Золото Спарты - Клайв Касслер

Андрей открыл крышку.

— Этот?

Внутри, на сложенной в несколько слоев ветхой ткани, среди мотков бечевки, ржавых инструментов и мятых банок с краской лежал знакомый ящик.

— Боже правый… — промурлыкал Сэм.

— Можно? — спросила у Андрея Реми.

Тот пожал плечами. Реми присела рядом с ящиком и осторожно вытащила драгоценный груз. Покрутила его в руках, осматривая со всех сторон, подняла взгляд на Сэма и кивнула.

— Есть?..

— Что-то внутри? Да.

Глава 55

Триест, Италия

Затренькал iPhone Сэма. Он взглянул на экран, повернулся к Реми и одними губами проговорил «Сельма», затем ответил.

— Это новый рекорд. У вас ушло меньше двух часов.

Они сидели на балконе гостиницы «Гранд-отель Дучи Д'Аоста», любуясь освещением пьяцца Унита д'Италия. Опустилась ночь, и вдалеке замерцали огни гавани.

— Мы уже расшифровали одиннадцать строк загадки и сто символов, — ответила Сельма. — Это почти как второй язык.

Открыв ящик и убедившись, что внутри действительно бутылка из утраченной коллекции Наполеона, Сэм и Реми столкнулись с дилеммой. Было ясно, что Андрей даже не подозревает об истинной стоимости находки, которая последние два столетия пролежала в его фамильных катакомбах. И в то же время они не собирались ее уступать. На самом деле бутылка не принадлежала ни им, ни Андрею — это была собственность французского народа, часть их истории.

— Это редкая бутылка вина, — сказал Андрею Сэм.

— Французская, говорите?

— Да.

Андрей фыркнул.

— Наполеон тревожить могилу Традонико. Берите бутылку.

— Мы можем вас как-то отблагодарить? — сказала Реми.

Андрей прищурился и почесал подбородок.

— Три тысячи кун.

Сэм мысленно пересчитал на курс доллара.

— Около пятисот долларов, — сказал он Реми.

За очками в проволочной оправе глаза Андрея заблестели.

— У вас есть американские доллары?

— Да.

Андрей протянул ладонь для рукопожатия.

— По рукам.

— Я только что отправила загадку по электронной почте, — сказала по телефону Сельма.

— Отгадаем — перезвоним.

Сэм повесил трубку и проверил почту. Реми пододвинула стул и заглянула мужу через плечо.

— Ого, длинная… — заметил Сэм.

К востоку от дубраТретий из семи восстанет.Царь Йовис Диес.От альфы до омеги, от Савоя до Новары, Спаситель Штирии.Храм на перекрестках завоевателя.Иди на восток, к чаше, и найдешь знак.

— Первые пять строк вписываются в образец, — сказала Реми, — а последняя выбивается. Впервые такая ясность.

— Да. Они еще ни разу так прямо не говорили: «пойдите туда-то и найдите то-то». Реми, судя по всему, мы на финишной прямой.

Она кивнула.

— Давай разгадывать.

Сэм и Реми начали по прежней схеме, выбирая слова, которые, по всей видимости, обозначали имена и названия мест. Они подыскали два вероятных значения для слова «дубр»: Ад-Дубр, деревня на севере Йемена, и кельтское «дубр», что значит «вода».

— Итак, надо искать что-то к востоку от Ад-Дубра или что-то к востоку от какого-то водоема.

Сэм проверил при помощи программы «Google Earth».

— На восток от Ад-Дубра только горы да пустыня, а за ними Красное море. Так что это вряд ли. До сих пор все тайники находились в Европе.

— Согласна. Поехали дальше. Попробуй «царя Йовиса». Когда он умер?

Сэм проверил.

— Нет такого. Значит, Йовис — не царство и не местность… Смотри-ка… Мы неправильно объединили слова. Йовис Диес — «четверг» по-латыни.

— Царь четверга?

— Юпитер, — сказал Сэм. — В римской мифологии Юпитер — царь всех богов, так же как Зевс у греков.

Реми подхватила:

— Давший имя планете Юпитер. На латыни «Юпитер» и «четверг» звучат одинаково — «Йовис».

— Все верно.

— Тогда попробуй забить в поиск слова «Юпитер», «дубр», «три» и «семь».

— Ничего. — Он попробовал добавить и убрать некоторые слова, но снова ничего не нашел. — А что там в пятой строке?

— «Храм на перекрестках завоевателя».

Сэм проверил «Юпитер» в сочетании с «перекрестками завоевателя»… И снова ничего. Тогда он вбил «Юпитер» и «храм».

— Бинго, — пробормотал он. — Существует множество храмов, посвященных Юпитеру: в Ливии, Помпеях и Риме. Точно! Капитолийский холм в Риме посвящен Капитолийской триаде — Юпитеру, Юноне и Миневре. И самое интересное: это один из семи римских холмов.

— Дай-ка угадаю… «третий из семи восстанет».

— Ага.

Сэм нашел рисунок, где неизвестный художник изобразил карту холма времен расцвета Рима. Развернул экран и показал Реми. Та расплылась в улыбке.

— Ничего знакомого не замечаешь?

— Если не считать Капитолийского холма? Нет.

— Западная часть.

Сэм провел пальцем по экрану и остановился на голубой извилистой линии, бегущей с севера на юг.

— Река Тибр.

— А как по-кельтски будет «вода»?

Сэм улыбнулся.

— «Дубр».

— Если бы загадка состояла из этих трех строк, я первым же рейсом рванула бы в Рим, но что-то мне подсказывает: все не так просто.

Предположив, что последняя строка «Иди на восток, к чаше, и найдешь знак» решится сама собой, когда они разгадают остальное, Сэм и Реми переключились на четвертую и пятую строки: «…от альфы до омеги, от Савоя до Новары, Спаситель Штирии… Храм на перекрестках завоевателя» — и провели следующие два часа, делая пометки в блокнотах и в десятый раз перебирая одни и те же слова.

Незадолго до полуночи Сэм откинулся на спинку стула и взъерошил волосы. И вдруг замер.

— Что такое? — спросила Реми.

— Мне нужно заглянуть в биографию Наполеона — короткий вариант, который нам прислала Сельма. — Он огляделся по сторонам, схватил свой смартфон и отыскал в почтовом ящике нужное письмо. — Вот! Штирия.

— И что? — Она пролистала свои записи. — Это область в Австрии.

— А еще так звали коня Наполеона — по крайней мере, до битвы при Маренго в тысяча восьмисотом году. Наполеон переименовал коня в честь победы.

— Значит, «спаситель Штирии» — кто-то, кто спас коня Наполеона. Мы ищем ветеринара? Доктора Айболита?

Сэм хмыкнул.

— Вряд ли…

— Ну хоть что-то. Давай предположим, что начало строки: «от альфы до омеги, от Савоя до Новары» — как-то относятся к нашему предполагаемому спасителю. Мы знаем, что Савой — область во Франции, а Новара — провинция в Италии…

— И еще оба эти места связаны с Наполеоном, — ответил Сэм.

— В Новаре заседало правительство Итальянского королевства, пока в тысяча восемьсот четырнадцатом штаб-квартиру не перенесли в Савойский дом.