Семья моего мужа против развода (СИ) - Хэйли Джейкобс

Герцог первым нарушает тишину. Под нашими ногами хрустит снег.

Смотрю на идущего рядом, привычно уже подстроившегося под мой шаг, Рейнарда. Его профиль тоже красивый. От сказанных им слов в воздухе образуются и тут же рассеиваются облачка пара.

Почему он на меня не смотрит?

Я вздыхаю. Сжимаю и разжимаю пальцы. Быть честной и верить в лучшее — единственное, что мне остается. Не знаю, боюсь ли я того, что мне не поверят и посчитают сумасшедшей, или наоборот, того, что слова мои воспримут всерьез. В таком случае реакция будет еще более непредсказуемой.

— Понимаешь…

Слова даются нелегко. Нельзя быть готовой к такой откровенности. Рейнард слушает молча, его взгляд так и не обращается в мою сторону, все, что я вижу, это профиль герцога. Вроде так легче, но в то же время невозможность увидеть реакцию сбивает с толку. Хотя, думаю, если замечу на его лице намек на неверие или гнев, не смогу больше и слова вымолвить.

Другой мир, иномирная душа, сюжет книги…кто в здравом уме сможет так просто принять подобное?

Хотела же ты развода Юнис, кажется, скоро его получишь!

— Как-то так… — неловко заканчиваю свой монолог, который занял минут пятнадцать, если не меньше.

— Ясно, — кивает герцог, сохраняя бесстрастность.

Нет, что это такое, скажите на милость?! — злюсь про себя. Негативная реакция — плохо. А вот это как понимать? Радоваться ли? Что-то я особого счастья не чувствую.

— И все? Ты не злишься? Или, может, испытываешь ощущения, что всю жизнь провел во лжи? Разочарован? Ты мне вообще поверил?

Дай мне ответ!

Его светлость останавливается и оборачивается наконец ко мне лицом.

Он совершенно такой же, как и до этого моего признания! Полное спокойствие. Что за варрх! А я тут переживала, места себе не находила!

— Я тебе верю. Даже если бы ты сказала, что на небе три солнца, я бы и тогда поверил. Это первое. Я не злюсь и не разочарован. После года скитаний в диких землях, где я чего только не повидал, меня мало чем можно удивить. Да, странно, конечно, но я это могу принять. Если честно, я себе худшее воображал… Например, что ты и Мелвин уже…неважно. Книга? Но с твоим появлением все давно уже идет не так, как там, верно? А значит, благодаря тебе наша судьба в наших руках. Остальное меня не волнует. По своей воле я таким как тот герой романа точно не стану. Мы — два совершенно разных человека. И наконец, я не чувствую себя обманутым. Люди вокруг рождаются и умирают, страдают и радуются, для меня окружающий мир вполне реален. Это не значит, что я тебе не верю или что-то подобное…просто… моя реальность вот такая.

Мужчина подается вперед и заключает меня в кольцо своих рук.

— Бог это или вселенная, я благодарен, что они привели тебя ко мне. Ты здесь, я могу тебя коснуться. Другое меня не волнует.

Все еще сложно поверить в то, что Рейнарду настолько оказалось по боку эта тайна общемирового масштаба. Я застываю в его объятьях, все еще не способная смириться с такой вот правдой.

Меня целуют в макушку и отстраняются. Это не он, это я все еще пребываю в шоке.

«Как тебя звали в той жизни? Чем ты занималась? Что тебе нравилось? Когда у тебя, той тебя, день рождения? …в той жизни, ты…была замужем или состояла в отношениях?» — вот что интересует герцога.

Его энтузиазм сбивает с толку.

— Погоди…ты и правда так спокойно все принял? — я все еще не могу поверить.

Представьте, вам кто-то говорит, что красное, для всех остальных — это зеленое. И вместо даже толики удивления, вы просто: ну да, как скажете. Так запросто поверить, что он не притворяется, я не могу.

Щурюсь и ищу намеки на недосказанность в его глазах, в лучах фонарей, ставших еще больше похожими на янтарь. Или…пиво. Да, вот прямо здесь и сейчас я бы не против испить пенного напитка.

— Ну да. Знаешь, ты сейчас и та Юнис, которую я взял в жены — словно небо и земля. Должно было быть что-то, отчего произошли такие изменения. Я просто не рассматривал, да и не мог, очевидно, факт переселения душ, думал, может нервный срыв или то была такая маскировка… — пожимает плечами Рейнард и улыбается.

У меня вырывается нервный смех. Думаю, он реагировал бы иначе, не будь он по уши от меня без ума. Хе-хе-хе. Словно камень с плеч свалился, так стало легко после чистосердечной явки с повинной.

— Только больше никому не говори. Это может быть опасно, да и к тому же, мне льстит знать о тебе то, о чем другие не в курсе, — большая ладонь сжимает мою, и даже сквозь рукавицу мне становится теплее.

— Ну а тот Рейнард, из книги, он тебе больше нравится? Или реальный я все же лучше? У него-то точно нет таких мускулов.

— Без комментариев.

— Юнис…Юля.

Мое сердце сейчас лопнет. Вот прям как воздушный шарик, который резко иголкой проткнули.

— М?

Я смотрю под ноги и натягиваю повыше шарф, пряча свои красные щеки. Зря, ведь можно же логично предположить, что разрумянились они из-за холода.

— Ничего. Просто захотелось позвать тебя по имени.

Кошу глаза только чтобы полюбоваться этой мальчишеской абсолютно довольной улыбкой.

— Значит, у тебя была большая семья.

— Угу. Я первая, потом две сестренки, они погодки, я их ненамного старше, но они привыкли, что их балуют, и кажется, что разница между нами больше, чем на самом деле. Еще есть младший брат. Сейчас он уже школу закончить должен был. Мой отец военный, наверное, он пошел по его стопам. А может, продолжил заниматься музыкой. У него волшебные руки, под ними инструмент не звучит, а поет…

Слова льются рекой. И как я только держала все в себе?

Я скучаю. По маме с папой, и по младшим тоже. И по друзьям, одногруппникам, по универу и по своей подработке, а еще по тренеру и команде лучников, пусть в последние годы я секцию посещала реже и уже думала бросать из-за занятости. И даже по собственному имени…очень скучала.

— Прости, что-то я… — всхлипываю тихо и закатывая наверх глаза, чтобы остановить плач.

Только вот не выходит. В носу покалывает и горячие слезы, текущие вниз по холодной из-за этого зимнего вечера коже, чувствуются особенным контрастом.

— Кажется, снова снег…

Поднимаю голову.

И правда. В воздухе кружатся снежинки. Все они уникальные, вспоминаю вдруг. Нет в