Кровь королей (СИ) - Волков Влад

— Я видела как-то орков на ярмарке, — сообщила Ленора, — Они продавали кукол из соломы деревенским детям, — имела она в виду в подавляющем большинстве девочек, — И резных из дерева рыцарей, — вспомнила следом она и про игрушки для мальчиков.

— Да, нельзя думать, что если гномы отхватили Ультмаар, то все гномы злые, или если орки когда-то нападали, то орки сразу плохие и недоброжелательные. Мы стараемся жить мирно не только с соседями, а среди нас самих, на территориях королевства есть и поселения гоблинов, даже у нас в Кхорне на Лысогорье, что возле границ с Лотц, и форты орков, и помещики-эльфы, да и другие малочисленные расы типа кентавров или псоглавцев встречаются на наших землях и ведут себя законопослушно, — с надеждой в голосе сообщал он.

— Страшноватые были, — припоминала девочка, делая бровки домиком.

Как вдруг всё вокруг них затряслось, вздрогнули стены, а с каменных щелей на потолке убежища, видневшихся между натянутыми коврами, немного осыпалась пыль. Судя по всему, камни с катапульт нападающего врага задели цитадель, заставив завибрировать даже фундамент. Ничего страшного не произошло, однако же находящиеся в зале тут же прижались друг к другу и начали озираться на уже успокоившийся потолок.

VII

Там над ними уже сильнее разгоралась баталия. Разбойники лезли на стены, кололи кортиками защищавшихся, периодически попадая меж пластин или прямиком пронзая лезвием горло, начиная напирать на бастионы, но получали новые залпы стрел и падали умирающими телами обратно.

— Скрипач, играй! — велел король, положив руку на правый наплечник Диего, когда проходил сквозь построившиеся войска кадетов.

Вслед за первой раздавшейся скрипкой, начавшей первые ноты композиции «Когти могучего дракона», гимна семьи Дайнер, капитаны взводов дали аналогичное указание и своим музыкантам, поддержавшим всем известную мелодию, воодушевляя остальных воинов.

Зеленоглазый монарх в развевающемся плаще надел красивую корону — главенствующий символ власти, и, сжимая пальцами правой руки в металлической бронированной перчатке свой могучий меч, шагал в организованную Вайрусом ставку генерала, пока Эйверь командовал у нижних бойниц и амбразур вдоль стены, рокотом своего голоса раздавая приказы, слышимые чуть ли не вдоль всего заграждения.

Здесь были военачальники разных лет. И люди старой закалки, такие как Уоттенмайер с его седыми роскошными бакенбардами и глазами под тон собственной седины, словно они выцвели с годами вместе с волосами, или как лысый, располневший на старости лет, но не потерявший сноровки в стратегии и планировании Войтех Грох, лишившийся как-то в бою трёх пальцев на правой руки, сейчас оставшимися почёсывающий недлинную кучерявую бородку.

И молодые, например черноокий Родриго де ла Домингес, которому ещё не было и тридцати, но парень своими свежими идеями умудрился уже дослужиться до чина генерала. А также тоже довольно-таки молодой генерал, хоть и постарше Домингеса, рослый и крепкий Эсфей Кастор, телосложением напоминавший Эйверя. Генерал, проваливший Битву за Ультмаар семнадцать лет тому назад, и вновь вернувшийся оттуда совсем недавно с очередной неудачной военной кампанией против гномов.

— Сидящих на бастионах лучниц нужно прикрыть, — велел Джеймс Дайнер, — Поставьте над ними гвардейцев в полном доспешном облачении, со щитом, а лучше даже с двумя, им же не атаковать надо, в лучших шлемах. Чтобы по ним летели стрелы, а не по засевшим лучницам, иначе мы будем нести сопоставимые с врагом потери.

Он глядел под стены крепости, где снова и снова ставили лестницы, возводили насыпи для закатывания осадных гелеполей и лезли вверх неуёмные разбойники. Их прикрывали стрелковые отряды, расставленные чуть дальше. Возле тех пылали уже уничтоженные катапульты и те самые осадные башни, но вдали вовсю полным ходом шла работа, стучали молотки и возводились новые осадные постройки, вкатываемые на поле брани.

— Не торопятся к нам маги, ваше величество, — буркнул Кастор, тоже осматривая всё, творящееся внизу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— На мага надейся, да сам не плошай, — сказал сурово тому король, — Бойцов ещё не выпускали? — поинтересовался он у генералов.

— Вайрус не велел, — кивнул в сторону камерария де ла Домингес, мотая пышным хвостом длинных каштановых волос.

— Не пора ещё у стен биться, ваше величество, — объяснялся тот, заняв удобную позицию для обзора, даже не поворачиваясь к королю, — Меня больше беспокоит, кто их спонсирует. Поглядите.

Джеймс подошёл ближе, хотя ничего нового с этого места не узрел, что бы не видел прежде с прошлого ракурса. Вопящие, словно берсерки, кидающиеся с саблями и «кошками» на стены, ползущие с кортиками в зубах да на поясе, пираты и бандиты всё прибывали и прибывали со стороны Оленьего Леса.

— Да уж, в таком количестве их всех собрать, — дивился монарх.

— Они лезут с таким напором под обстрел, что скоро лестницы будут мастерить из тел павших, складывая одни на другие. Они там внизу так уже делают, периодически, сваливают кучей, забираются по ним повыше и лезут или ставят лестницы, со всех сторон нагромождая тела убитых. На реке лодки и корабли, в которых сплавляют припасы и ресурсы на постройку. Мы сжигаем их башни, а они всё строят и строят новые.

Над ними пролетели новые камни катапульт, атакуя двор и замок, а снизу стены тряхнуло от добравшихся массивных таранов. Даже наверху сквозь шум сражений, кипение котлов и музыку слышалось ритмичное «Раз! Два! Взяли!» с последующими ударами раскаченного бревна с металлической бьющей головой.

На них лили кипящую подожженную смолу, но те ловко отводили таранные установки назад, катя колёсиками с холма, разве что горючая смесь попадала иногда на саму окантовку, впрочем, не причиняя драконьим и бараньим головам, отлитым из твёрдых и прочных металлов, никакого вреда.

А затем снова флибустьеры заталкивали таран и начинали с размаху бить по стенам. Часто даже все вместе умудрялись синхронизировать свои действия, ударяя всеми находящимися в данный момент внизу установками по защитному укреплению.

Тем временем, наблюдавший за гибелью своих сообщников один разодетый моряк, прокрадывался к стенам города, пока войска и стража глядели в другую сторону на сражение и последующий поединок. Он уже вплотную первым приблизился к правой городской стене, откуда его уже не могли видеть сражавшиеся у ворот.

Достав пару крепких кортиков, он вонзил их в прыжке в городскую стену, пронзая ладно сложенные камни в щелях между ними, вводя в застывшую скрепляющую смесь. После взял в зубы ещё один такой же, и подтянулся на вонзившихся предыдущих, встав на них в итоге и, прижавшись телом к стене, продолжал восхождение. Теперь было видно, что на его поясе немало висит подобных ножей, он продолжал вонзать их в стену и карабкаться, опираясь на их плоские и плотные лезвия. Они слегка прогибались, но выдерживали его вес. Всё было продумано и просчитано.

Его примеру последовали и другие, вскоре всё активнее и активнее осаждающие принялись карабкаться на крепость, чтобы оказаться внутри прежде, чем им помогут крепкие удары таранов. Однако, едва взбирались наверх, как завязавшиеся дуэли со стражниками ничем хорошим для них не заканчивались. А вскоре и в местах над их линиями подъёма были расставлены котлы обороняющихся.

— Смотрите, что творят, — пальцем указал Родриго чуть правее, — Они отгоняют катапульты дальше, чтобы снаряды пролетали не в город, а прямиком к стенам или их подножью, — смекнул он, видя оценивающим взором пока только дистанцию, но ещё не узрев сам этот план в действии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Так, а мы до них дотуда не добросим? — интересовался король.

— С наших катапульт на башнях, боюсь нет, не долетит. Но попробовать можно, — отвечал молодой генерал.

— Даже нужно, — кивнул Грох в поддержку. Один-два залпа, камней нам жалко быть не должно. Это при массовом обстреле можно было ещё пожадничать ресурсами, а тут прицелил, ударил, поправил, если что. Две-три попытки и будем думать.