Путь к вершине - Евгений Онегин

— Они совершенно правы. Если бы они не связали противника, мой удар погасили бы в зародыше. Конкурировать с четырьмя опытными мистиками я бы не взялся — а те, кто играл на стороне Тиорты, не заставляют сомневаться в своих качествах. Мне лестно твое доверие, отец, но обвинять Травинса, Бельгейма и остальных в некомпетентности, а меня — хвалить за решающий удар — все равно что отдать всю славу нашей победы конной гвардии, проигнорировав заслуги пикинеров.

Эта аналогия Архистратигу показалась вполне понятной. Он одобрительно хмыкнул, а Сейнарис мысленно поздравил себя с победой: за годы, проведенные при дворе, он хорошо разобрался, какие ответы нравятся отцу и вызывают его поощрение, а какие мысли вслух лучше не произносить. Как бы Тагерис ни ценил свое знание политики, он вовсе не такой прожженый интриган, каким хочет казаться.

— Кстати, тебе известно о том, что твоя сестра неизвестно куда пропала из лагеря? — Жестко поинтересовался Тагерис, наградив сына многозначительным и выжидающим взглядом.

— Она пропала? — Сейнарис сделал вид, что удивился. Отца в этом вопросе он не боялся — тот еще несколько месяцев назад дал понять, что предпочтет видеть наследником Ровандис именно принца, а не свалившуюся, словно снег на голову, принцессу. Тем не менее, напрямую они об этом не говорили — слишком опасно. Даже если один из них Архистратиг.

— Именно. Скучаешь по сестре?

— Ммм… Не очень.

— И не ждешь ее возвращения? — этот вопрос следовало понимать как «стоит ли ждать ее возвращения мне?».

— Не знаю, — честно ответил Сейнарис. Принц, конечно, понимал, что отца такой ответ не обрадует — и не ошибся. Брови Архистратига сошлись к переносице. — Но я сделаю все, чтобы найти сестренку, не беспокойся, отец.

— Что ж. Попробую последовать твоему совету. — Архистратиг снова уткнулся в карту. Аудиенция была окончена.

Вета сидела в палатке и с наслаждением пила травяной чай. Этого добра в лагере было куда больше, чем нужно, благо набрать самых разнообразных растений в лесу — не самое трудное дело.

Тусклый свет фонаря выхватывал из темноты узкое, отрешенное лицо и тонкие пальцы, вцепившиеся в глиняную кружку. После того, как ее усадили на растеленный на земле плащ, Вета пришла в себя не сразу — исцеление Дойвего отняло у нее много сил. Леора до сих пор сидела рядом с раненым, так что они с Ройвисом остались наедине. Тельзаро сейчас вместе с сотником по имени Гройв наводил порядок в лагере — после того, как стало известно, кто она такая, каждый раненый, естественно, захотел получить немедленное исцеление. И, зная, какой ценой далось Вете это чудо, Тельзаро не жалел ругани и зуботычин, разгоняя солдат по палаткам. Ройвис тихо фыркнул — у остальных самыми тяжелыми «ранениями» были синяки да порезы, дергать из-за которых не то что мистика — обычного лекаря, и то стыдно.

В конце концов, все разошлись по местам. Тем не менее, настроение в отряде поднялось. Все понимали, что при действительно серьезной ране Вета в помощи не откажет.

Взгляд рыцаря снова перекочевал на закутавшуюся в одеяло девушку, мелкими глотками уничтожавшую уже третью кружку горячего сладковатого напитка.

— Почему ты раньше не сказала, что ты мистик? — Поинтересовался Ройвис, заранее, впрочем, догадываюсь, какой будет ответ.

— Ну… Вы ведь и не спрашивали, — обезоруживающе улыбнулась девушка.

— И еще ты закономерно опасалась, что мы тебя на всякий случай прибьем, чтобы не бояться, что ты, возникни такое желание, без малейших затруднений вскипятишь нам мозги, да?

— Есть немного, — улыбка стала чуть шире.

Ройвис неопределенно хмыкнул. Оказывается, пока они полагали, что жизнь ровандиссийки находится в их руках, дела обстояли с точностью до наоборот. Вздумай она расправиться с ними, никакого ножа ей воровать бы не потребовалось. Судя по всему, превратить черепушку человека в весело булькающий котелок для нее и впрямь не проблема.

Встретить мистика, а не шарлатана, пытающегося таковым казаться — большая удача. Или, наоборот, огромное невезение — если колдун окажется недругом. Не все, кто обладает мистическими способностями, занимают места у тронов и престолов. Но большой дом в крупном городе, достаточное количество звонкого золота и прочие прелести безбедной жизни для таких людей обеспечены. В отличие от обычного лекаря, мистик вылечит любую болезнь. Или организует, если хватит денег на оплату волшебного избавления от опостылевшего недоброжелателя или конкурента.

— Ройвис… Что будет дальше? Со мной, с вами… Сколько мы еще здесь просидим? — Черные глаза смотрели выжидающе и тревожно.

— Людям нужно отдохнуть и набраться сил. Вряд ли ровандисцы сейчас будут шарить по лесам, они заняты ровно тем же самым, потом, видимо, пойдут на Тиорту…

— А они разве и так не в ней? — Непонимающе спросила Вета.

Не «мы», а «они», подумалось Ройвису. Похоже, девушка вовсе не считает себя частью республики. Хотя, если вдуматься, трудно считать себя частью страны, правители которой взялись сжить тебя со света.

— Столица носит то же имя, что и страна. Я имел в виду именно ее. — Девушка кивнула и Ройвис продолжил, — попытка удержать город лишена всякого смысла, так что, скорее всего, двинемся лесами в сторону Травяного тракта, перейдем границу и отправимся в Веканис. В любом случае, и мы, и ты там будем в безопасности.

— А затем? — Тревога из черных глаз никуда не ушла, и Ройвис вполне понимал Вету — оказаться одной посреди чужой страны — сомнительное удовольствие для девушки лет… Кстати, сколько ей? На вид — никак не больше двадцати-двадцати пяти. Если не моложе.

— Не волнуйся. Что бы ни случилось, я тебя не брошу. Мы все.

— Мы? — Вета горько усмехнулась, — для тиорцев я в первую очередь ровандиссийка.

— Я имел в виду Леору и Дойвего.

— Спасибо. — Теперь улыбка получилась куда более спокойной и радостной. Что бы ни случилось в будущем, он сделает все, чтобы оправдать это доверие.

— У тебя очень красивая улыбка.

— А? — Не поняла Вета.

— Это была попытка тебе польстить, — фыркнул Ройвис. — Судя по всему, не очень удачная.

— Ну, наверно. Не привыкла получать комплименты, сидя в грязной палатке в чужой одежде. Хорошо, что здесь нет зеркал. Наверное, я сейчас похожа на кикимору. — Вета улыбнулась еще раз и протяжно зевнула.

— Не очень. — Неумело возразил Ройвис. И только затем сообразил, что именно он ухитрился брякнуть. Сердцеед-самоучка выискался. — То есть, совсем не похожа.

Девушка хихикнула, видимо, в полной мере оценив риторические способности рыцаря. Раздавшийся следом шорох яснее ясного дал понять, что мистисса укладывается спать и пора всем остальным отправляться на улицу.