Маленький отель на Санторини - Юлия Валерьевна Набокова

Я нежусь в его руках и мечтаю, чтобы этот танец никогда не заканчивался. Но всему хорошему приходит конец, и мелодия обрывается – звонком на мобильный Янниса. Он бежит отвечать, а меня окликает Ирина.

– Ника, – она достает из сумки дневник Афины, который я занесла ей днем, – я перевела последнюю запись твоей бабушки. И если ты не против, я бы хотела зачитать ее перед всеми – и на греческом, и на русском.

На миг я колеблюсь:

– А там нет ничего слишком личного?

– Нет, – Ирина качает головой, – но мне кажется, что эта запись касается тебя.

– Тогда читай скорей! – взволнованно прошу я.

Все за столом затихают, когда Ирина открывает дневник.

Из дневника Афины

13 января 2020 года

Сегодня мне приснился прекрасный сон. Я была в своем отеле, который выглядел таким новым и сияющим, как когда мы его только открыли. Но теперь рядом со мной на веранде сидел не мой милый Панайотис, а красивая девушка, которая была поразительно похожа на меня в молодости. У нее были длинные темные волосы, карие глаза и такой же нос, как у меня и моего дорогого сына Костаса.

– Тебе нравится, как я тут все сделала, бабушка? – спросила она.

– Да, моя дорогая. Я бы не смогла сделать лучше сама, – растроганно ответила я.

Девушка тепло улыбнулась мне, и мы крепко обнялись.

– Где же ты была все это время? – спросила ее я. – Почему не приезжала раньше?

– Всему свое время, бабушка, – сказала она.

А потом я проснулась. Как бы мне хотелось, чтобы этот сон сбылся, и однажды мы с моей красавицей-внучкой встретились на моей любимой террасе. Что, если у моего дорогого Костаса есть ребенок, о котором он не знает? Вот было бы мне счастье на старости лет!

Когда Ирина заканчивает читать по-русски и начинает заново по-гречески, у меня на глазах стоят слезы. Неужели бабушка видела меня во сне? Неужели предчувствовала мое появление здесь?

– Как жаль, что мы разминулись, – шепчу я, уже не стесняясь слез, которые текут по щекам.

Как только Ирина дочитывает на греческом, мои гости буквально взрываются эмоциями. Всех поразила последняя запись в дневнике Афины и то, насколько точно она описала мою внешность. Бабушка умерла тихо, во сне, через два дня после записи в дневнике, и мне хочется верить, что тот сон, который она описывает, послужил ей утешением в конце жизни.

– Твоя бабушка видит тебя с небес, – говорит мне Филомена.

– Она всю жизнь мечтала о внуках, – добавляет старичок Одиссей.

– Она гордилась бы тобой и тем, как ты восстановила отель, – замечает Ангелики, а ее муж Лукас молча кивает.

– Простите, я на минутку, – я сбегаю из-за стола, чтобы умыться в туалете на рецепции.

А когда выхожу оттуда, вижу, что рядом со шляпой Одиссея сидит черно-белая кошка. Когда она только сюда прошмыгнула?

– А ну кыш! – Я гоню ее, но она не трогается с места.

Я делаю к ней шаг, чтобы согнать со стойки, и тут замечаю, что кошка сидит прямо под портретом бабушки Афины на стене. А самое главное – меня как молнией ударяет! – у них совершенно одинаковый взгляд.

– Бабушка Афина? – ошеломленно шепчу я, наклоняясь к кошке и глядя ей в глаза. – Это ты?

Неужели бабушка нашла способ приглядывать за мной и за отелем и все время была рядом? Ведь эту кошку не видел никто, кроме меня. Именно она помогла мне найти дневник Афины. И при мне она никогда не ела корм из миски – как будто не бывала голодной.

Долгое мгновение мы с кошкой смотрим друг другу в глаза.

– Бабушка Афина, ты довольна мной? – тихо спрашиваю я. – Я все делаю правильно?

Кошка неподвижно смотрит на меня, а затем моргает одним глазом. Я чуть не подпрыгиваю от охватившего меня волнения.

– Бабушка Афина, – прошу севшим голосом, – мигни еще разок, если это ты!

Как бы мне хотелось поговорить с ней и расспросить о многом – хоть и таким странным и мистическим образом. Но тут хлопает дверь террасы, на пороге появляется Руслан.

– Ника, все в порядке? Ты с кем-то разговаривала?

Я перевожу взгляд на стойку, где секунду назад сидела кошка, но она пуста. Забегаю за стойку, в надежде обнаружить кошку там, но ее нет. Деться ей отсюда некуда, и это подтверждает мою невероятную версию. Бабушка Афина все время была рядом со мной, только я не осознавала этого. А сейчас я отчетливо понимаю, что она ушла навсегда. Больше я никогда не увижу черно-белую кошку на пороге бабушкиного дома. Потому что бабушка Афина убедилась, что ее маленький отель в надежных руках и я успешно продолжу ее дело.

– Все хорошо, – я поворачиваюсь к Руслану. – Идем!

На террасе я еще раз благодарю Лукаса, Ангелики и их сыновей за помощь с ремонтом, а всех остальных гостей – за то, что пришли вспомнить бабушку Афину.

Затем я провожаю их и запираю дверь, оставаясь наедине с Русланом. Теперь нам никто не помешает. Мы начинаем целоваться еще на рецепции. Руслан сажает меня на стойку, и я обвиваю его ногами, продолжая целовать. На какое-то время мы забываем обо всем, пока до нас не доносится звук эсэмэски на его телефоне.

– Никаких туристов! – нетерпеливо рычу я.

Руслан смеется и выключает телефон. Я бы предпочла выбросить мобильник с террасы в море для надежности, но сойдет и так.

– Идем, – я тащу Руслана вниз, ко мне домой. Там нам точно никто не помешает!

За спуск по лестнице мы успеваем так сильно изголодаться по поцелуям, что, когда оказываемся во внутреннем дворике, сразу же набрасываемся друг на друга. Моя фантазия начинает работать по полной программе. Будет так романтично заняться любовью под звездами!

Но тут откуда-то совсем рядом доносятся голоса туристов, и мы с Русланом вздрагиваем. Все-таки заниматься любовью на открытой террасе, где нас могут увидеть постояльцы или соседи, – плохая идея. И чем я только думаю?

Открыв дверь и заведя Руслана