Семейная жизнь драконья - Татьяна Гуськова

  - Мы будем вести себя хорошо!!! - обрадовался бывший разбойник.

  Я вытащил из седельной сумки своей отбежавшей к кустам лошадки листок бумаги и походную чернильницу, быстро нацарапал записку своему управляющему. Попросил пристроить бесхозных гвардейцев к какому-нибудь делу. С помощью Ральфа запечатал письмо расплавленным воском.

  - Мелфа, отпусти его.

  - Точно? - недовольно спросила драконша. - Может все-таки съесть? На всякий случай.

  - Ну ты чего? - я погладил супругу за ухом. - Не будешь же, в самом деле, людей есть?!

  - А почему нет? - озадачилась Мелфа. - Я теперь дракон, мне положено.

  - Кем положено? Да и не вкусные они, поверь мне. Гадость. И изжога потом будет.

  Бывший разбойник посмотрел на меня круглыми от ужаса глазами, выхватил из руки Ральфа письмо и умчался в лес, только пятки засверкали. Драконша, разомлевшая от поглаживаний, на это даже не обратила внимания. Я обошел ее вокруг и сказал рыцарям:

  - Все, разбойники нам больше не угрожают. Только, боюсь, и слуг мы лишились.

  Благородные сэры, охваченные оцепенением, на мои слова не отреагировали. Кажется, появление дракона, и мое дальнейшее с ним общение стало для них слишком большим потрясением. Ожил только Вольгр. Черный рыцарь вдруг отцепил копье от седла.

  - У этого копья наконечник из рога единорога! Я уничтожу это мерзкое чудовище!

  'Что-то против разбойников ты не спешил геройствовать!' - подумал я, бросаясь рыцарю наперерез и стараясь прикрыть своим телом ошарашенную драконшу. Что-то кричал Ральф, испуганно взвизгнула Мелфа. И тут длинный белоснежный наконечник врезался прямо в меня...

  - Кажется, жив, - ледяная вода и похлопывание по щекам отнюдь не улучшили моего состояния. Правая половина тела не чувствовалась, будто стала каменной, от левой полз нехороший холод.

  - Я умру? - спросил я у склонившегося надо мной Ральфа.

  Глаза рыцаря как-то подозрительно блестели.

  - Молчи, тебе нельзя говорить. Мы с Мелфой сейчас что-нибудь придумаем.

  - А Вольгр, он больше не нападет на мою девочку?

  - Никакой это не Вольгр, а Мориан собственной персоной. Мелфа в него огнем ахнула, так он и растаял вместе с конем и своей повозкой. Ладно, молчи. Придется потерпеть, пока мы тебе к лекарю доставим.

  - Не хочу расстраивать вас, сэр. За плечом Ральфа маячила скорбная физиономия барона Закапа. - Но такие раны не лечатся. Только чудо...

  - Чудо!!! - вскинулся Ральф. Надо доставить тебя к Сверкалке! Он тебя быстро вылечит!

  - Если только теперь единорожья магия на меня действует, - еле-еле прошептал я. Тут меня схватила рыжая драконья лапа, тело с головы до ног пронзило болью, и мир окутала тьма. Следующим, что я увидел, была ехидная морда Сверкалки.

  - Ну что, бескрылый, безрогий. Кто тебя так?

  - Уйди, ехидна! - отшатнулся я от однорогого.

  - Так. Кажется, мое лечение не пошло впрок. Больной бредит. Я не ехидна, я - единорог. Вот, видишь, рог, а вот - копыта. Посмотри, какие красивые, раздвоенные.

  - Как у козла! - я попытался отвертеться от демонстрации копыт, которыми единорог буквально тыкал мне в лицо.

  - Фу, как некультурно! - обиделся дивный зверь, убирая конечности из поля моего зрения.

  - Любимый, перестань. Дай Дракону придти в себя, - послышался нежный мелодичный голос, и моего лба коснулся мягкий нос.

  Лежать перед дамой было неудобно, поэтому я сел. И тут же мои газа завистливо так прищурились, а сердце заныло: фигура бывшей козы, а теперь прекрасной подруги единорога заметно округлилась. Или Лилия-Ромашка так растолстела, или в семействе моего друга скоро будет прибавление.

  Нехорошо завидовать, но я завидовал. Единорог силой любви и своей единорожьей магии сумел не только воскресить возлюбленную, но и превратить ее из козы в единорожку. А я?.. Я могу только сидеть и завидовать. А сложись все по-другому, и мы с Мелфочкой могли бы сегодня яйца высиживать или ребеночка ждать. Кажется, единорожка поняла мои чувства, подошла, тепло дохнула в лицо, и печали отступили, скрылись за радостью встречи.

  Видя, что я уже улыбаюсь, Сверкалка вновь пристал с расспросами.

  - Так кто тебя так?

  - Мориан. А где Мелфа?

  - Там. В лесу страдает. Что?! Черный маг опять объявился?! Как? Откуда?

  - Я сам толком ничего не понял. Мелфа с Ральфом должны знать больше. А чего Мелфа в лесу страдает?

  - За тебя боится. Сейчас я ее и твоего человеческого приятеля позову, и Сверкающий ускакал.

  А я пока прилег на мягкую, шелковистую траву. Нет, чувствовал-то я себя хорошо, только вот что-то в сон клонило. Поэтому вопль Мелфы:

  - Он все-таки умер! - подействовал не хуже ведра холодной воды.

  - Кто умер?!! - переполошился я, вскакивая на ноги.

  - Живой!!! - еще громче завопила драконша, и я оказался в костедробительных объятьях. Выбрался поцарапанный и помятый. Мелфа рыдала. Я попытался ее успокоить, но слезы полились чаще раз в пять, промочив меня насквозь. Тогда за дело взялась Лилия-Ромашка, что-то мягко прошептав в драконье ухо. И... О чудо! Вскоре рев прекратился в редкие всхлипывания, потом сошли на нет и они.

  - Я так за тебя перепугалась, - сообщила Мелфа, хлюпая носом. - Зачем ты так? Тебя этим копьем насквозь!

  - Тебя бы тоже насквозь. Рог единорога - это единственное, что с легкостью пробивает драконью чешую.

  - Так тебя ранили оружием из рога единорога, - покачал головой Сверкалка. - То-то я смотрю такие раны, а ты так долго продержался. Мир праху того несчастного, из которого смастерили такую мерзкую вещь, как оружие. Как я понял, на вас напал Мориан. Многие еще погибли? Не требуется ли еще кому моя помощь?

  - Нет, больше жертв нет, - сказал подошедший Ральф. - Маг вел себя весьма странно. Не воспользовался возможностью нас заколдовать, вообще использовал магию только один раз - для побега.

  - Странно, - покачал головой единорог.

  - А мне показалось, что он под видом рыцаря хотел проникнуть на турнир и причинить вред Варину.

  - О таком я не подумал, - нахмурился Ральф. - Но зачем он тогда себя выдал?

  - Не утерпел перед возможностью мне отомстить. А может, его целью была как раз Мелфа. Он присоединился к нашему отряду, зная, что она не оставит меня одного. Подстроил этот несчастный случай с рекой. Разбойники тоже, наверное, его рук дело. А я, дурак, им еще и записку написал!

  - Не переживай, - хлопнул меня по плечу Ральф. - Ты сам сказал, что в замке Варнан достаточно войска, им не позволят ничего натворить. Но то, что ты сказал про Мориана... Все логично, только я не понимаю, почему все-таки он не колданул, хоть напоследок.