Власть оборотня (СИ) - Осборн Линда

— Я уже взрослая девочка, могу решать сама.

Он улыбнулся такой чертовски сладкой улыбкой, многообещающей и греховной, что у Эшли снова дрогнуло сердце, уже не в первый раз за это утро. С такими парнями нужно держать ухо востро, а еще лучше — держаться от них подальше!

— По новостям сказали, что специальная техника — экскаваторы и прочее — уже в пути, но до нас они доберутся не раньше вечера. Вначале расчищается большая дорога, главная трасса, а уж потом — второстепенные дороги. На своем мелком «жуке» ты сможешь выехать отсюда только через пару дней, не раньше.

— А ты? — она заглянула в его глаза и обратила внимание, что в темноте его черного зрачка заполыхало золотое пламя — удивительный эффект игры солнечного света, такого она еще не видела! Завороженная этой метаморфозой, она провела рукой по его щеке, покрытой легкой колючей щетиной. Это будто запустило все ее рецепторы, волнение, предвкушение, дрожь тела. Такое с ней тоже случилось впервые. Будто бы тело настраивалось на другого человека, принимая его электрические импульсы, чтобы синхронизировать все процессы именно с ним.

Ник вздохнул, от чего его грудная клетка заметно приподнялась и опустилась.

— А я уеду уже сегодня.

11

Эшли вскинула брови.

— Ну я-то езжу не на игрушечной машинке! — рассмеялся он. — Если хочешь, мы можем выехать вместе.

— Нет, нет. Я бы хотела задержаться здесь. В конце концов, у меня осталось четыре дня отпуска, и их я бы хотела провести так, как запланировала.

Ник положил руки ей на талию и притянул к себе.

— А, то есть ты планировала заняться сексом с первым встречным, чтобы выкинуть из головы своего идиота — бывшего?

— Ты точно не знаком с Салли? — пробурчала Эшли. — Мне кажется, вы обучались в одном с ней университете, где преподают дисциплину как вести себя после расставания.

Ник рассмеялся этой шутке, и небольшой сплин, легкая обида, которая царапнула душу девушки, растаяла как дым. Действительно, Ник ничего не обещал ей, он не должен менять из — за нее планы и вообще никто никому ничего не должен.

Мужчина поцеловал ее в губы, отстранился и снова заглянул в глаза.

— Я пойду во двор и почищу машины. Расчищу немного дороги от снега, чтобы ты смогла выехать, если тебе надоест тут скучать в одиночестве.

— Это было бы неплохо! — подмигнула она.

Ник широким пружинистым шагом направился к двери, распахнул ее и исчез в оглушающей рези белого снега. Эшли округлила глаза. На улице стоял трескучий мороз, снега навалило буквально по ручку двери, а Ник, этот огненный парень, вышел из дома совершенно раздетым. Нет, на нем, конечно, были легкие штаны, но, в самом деле это не может быть защитой от холода!

Она сбросила с себя плед и добежала до двери. Схватила с вешалки мужскую парку и распахнула дверь.

— Ник! Ник! Ты ничего не забыл? — крикнула она и встала, как вкопанная. Удивляться было чему: обнаженный по пояс мужчина чистил резкими, уверенными, отточенными движениями лопатой дорогу от дома. Снег разлетался небольшими сугробами по сторонам, а сам он работал как заведенная машина. Может быть, это был обман зрения, но, кажется, по его спине стекали струйки пота.

— О! — он остановился и выпрямился. — Спасибо, Эш!

Ник воткнул яркую огромную лопату в снег и подошел к ней. Забрал куртку, продел в нее рукава, чмокнул в лоб опешившую девушку и подтолкнул ее в сторону дома.

— Замерзнешь! Немедленно вернись в дом!

Эшли вернулась в коттедж и прильнула к окну, буквально впечатавшись в него носом. По стеклу тут же распространился пар. Казалось, что забота девушки мужчине ни к чему: он также уверенно расчищал дорогу от снега в открытой нараспашку куртке, не замечая холода, ветра и попадающего на кожу холодного снега. Эшли подумала, что куртку он надел только для того, чтобы она вошла в дом, а не для собственного тепла.

Девушка вернулась в кухню. Ну что ж, раз сегодня — день прощания, нужно отблагодарить этого жгучего парня вкусным ужином. В конце концов он действительно выполнил свою работу — уже несколько часов Эшли не вспоминала Кларка. Салли была права, горячий секс — то, что нужно для разбитого сердца.

Она прибавила радио, где с жуткими помехами певица пела о неразделенной любви, и поморщилась. Ну нет, — решила она. Никакой хандры. С этим парнем она распрощается на приятной ноте. Ну а потом… потом будут новые поиски работы, новой любви… ее сердце открыто всему новому, приятному, хорошему. И никакой Кларк не будет ей в этом помехой.

Грустная песня о любви закончилась, и прозвучала заставка местных новостей.

— Из тюрьмы в Мунтауне сбежали трое заключенных, — повторила диктор информацию, которая была уже Эшли знакома. — Правоохранительные органы не комментируют это происшествие, но известно, что они двинулись на север. Призываем граждан быть осмотрительнее и не выходить из домов при наступлении темноты.

Она пожала плечами и переключила радиостанцию. Плохих новостей с нее достаточно! Открываем сердце всему самому прекрасному!

Эшли постаралась на славу. Продуктовых запасов, что она захватила из города, хватило бы на небольшую роту солдат, а уж в вине недостатка не было. Девушка красиво накрыла стол, разложила пасту по тарелкам, добавила веточку розмарина для аромата, открыла красное вино и разлила по фужерам, которые стояли на полочке. Последнее свидание будет красивым и романтичным, — решила она, оглядывая плоды своих трудов.

— О, ты вовремя! Я голоден, как волк, — поцеловал ее в макушку подкравшийся Ник. Эшли воскликнула от неожиданности — свои холодные руки он запустил ей под кофту.

— Обморозить решил? — разыграла она негодование, ударив его по руке.

Ник расхохотался.

— Эш, такую горячу штучку, как ты, обморозить нужно постараться! — девушка улыбнулась и сердце ее сжалось — таких смешных и простых комплиментов она не получала со школы.

«Нет, нет! Не думай об этом. Это просто его манера общения! Не загадывай ничего наперед. Мы расстаемся уже после ужина!», — напомнила она себе.

Ник вышел из душа, переодевшись. И Эшли снова мысленно сглотнула слюну: он был просто великолепен. Хоть сейчас — на разворот журнала рекламы крутых часов: невероятно длинные ноги облачены в обтягивающие джинсы, чтобы подчеркнуть их скульптурность; торс и накачанные руки в упаковке темно-синего свитера тонкой вязки буквально кричат о том, что этот парень явно не вылезает из спортзала; влажные волосы игриво топорщатся в разные стороны.

— Ммм, паста выше всяких похвал! — оценил по достоинству ее старания Ник. — Даже в Риме вкуснее не найдешь!

Эшли хихикнула. Он протянул ей фужер, взяв его за тонкую ножку.

— Спасибо тебе, Эш, за все! — он подмигнул девушке и Эшли снова показалось, что в глубине его глаз сверкнуло тягучее золото. Она поморгала, присмотрелась к Нику, но он уже опустил глаза, ковыряясь в тарелке. Почему — то ей показалось это необычным и достойным внимания, потому что сейчас солнце уже давно скрылось за горизонт, домик освещало электричество, которое, как известно, не падко на такие казусы, а за окном стояла вечерняя темнота.

— Ниик, — протянула она. Парень вскинул глаза и посмотрел на девушку ровно и прямо. Она снова залюбовалась им — харизматичный, обаятельный, похожий больше на актера из Голливуда, чем на человека, который будет снимать дом в коттеджном поселке «Луна и сосны» за много миль от города и человеческих развлечений.

— ТЕБЕ большое спасибо, — приподняла она фужер чуть выше в известном жесте. Он поддержал ее жест. Звон бокалов поставил точку в этих отношениях, и Эшли смиренно приняла свою новую реальность.

На прощание он поцеловал ее в висок. Снова сквозь зубы втянул в себя воздух, сжал руки в кулаки, но тут же подхватил свою дорожную сумку и скрылся в темноте. Через секунду послышался свирепый звук пятиста лошадиных сил «гелендвагена» последней модели и Эшли долила остатки вина в фужер. Вечер и оставшиеся четыре дня ее свободы обещали быть довольно продолжительными без такой искрящейся компании, как Ник Вулф.