Каков Цвет Ночи, Шиноби? (СИ) - "RichardStallman"

9

— Сит! — повернулся Наруто.

Двое подростков догнали убегающих. Первый на лету ударил Ситиса коленом в лицо и повалился на землю. От боли он разозлился ещё сильнее. Пускай этот неизвестный ему пацан не виновен в унижении, испытанным им вчера, вся злоба будет вымещена именно на нём. Увидев это, Наруто сжал зубы и резко остановился. Безусловно Наруто слишком быстр для этих двоих и если тот сам не остановится, они его не догонят. В свои семь, при доле удачи (желательно большой), он мог убежать даже от начинающего шиноби. Тем не менее увидев, как обижают его нового друга, Наруто не раздумывая побежал на обидчика.

Второй преследующий, поняв, что Наруто попался в ловушку собственных убеждений, преградил ему дорогу.

— Ну что, отброс, начнём второй раунд? — оскалился он. — Думаешь, если исподтишка победил нас в прошлый раз, победишь и в этот?

— Заткнись! — закричал Наруто.

Наруто резко сократил расстояние. Его враг даже не думал устраивать рукопашный бой. Он полностью раскрылся и прыгнул в ответ. Только не для того, чтобы ударить, а сбросить. Уже скоро Наруто валялся на земле, а подросток, старше и тяжелее, восседал сверху.

— Отпусти!

— Заткнись, мразь!

Посыпались удары. Всего-лишь за несколько мигов лицо Наруто превратилось в месиво. Тот стоически терпел, не плача и не требуя пощады. Подросток слез с него только тогда, как понял, что ещё чуть-чуть и можно лишить жизни человека. Пускай он и был зол, но не настолько, чтобы убивать. По факту Наруто часто дрался и имел вражду со многими его друзьями.

Чувствуя сладкий вкус победы и терпимую боль в кулаках, подросток встал.

— Ты видал, как я его Джун? — спросил подросток. — Как я его захреначил, а? Джун?

Подросток повернулся и удивленно раскрыл глаза. Его друг, как мешок с овощами, лежал на неизвестном мальчике, а тот, с трудом, пытался из-под него вылезти.

— Джун?

Подросток подбежал к своему другу и перевернул его на спину. Утренние лучи солнца попали на перевязанную тканью рукоять куная.

— А… а… у… ублюдок… что ты… сделал… — паниковал подросток. — я… тебя… брат…

Ситис с трудом поднялся. Пока он пытался достать кунай и побороть второго, который пытался его задушить, он изранил себе все руки. Слишком уж острым тот оказался.

— Б…брат… — с трудом произнёс Джун.

И закашлял кровью. Ему было очень тяжело дышать. Каждый вздох казался наполненным лезвиями, скользящими по телу.

— От… мсти… меня…

Взгляд Джуна остановился. Его брат, увидев это, заплакал. После чего, вынул кунай из своего брата. Кровавая пелена затмила его взгляд. Единственное, чего он желал — убивать.

Ситис бесшумно шагал назад, вдоль стены ближайшего дома, понимая, что если на него обратят внимание — станет по-настоящему опасно. Он понятия не имел, что сейчас делать. В лучшем случае получится получить кунай в спину, если побежать прямо сейчас.

— Стой!

— А-а! За Джуна! — закричал подросток и побежал.

«Нужно толкнуть его и бежать!»

Перед ними было около десяти метров. Ситис трясущимися руками готовился схватить кунай, когда тот попытается сделать удар. Когда до удара оставалось полметра молодой Нара резко бросился в сторону, ловя и отводя в строну кунай. Кроме того, он использовал энергию нападающего и со всей силы закрутил его в выступающую часть дома. От чего прыжок, который сделал подросток, что бы убить Ситиса, сыграл против него самого же. Подросток завалился, разжав на миг хватку. Этого хватило, чтобы молодой Нара собрался с силами и побежал за угол.

— Стоять!

Встав с земли, подросток побежал вслед за убегающим Ситисом. Он видел его точно перед собой и даже чувствовал, что почти догнал. Рука с кунаем полоснула Сита в спину. В последний момент Нара сделал рывок и избежал фатального ранения. Через миг случилось тоже самое. И снова. Снова. По какой-то немыслимой причине, когда кунай прикасался к спине, тот резко ускорялся, а потом снова замедлялся.

— Змея, ты уверена, что ликвидации подлежит только этот объект?

— Уверена. Кажется, я видела того парня в каком-то клане. Только не могу вспомнить где.

— Раз ты так говоришь, я последую твоему совету.

Диалог выше произошёл у двух шиноби в масках, стоявших прямо около подростка, который вяло размахивал кунаем в воздух. Ему до сих пор казалось, что он пытается догнать того мальчика. Истинна заключалась в том, что тот находился в гендзюцу.

Сова сделала печать и подросток двинулся в сторону Джуна. Далее, подросток опустился на колени и проткнул сам себя кунаем и лёг рядом. Змея поправила позы, сделала небольшие штрихи и, удовлетворённо кивнув, подошла к Наруто.

— Змея, должны ли мы вылечить джинчурики?

— Он сам проснётся через пару часов. Критические повреждения отсутствуют.

— А что со свидетелем?

— Объект не представляет интереса.

— В таком случае приступим к осуществлению транспортировки.

Пока Шиноби несли Наруто к нему домой, Ситис, на титанической воли жить, дошёл до дороги. Сделав последний рывок, ему удалось вынырнуть из переулка и врезаться первого попавшегося прохожего. Мальчик, не имея каких-либо сил, упал и потерял сознание.

— М-м? — промолвил задумчиво мужчина, которому показалось, что кто-то в него врезался.

Выглядел он как шиноби, которого заставили ввиду сложной работы встать в самую рань в свой собственный выходной. Ниже взъерошенных пепельных волос, на лице, находилась широка маска, закрывающая практически всё лицо, а так же сползший на левый глаз протектор.

— О… — удивился он. — О-у… ты жив?

Ситис лежал на спине. Ему удалось остановить удар в корпус, но кунай оставил за собой длинную линию на всю руку, из которой быстро вытекала кровь.

— Хм… — поправил маску мужчина.

После чего взял на руки Ситиса и, на максимальной скорости, побежал в больницу.

Конец первой главы. Пролог.

***

10

В прихожей у одной из больничных палат сидели четверо, разделенных невидимой линией на две группы. Первая — Шикаку и Ёшино. Шикаку курил, сбрасывая пепел на стол, и задумчиво переваривал новости, услышанных на совете ночью. Ёшино нервно и нетерпеливо стучала пальцами по креслу, сидеть и ничего не делать — вызывало в ней раздражение.

Вторая группа — более спокойная. Энчу и Сузаку. Сузаку расслабленно сидел на кресле и, прислонив голову к стене, накручивал на палец один из своих «рогов» на голове. Энчу, как образец строгости и формализма, стоял с ровной спиной, почти что как непоколебимая скала.

— Ну долго ещё?! — не выдержала Ёшино. — Шикаку! Шика-аку!

— М? — вышел из задумчивости Шикаку. — Ты что-то говорила?

— Выплюни сигарету, ненавижу, когда ты куришь!

Ёшино резко отобрала сигарету и, сжав в руке, бросила в сторону.

— Тихо, — холодно произнёс Энчу. — Соблюдайте приличие.

Никто не стал ему перечить. Ближе к обеду из палаты вышло два уставших ирьерина. Одна из них, женщина средних годов, чуть не упала, но второй её удержал. После чего, она ушла своим шагом в сторону лестниц. Второй же, пожилой мужчина, подошёл к Энчу.

— Господин, — поклонился он. — Мы сделали всё, что могли.

— Подробнее.

Ирьерин прикрыл глаза и почесал брови. Далее, собрался и начал говорить:

— На данный момент его жизни ничего не угрожает. Тем не менее, он потерял много крови. Для полного восстановления, по нашим подсчетам, потребуется не менее месяца.

— Ясно, — ответил Энчу. — Характер и источник ран?

— Два длинных пореза. С уверенностью в девяносто процентов можно утверждать, что это был кунай. Ему повезло быстро попасть в больницу. Промедление стоило бы жизни. Говоря о порезах, как я понимаю у мальчика с детства дефектна левая рука?

Энчу кивнул.

— Не знаю, как раньше, но сейчас чакра практически полностью не попадает в левую руку. Его будущее, как шиноби, под большим вопросом.

— Протезирование?

— Есть не считать, что это дорого… — почесал бороду ирьерин. — Все его чакраканалы в той или иной степени повреждены. Пока они в таком состоянии говорить о протезировании не имеет вмысла.