но и вынуждены были (как это сделали голландцы в 1680 году, а англичане в 1682 году)