Коварный уклонист - Харитон Байконурович Мамбурин

— Ладно, аргументы принял, буду мучиться, — со вздохом признал я, вызывая легкую улыбку у полугоблинши, чтобы тут же её обломать, — Будем вместе страдать, Стелла!

— Это почему?! — тут же возмутилась она, приняв вид встревоженного суслика.

— Потому что лошадей у нас две штуки. Будешь меня нюхать всю дорогу. Кстати, куда направляемся?

— Крейвенхольм, — продолжающий улыбаться Крюгер, заложив руки за спину, наслаждался зрелищем, как я, пыхтя и ругаясь, пытаюсь естественно шагать в этом наряде, — Этот городок мне идеально подойдет для нового начала.

— И что будем делать? — отняв у до сих пор пребывающей в шоке девушки свою старую рубаху, я вытер пропотевшее лицо.

— Захватим в нем власть, конечно же, — с деланным безразличием пожал плечами Михаил Басх, — У меня теперь нет времени на медленную и осторожную раскачку. Нужны люди, связи, ресурсы. Больше всего нужны гонцы. Так что будем рисковать и действовать быстро. Поехали, не будем терять время!

— Фу… М… Кастор, ты уже пахнешь! Кожей и потом! Пусть с тобой Волди едет, а я посижу с мистером Басхом! Можно? Можно?!

— Терпи, терпи. Это еще цветочки…

Глава 3

На подъезде к Крейвенхольму пятеро одетых в одинаковую военную форму людей деловито и с шуточками вешали блондинистую даму пышных форм. Дама, пылая гневом и страхом, брыкалась, мыча сквозь туго примотанную к лицу тряпку, силилась разорвать путы на руках и ногах, судорожно выгибаясь в разные стороны, но её палачей это лишь веселило, а задержки, вызванные тем, что благодаря усилиям дамы её то и дело упускали на траву, воспринимались мужиками даже с легким позитивом. Сама дама была одета в фиолетовое надорванное платье, из-под которого топорщилась кружевами какая-то ночнушка.

Веселье было в самом разгаре, хоть и обещало скоро закончиться — жертву уже подволокли к дереву, на толстой ветке которого болталась петля, и теперь вчетвером хватали за разные части пышного тела, тщась поднять на нужную высоту. Пятый мужик лежал на этой самой ветке, держал в руках петлю, в готовности накинуть её на поднимаемую к нему шею.

— Доброго дня, господа, — спокойным тоном поздоровался с ними Крюгер, едущий на корпус впереди нас, а затем, совершенно не изменившись в голосе, сказал мне через плечо, — Будь добр, убей этих мужчин.

Твою мать!

Выхватить из просторных карманов уже стократно проклятого мной плаща пистолеты, да всадить по пуле в совершенно не ожидавших ничего подобного разумных с расстояния метров в пять-шесть, было сущим пустяком. Куда сложнее было удержать охреневшую от внезапного грохота лошадь, нервические движения которая усугубила заоравшая с перепуга Стелла, вцепившаяся руками мне в бока со всей своей силой юности. Наконец, угомонив женщин и лошадей с помощью мата и поводьев, под возню и стоны слегка придавленной павшим с ветки и вовсю агонизирующим телом одного из вешателей, я зверем посмотрел на невозмутимо наблюдающего за происходящим революционера, из-за спины которого осторожно выглядывал мой питомец.

— Какого черта, уважаемый? — произнес я самыми нецензурными словами из всех, что скопом лезли на язык, а затем грязно выругался, шлепнув госпожу Заграхорн по нервной ляжке за лишние телодвижения и звуки, из-за которых мы чуть не слетели с взбесившейся лошади.

— Я не мог издали определить, кого тут вешают, — обосновал свою кровожадность человек, с кряхтением спрыгивая со своей лошади, — Видишь ли, Кастор, это чрезвычайно важная для нас особа.

— Если её вешали, значит, она уже перестала быть важной особой! — плаксиво, но очень логично заметила полугоблинша, с обидой потирая пострадавшую ляжку.

— Вот да, — встал я на сторону подопечной, бредя вслед за партнером к продолжающей возиться на траве даме.

— Неверно мыслите, товарищи! — бодро заявил Крюгер, заставляя меня изумленно подавиться на вдохе, — Эта дама нам сильно пригодится! Хозяйки борделей, даже бывшие, на дороге не валяются!

Крыть было нечем. Действительно, извлеченная твердой рукой бывшего бандита из кустов дама оказалась слегка потёртой жизнью, но очень привлекательной особой, возбужденно трясущейся от происходящей в её непростой жизни перемен. Наряд, при ближайшем рассмотрении, был в меру роскошен, но лицо мадам выдавало отношение к трудовому классу, далекому от аристократии. Впрочем, когда твердой революционной рукой была извлечена затычка, мешающая спасенной говорить, мы сразу все поняли, причем, включая даже лошадей, что никем иным, как обозначенным Басхом специалистом дама быть не может. И да, мы её нашли не на дороге, а возле, что тяжким грузом правды легло на полные мудрости слова Басха.

Половину её ругани я так и не понял, хотя на дросике, местном аналоге наиболее универсального по планете языка, говорил уже просто отлично.

Ну и, как полагается в таких обстоятельствах, мы тут же потащили спасенную в глубже в кусты. Вместе с лошадями, котами и полугобиншами.

Куда подальше.

Крейвенхольм был близок, трупы стражников, как меня «приятно» удивил идентификацией Крюгер, были уже оформлены, а узнать последние новости и вообще получить оперативную информацию по положению дел в городе мы уже могли из наиболее квалифицированного и обреченного нам помочь, источника. Впрочем, пока Михаил и дама, представившаяся как Эгита Лейк из Крейвенхольма, имели друг друга в мозг, я решил посвятить свободное время самокопанию. Не самый разумный поступок, но только для тех, у кого нет такой проблемы, как «нетерпимость законника». А я, благодаря привязавшему ко мне «классу» шерифа, этим недостатком обладал. …или он мной, довольно часто портя жизнь. Поэтому, когда я душегубил местных служителей закона, вполне могло что-то произойти. Но не произошло.

А почему?

Вот почему. В Характеристике неожиданно обнаружилось, что всё, связанное с классом «шерифа» сменило тон на серый. Еще появился красный мигающий свиток срочного Системного сообщения, который я тут же открыл.

- «Внимание! Носитель класса оказался в ситуации частичного парадокса, противопоставив себя текущей законодательной власти в стране на фундаментальном уровне. Альтернативный законодательный базис, утвержденный главой фракции, к которой примкнул носитель, не разработан. Класс временно недоступен!»

- «Внимание! Запущен отсчет! Если в течение 90 суток с момента старта отчета ситуация частичного парадокса не изменится, а альтернативный законодательный базис не будет утвержден главой фракции, к которой примкнул носитель, класс «шерифа» будет утерян!»

— Этическая сила…, - самовольно прошептали мои губы, пока мозг пытался осознать прочитанное.

Это же… это что? Я могу освободиться? Даже нет, не так… я уже свободен, но получил шанс избавиться от этой сраной «нетерпимости», которая то и дело дёргает меня как за поводок? А в перспективе может убить или покалечить? Что-то теряю? Ха! Всего лишь некоторые искусственные навыки и особенности, нужные для расследования преступлений! На