Лесничие. Эпизод 1 - Инга Родионова

Внезапно под ногами Иры что-то пробежало. Что-то живое про-скользнуло, почти касаясь ее джинсов.

— Антон! — взвизгнула она. Антон остановился.

— Антон, меня кто-то задел, — пожаловалась Ирка, осторожно пере-ступая, чтобы не раздавить неведомое нечто. Он, встрепанный, потный, по-вернулся к ней, шагнул вперед и, Ира могла поклясться, кусты резко сомк-нулись внизу и Тоша рухнул.

— Господи, — простонал он, — там же внизу ничего не было.

Он еле-еле встал, отряхнулся и замер от изумления — перед ним стояла плотная стена кустов. На том месте, где Антон только что яростно вырубал ненавистные ветки, снова стоял густой непроходимый забор. Ире даже показалось, что растения ухмыляются. То есть они бы ухмылялись, если бы у них были рты, поправила она себя. Она поймала себя на мысли, что думает об этих ветках, как о живых. А ветки и впрямь были живые, здесь все было живое, поняла Ирина, и стена, и кусты, и звереныш, прошуршав-ший внизу, — все они чувствовали и мыслили.

— Пожалуйста, — медленно и четко попросила она растения, — пропус-тите нас, нам очень надо.

— Совсем свихнулась, — пробормотал Антон, — нашла, кого просить?

они…

Тут Антоша сел — на его глазах кусты посыпались, как будто их лома-ла невидимая рука. Медленно, но верно появлялся проход, словно кто-то также, как недавно он сам, расчищал им дорогу.

Теперь перед ними был просторный ход, Стало сразу светлее, где-то вдалеке запели птицы, весь лес ожил, словно отмер. Сейчас тишина уже не была зловещей, а обычной, как бывает в пустом летнем лесу. Удивительно, но Ире это не казалось странным. Почему-то ее ничего не удивляло, все было так, как надо, правильно. Она не могла объяснить, почему, но ощуща-ла себя здесь, как дома, и будто заранее знала, что дальше произойдет.

Она подобрала онемевшего Антона и потащила его за собой через образовавшийся проход. Путь назад оказался совсем коротким. Практиче-ски они сразу вышли к месту своего привала. Словно кусты провели их по самому короткому и удобному пути. На земле пропали ямы и рытвины, ко-лючки больше не цеплялись за одежду, да и дорога стала намного суше. Антон покорно тащился за ней будто собачонка, он устал не столько физи-чески, сколько морально. Слишком многое сегодня удалось повидать — и стены, выпускающие колючки, и кусты, вырастающие сами собой за минуту, да к тому же понимавшие человеческий язык. Но на знакомой полянке он немного пришел в себя, огляделся и удивленно спросил:

— А где же девчонки?

Девчонок на полянке не было. Даже трава, которая по идее должна была остаться примятой, была свежей, прямой, как будто здесь вообще ни-когда не бывали люди.

— Может, мы не туда вышли? — растерянно спросил Антон. Место вы-глядело идеальным, абсолютно девственным. Ну не могли же девушки с тяжелыми рюкзаками не оставить никаких следов, что они ангелы, что ли? Нет, Ира была уверена, это то самое место. Они внимательно еще раз обошли полянку, но безрезультатно. Девчонки просто испарились. Здесь снова стало немного темнее и тише, но такого ощущения беспокойства, как раньше, уже не было. Правда, часы у обоих совсем свихнулись — мало того, что они показывали разное время, но и день тоже оказался другим. У Иры были отличные швейцарские часы, но и у них произошел сдвиг, они почему- то показывали пятницу, когда с утра был четверг.

— Слушай, сколько времени на твоих? — спросила Ира и раздраженно потрясла рукой, вот и хваленое швейцарское качество, пожалуйста, сдохли.

Антон хмуро глянул на свой циферблат:

— Полдвенадцатого. Что это? — изумился он. — Я отлично помню, когда мы пошли искать стену, было четыре. — Он послушал часы. — Идут. Странно.

У Иры часы тоже показывали полдвенадцатого. Выходит, часы не врали, но тогда выходило, что они с Тошкой проболтались где-то почти су-тки. Тогда, конечно, все сходится — девчонки, наверное, прождали их пару часов и пошли искать. Только как можно было не заметить прошедшей но-чи, а судя по времени она уже прошла и наступил полдень следующего дня. Тем не менее, небо и погода оставались все такими же, словно пробежало всего ничего. Внезапно в траве снова что-то прошуршало. На этот раз зве-реныш или что там было пробежал медленнее, чувствовалось, что он со-всем не боится. Ира замерла на месте, чтобы не вспугнуть. Существо про-бежало еще раз совсем близко, почти коснувшись ее кроссовок. Ира осто-рожно присела на корточки, существо тоже остановилось, тогда она акку-ратно и медленно, боясь испугать, раздвинула упругие травинки.

Это был совсем небольшой зверек, побольше хомяка, но меньше морской свинки. У существа оказалась забавная мордочка и неожиданно, не по росту большие, совершенно голые уши. Уши просто восхитительные — огромные, чуть мятые и просвечивали на свету, как лепесток розы. Они чут-ко поворачивались на каждый шорох. Непропорционально короткое толстое туловище покрывала редкая серая шерсть, торчащая клоками, как будто зверька стриг начинающий парикмахер. Морская свинка, — так назвала ее Ира, — сидела, не шевелясь, и смотрела ей прямо в глаза, чуть поводя но-сом, ее уши стояли на макушке розовым шалашиком. Взгляд был настолько живой и осмысленный, словно эта свинка все знала про Ирку, ее характер, ее жизнь и знала, как ей помочь.

— Антон, — шепотом позвала она, боясь пошевелиться, чтобы свинка не убежала. — Смотри.

Антон наклонился над ее плечами и тут существо сердито торкнуло и мигом юркнуло в траву.

— Что? — спросил Тоша, свинка убежала так быстро, что он не успел ее заметить.

— Нет, показалось, — сказала Ира, выпрямляясь. Но она чувствовала, что существо сидит где-то рядом и наблюдает за ней.

— Где же они? — тем временем у Антона от усталости и перенапряже-ния начиналась истерика. Бедный Антон всю свою короткую жизнь прожил спокойно. У него всегда все складывалось хорошо, впрочем, как у любого лентяя. Он никогда никуда не торопился и ни о чем сильно не жалел, имел много друзей, которых привлекал его легкий общительный характер и имел много девушек, с которыми умудрялся дружить даже после расставания, и ни одна не осталась на него в обиде. Он любил поесть, любил поспать, лю-бил Юльку и обожал по вечерам сидеть с приятелями в кафе и пить пиво. Честно говоря, походы он терпеть не мог. Уж слишком важен был комфорт, ему всегда казалось, что нет ничего интересного переться куда-то с тяже-лым грузом, есть невкусную, наспех приготовленную еду и отбиваться от комаров, пытаясь заснуть на жестком пледе. Но недавно его приятель вер-нулся с Урала и с восторгом описывал свои приключения. Вот Антону и за-хотелось дешевой романтики — ну, всяких там песен у костра под расстро-енную гитару и встречи рассветов с любимой. А тут еще Юля подлила мас-ла в огонь, непременно захотела отправиться в поход, чтобы продемонст-рировать идеальную фигуру и дорогие спортивные костюмы.