Последний кит. В северных водах - Ян Мак-Гвайр

– Мы убили их всех, Артур, – продолжает Бакстер. – Это был великолепный промысел, пока он длился, и чертовски прибыльный к тому же. У нас было целых двадцать пять дьявольски хороших лет. Но мир не стоит на месте, и теперь открывается новая страница. Смотрите на это дело таким вот образом. Не конец чего-либо, а начало чего-то неизмеримо лучшего. Кроме того, китовый жир больше никому не нужен – все буквально помешались на нефти и каменноугольном газе. Да вы и сами об этом знаете.

– Нефть долго не продержится, – возражает Браунли. – Это просто очередной заскок. А вот киты по-прежнему имеются в наличии – и вам нужен всего лишь капитан, который чует их нюхом, да экипаж, способный выполнить то, что от него требуется.

Бакстер в ответ качает головой и с заговорщическим видом наклоняется к собеседнику. В нос Браунли ударяет запах помады для волос, горчицы, сургуча и гвоздики.

– Не оплошайте, Артур, – говорит он. – Не забывайте о том, ради чего мы здесь. Это не вопрос гордости, вашей или моей. И уж никоим образом речь не идет о какой-то там гребаной рыбе.

Браунли отворачивается, ничего не ответив. Он смотрит на унылый равнинный пейзаж побережья Линкольншира. Суша никогда ему не нравилась, думает он. Она слишком материальна, слишком тверда, слишком самоуверенна.

– У вас есть кто-нибудь, чтобы проверить помпы? – спрашивает у него Бакстер.

– Дракс, – отвечает он.

– Дракс – славный малый. Я никогда не экономил на гарпунерах, не правда ли? Надеюсь, вы обратили на это внимание. Я нашел вам троих лучших. Дракс, Джонс и этот, как там его, Отто. Любой капитан был бы счастлив заполучить эту троицу.

– Они подойдут, – признает он, – подойдут все трое, но это не может служить оправданием Кэвендишу.

– Кэвендиш вам необходим, Артур. Это вполне разумно. Мы с вами уже много раз говорили о Кэвендише.

– Экипаж ворчит и выражает недовольство.

– Насчет Кэвендиша?

Браунли кивает в знак согласия.

– Не нужно было делать его первым помощником. Они же прекрасно знают, что он – дерьмо собачье.

– Кэвендиш – сущий подонок и бабник, это правда, но он сделает все, что ему скажут. А когда вы доберетесь до северных вод, последнее, что вам нужно, это какой-нибудь ублюдок, проявляющий инициативу. Впрочем, у вас ведь есть второй помощник, молодой мастер Блэк, который поможет вам, если по дороге вы вляпаетесь в неприятности. У него светлая голова.

– А что вы думаете о нашем враче, этом Падди?

– Самнере? – Бакстер пожимает плечами, сопроводив этот жест коротким смешком. – Обратили внимание, за сколько я подрядил его? За два фунта в месяц и шиллинг с тонны. Да это же настоящий рекорд. Здесь что-то нечисто, и к гадалке не ходи, но не думаю, что мы с вами должны забивать себе этим голову. Ему не нужны неприятности с нашей стороны, в чем я совершенно уверен.

– Вы верите в эту историю о преставившемся дядюшке?

– Господи, нет конечно. А вы?

– То есть вы полагаете, что его попросту выгнали со службы?

– Скорее всего, но даже если и так, какое нам до этого дело? Интересно, за что теперь увольняют из армии? За жульничество при игре в бридж? За мужеложество с горнистом? Я уверен, что он нам подойдет.

– Знаете, а ведь он был под Дели, на горном кряже. И видел Николсона перед тем, как тот скончался.

Бакстер выразительно приподнимает брови и кивает. Очевидно, слова капитана производят на него впечатление.

– Этот Николсон был настоящим героем, – говорит он. – Будь у нас побольше таких, как он, кто без колебаний вешал этих ублюдков, и поменьше таких трусливых засранцев, как Каннинг[24], раздающих помилования направо и налево, империя находилась бы в куда более надежных руках.

Браунли согласно кивает.

– Я слыхал, что он мог развалить Панди[25] надвое одним ударом своей сабли, – поддакивает он. – Николсон, я имею в виду. Как огурец.

– Как огурец, – смеется Бакстер. – Да, на подобное зрелище стоило бы взглянуть, верно?

Они оставляют Гримсби по правому борту, а прямо по курсу впереди появляется желтая линия мыса Сперн-Пойнт. Бакстер смотрит на карманные часы.

– Быстро мы дошли, – сообщает он. – Все приметы сулят удачу.

Браунли приказывает Кэвендишу подать сигнал на паровой буксир. Спустя минуту или две буксир замедляет ход и трос между двумя судами провисает. Они отдают[26] его, и Браунли командует отдать теперь и грот[27]. С юго-запада дует свежий ветер, и барометр стоит на месте. Восточный горизонт затягивают облака. Браунли поглядывает на Бакстера, который отвечает ему улыбкой.

– И последнее напутствие перед тем, как мы расстанемся, Артур, – говорит он и кивает вниз.

– Распорядитесь свернуть этот чертов канат в бухту, – командует Браунли Кэвендишу, – и держите судно на курсе. Парусов больше не ставить.

Оба мужчины спускаются по трапу вместе и входят в капитанскую каюту.

– Бренди? – предлагает Браунли.

– Поскольку я плачу за него, – отвечает Бакстер, – то почему бы и нет?

Они садятся по разные стороны стола и пригубливают напитки.

– Я захватил с собой бумаги, – говорит Бакстер. – Мне подумалось, что вы захотите взглянуть на них. – Он вынимает из кармана два листа плотной бумаги, разворачивает их и толкает по столу. Несколько мгновений Браунли внимательно вглядывается в них. – Если поделить двенадцать тысяч фунтов на три части, то получится куча денег, Артур, – продолжает Бакстер. – И, в первую очередь, вы должны думать именно об этом. Это намного больше того, что вы могли рассчитывать когда-либо получить, убивая китов.

Браунли кивает в знак согласия.

– Пусть только Кэмпбелл попробует опоздать, – говорит он. – Больше я ничего не скажу. Если мне понадобится Кэмпбелл, а его не окажется под рукой, я немедленно разверну это корыто и приведу его домой.

– Он будет на месте, – говорит Бакстер. – Кэмпбелл – не такой идиот, каким кажется. Он знает, что, если сейчас все пройдет хорошо, он станет следующим.

Браунли качает головой.

– Вот, значит, в чем дело, – говорит он.

– Все дело в деньгах, Артур, только и всего. Деньги делают то, что хотят. Им плевать на то, что предпочитаем мы. Перекрой им один путь, и они тут же проложат другой. Я не могу контролировать деньги, я не могу приказать им делать то или это – я бы очень хотел этого, но не могу.

– Молитесь, чтобы там оказалось достаточно льда.

Бакстер допивает свой стакан и встает, чтобы уйти.

– Там всегда полно льда, – со слабой улыбкой говорит он. – И мы оба знаем об этом. Если есть на свете человек, способный отыскать его, то это вы.

Глава 4