Проект 'Цербер' - Искандер Лин

подобного рода обследованиям, хоть это и не было его профилем. Поскольку на объекте был особый режим секретности, лишних людей старались не держать – должности создавались с расчётом разумного совмещения функций. То, чем сейчас придётся заняться Максиму, вполне можно поручить и менее квалифицированному персоналу. А всё из-за нежелания ФББ раздувать штат специалистов, обладающих доступом к особо важным данным. Или ты ведёшь научную работу на условиях расширенных обязанностей, или мы в тебе не нуждаемся – лозунг был таков.

Обследование представляло собой шаблонный опрос, взятие некоторого количества анализов для проведения экспресс-тестов и банальный осмотр. Важно, чтобы в экспериментах участвовали более-менее здоровые испытуемые. Они моделировали солдат условного противника. Испытуемые не вызывали у Максима никакого сочувствия: он представлял себе, что это за люди из короткого резюме от ФББ. Каждый раз, когда проходило обследование, Макс видел перед собой убийц, педофилов, рецидивистов – самых отпетых и неисправимых. Деградировавших личностей, носителей черепных коробок с предрасположенностью к насилию. Он видел злобу и асоциальность на их лицах. В их глазах отсутствовал какой-либо интеллект, кроме хитрости хищника. Безэмоциональные личности, но у каждого больное заурядное эго. Молодой учёный прекрасно представлял себе, как эти люди творили самые гнусные преступления, какие только можно себе представить, какими невосприимчивыми они были к этике и морали, к эмпатии. Он был уверен, что каждый из них был в своём детстве школьным хулиганом-задирой, что мешал окружающим спокойно жить. Чаще испытуемыми были мужчины. Но изредка появлялись и женщины: серийные убийцы детей или мужей. Кровавые бестии теряли в глазах молодого учёного всякий пол. Уверенность в том, что перед ним сидят постаревшие подростки-садисты, неугомонные мерзавцы, позволяла Максиму спокойно и неторопливо проводить опрос, брать анализы, а потом вдумчиво изучать отчёты об останках испытуемых, внимательно читать протоколы исследования их трупов. Он считал, что такое использование этих преступников – это лучшее применение подобных нелюдей: «Все равно они не исправятся: агрессия и желание доминировать, унижать у них в крови. А так, хоть что-то полезное сделают для людей». И сегодня Максим видел перед собой точно таких же испытуемых. Ужасные, мерзкие, но не пугающие. Не пугающие потому, что на них были браслеты с электрошоком, в кабинете вместе с заключённым всегда присутствовал «эфбэбэшник». Сотрудник следил за тем, чтобы заключённый хранил молчание, кроме тех случаев, когда ему задают вопрос: не нужно отвлекать учёного от работы. Да Максим и не хотел слышать ничего от всех этих судимых ублюдков: «Что он может мне сказать? Соврёт что-нибудь, зубы заговорит. В лучшем случае выдаст какую-нибудь пресную банальщину. Или попробует на жалость надавить. Лучше пусть молчит: единственную пользу обществу принести он тут и без слов сможет».

Так же было и сегодня. Один испытуемый, второй… И тут Максим опешил, когда увидел, как к нему в кабинет «эфбэбэшник» ввёл Ксюшу. Миронов крепко зажмурил глаза, затем резко открыл – ничего не изменилось. Перед ним в кресле для обследования сидела она. Прекрасные глаза были наполнены болью и страхом, на щеках виднелись следы синяков, исхудавшее бледное лицо казалось старым, чёрная уродливая тюремная форма скрывала стройную фигуру. Роскошные рыжие волосы, которые Ксюша иногда перекрашивала, экспериментируя со светлыми оттенками, сейчас были убраны в короткий хвостик – волосы недавно отросли после бритья наголо. Максим не мог поверить в то, что эта молодая красивая женщина, девушка из его прошлого, сейчас находится здесь, в подземном комплексе, в роли испытуемой. Но реальность была такова. Учёный сделал вид, что его это не удивило:

– Женщина вместе с мужиками? Пёстрая команда.

Сотрудник ничего на это не ответил. Он молча стоял рядом.

Максим начал обследование, с трудом преодолевая желание заменить шаблонные вопросы на те, о которых думал: «Как ты здесь оказалась? Почему ты здесь? Что ты натворила?» Но говорил другое:

– Мы привлекаем заключённых на участие в испытании нового фармацевтического препарата. Доза подбирается в соответствии с вашим состоянием здоровья. Если сообщите мне ложные сведения, я неправильно назначу дозировку. В таком случае вы можете умереть. Итак, сколько часов вы сегодня спали?

– С…Семь.

«Это точно она! Её голос! Я узнал эти придыхания, которые у неё проскакивали во время волнения!» – лихорадочно перебирал мысли в голове Макс.

– Головокружение, тошнота?

– Нет.

Максим шёл по списку и иногда смотрел на Ксюшу. Он видел в ней безмолвную мольбу о помощи. Надеясь, что сотрудник ведомства ничего не замечает, Макс усиленно думал о том, как обставить результаты обследования таким образом, чтобы не дать Ксюше дойти до эксперимента. В этот момент прозвучал сигнал вызова на портативном переговорном устройстве в виде грубого кнопочного телефона в кармане халата.

«Я сейчас вернусь к вам», – Макс с трудом подавлял свой взбесившийся от волнения пульс. Возможность встать и отойти в сторону была очень кстати: адреналин в крови требовал действий.

– Да, – коротко сказал Максим, нажав на кнопку ответа.

– Зайди в П-10, прямо сейчас, это важно, – быстро проговорил начальник.

Макс положил устройство обратно в карман и сказал «эфбэбэшнику»:

– Меня срочно вызывают, я вернусь и всё закончу.

Услышав это, сотрудник ведомства даже не изменился в лице, он всё так же молча следил за Ксюшей.

Передвигаясь по коридорам почти бегом, Максим думал о том, как лучше объяснить всё начальнику: он хочет сделать подлог анализов, и без Алексеича ничего не выйдет. «Что сказать? Что она моя сестра? Что бывшая жена? Что у нас были дети, но умерли? Откуда мне знать, какой человек ему покажется более важным? Пойдёт ли он вообще на то, о чём я его прошу? Рисковать всем ради чего? Он подумает, что я сумасшедший! Что я прошу освободить от эксперимента какую-нибудь рецидивистку, которая меня обдурила! Как же Ксюша там оказалась? Как?» – за этими мыслями молодой учёный дошёл до нужного кабинета. Внутри никого не было. Снова зазвонил «телефон».

– Макс, прости, что отвлёк от работы! – прозвучал в динамике голос Саввы. – Возвращайся к обязанностям.

– А что было-то? – на самом деле он хотел сказать что-то вроде: «Савелий, нужно срочно поговорить с глазу на глаз! Требуется твоя помощь! Всю жизнь обязан буду!»

– Да это ФББ взбаламутили меня! Связался со мной начальник сектора, потребовал устроить совещание с тобой и Сашей. Я ему объяснил, что Сашу необязательно туда звать, а то эксперимент просрочим. А потом вообще резко всё отменилось. Нормально там подготовка проходит?

– Всё хорошо.

– Тогда давай,