Сдаюсь твоим рукам (СИ) - Закалюжная Людмила

Герда поджала губы, Ева-пра-аджан теперь с интересом смотрела на меня. Как вовремя придумала о школе для детей.

— Если твои помыслы чисты Веста, хотя аура говорит о противоположном, я даю тебе добро на создание империи. Обещай только одно, что ты сделаешь все, чтобы избежать, как можно больше смертей людей.

— Обещаю, — торжественно поклялась я. Кулон нагрелся и засиял алым цветом. Король вызывал меня. И если думала, что самое страшное осталось позади, то как ошибалась, когда въезжала вместе с Кортесом и Шадли в разрушенный от осады город, в котором родилась.

Хорошо, что на мне капюшон и никто не видел, с каким ужасом разглядывала разрушенные дома, трупы на улице, не только мужчин, но и женщин, чаще всего обнаженных или с задранными юбками.

Я ехала по такой родной улице, узнавала ее и не узнавала. Комок в горле мешал говорить, настолько была ошеломлена. «В смерти людей виновата ты. Вот так строится империя. Трупами. Тысячами.»

— Советница Веста! — окликнули меня, но я даже не обернулась, словно во сне передвигалась по знакомым местам, воспоминания с детства нахлынули. Нет, не так я хотела появиться в родном городе. А как? Тут же спросила моя совесть. «Ты же сама решила построить империю и отправила Кортеса в первую очередь захватить родной город. Король Хасан присылал послов, но ты приказала, никаких переговоров. А теперь полюбуйся на дело своих рук.»

Сейчас я боялась даже представить, что случилось с госпиталем, где содержалась мама. И чем ближе подъезжала к больнице, тем беспокойнее было на душе.

Услышала сзади лошадиный топот и крик.

— Советница Веста! — Кортес. Ну зачем ты за мной увязался?

Мужчина нагнал меня. Скромный мальчик вырос и превратился в настоящего полководца. Сурового, но справедливого. За таким воины пойдут и в огонь, и в воду. У меня нет необходимости на него смотреть, чтобы понять с каким выражением лица Кортес разглядывал меня.

— Почему ты оставил короля? — строго поинтересовалась.

— Его Величество под надежной охраной следует во дворец, Советница Веста, — Кортес не знал тайны полубогинь и перед мужчиной мне запрещено снимать плащ, поэтому в его голосе столько благоговения. Полководец слушался меня беспрекословно и верил. А я сейчас сама себе не верила, после того, что здесь увидела.

— Король Хасан жив?

— Да, как Вы и приказывали королевскую семью не тронули, но они содержаться под домашним арестом.

Мы выехали на площадь, кругом была разруха. Следы яростного сражения, разбитые окна, трупы, кровь и запах. Ужасный смердящий запах войны. Я остановилась. Страшно представить, что здесь происходило несколько часов назад.

Вздрогнула, когда услышала мужской гогот, из одного дома вышли пятеро солдат и тащили за собой рыдающую девушку в разорванной блузке и юбке. Замерла. И это воины! Стало мерзко, захотелось проучить насильников. Взмахнула рукой, направила силу Вселенной и мужчины окаменели. Девушка от испуга упала и пыталась выдернуть пальцы из руки обездвиженного солдата. Услышала, как тихо ругнулся Кортес. Полководец чем-то напоминал орла, такие же зоркие глаза и нос с горбинкой.

— Кортес, предупреди своих солдат, что насилие и грабеж будут караться смертью, — жестко сказала я.

— Советница Веста, разбой, это право сильнейших и в нем я не могу отказать воинам после тяжелого боя, а с насилием разберусь. Обещаю, но в городе практически нет жителей, откуда взялась эта бедная девочка. Я не знаю.

Нам ответила старуха, она выбежала на улицу и прижимала окровавленную тряпку к голове. Пожилая женщина буквально рухнула на колени и запричитала.

— Смилуйся советница, моя внученька ни в чем не виновата!

Эта старуха думала, что я хочу убить ее внучку? Стало не по себе от этих мыслей. Я хотела всего лишь отомстить Хасану за Лейлу, а в итоге вызвала страх и ненависть к себе от людей, когда-то родного города.

— Где все жители? — задал вопрос Кортес.

— Все спрятались в замке короля, а мы не успели, ворота были уже закрыты. Мы не одни такие. Многие не успели.

Ясно и в основном бедняки. Взмахнула рукой, солдаты зашевелились и упали передо мной на колени.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— В следующий раз вы умрете.

Мужчины задрожали. Девушка с испугом шарахнулась от меня. Ее тело колотилось от страха. Для них я была божеством, которое породило весь этот ужас.

Молча проехала мимо людей, Кортес отдал приказ воинам и двинулся за мной. Мы проезжали по пустым узким улочкам, иногда встречая солдат, занятых грабежом. Мужчины останавливались и радостно приветствовали нас, но мне было не до веселья. Тяжелый груз от беды, которую я принесла в эту страну, надавил на сердце и чем больше я видела разрухи, тем страшнее становилось. «Я все восстановлю. Все исправлю.» Говорила сама себе, стараясь успокоить совесть, что обжигала сейчас упреками.

Вот он поворот и в конце улицы уже вижу знакомое серое здание. Нам навстречу выбежал один из командиров и доложил, что в больнице для душевнобольных разместилась тяжелая пехота. Медперсонал помогал с ранеными, насилие было пресечено, командир не позволил.

— А больные где? — задала вопрос, который больше всего тревожил.

Солдат ответил, отводя глаза.

— Не выжил никто.

Меня всю затрясло от гнева и еле сдерживая злость, тихо спросила.

— Почему не выжили?

— Когда мы захватили больницу, пациенты стали бросаться на солдат, пришлось всех ликвидировать.

— Они же ничего не соображали.

— Мы тоже, советница. Перед глазами стояла красная пелена, я убивал все без разбору, — закончил командир и смело взглянул мне в глаза. Словно ждал наказания, но обвинять его не в чем. Главный виновник, это я.

— Вы уверены, что из больных никто не выжил? — с горечью спросила.

Воин молча кивнул. Не успела я, не успела. Так и не увиделась с мамой. Отца тоже нет и Лейлы. Никого нет. Я осталась одна в этом мире. Во всей Вселенной.

Но кое-что я должна закончить.

— Во дворец Кортес, — приказала полководцу, теперь больше не смотрела по сторонам, чтобы успеть выполнить месть. «Не только я виновата в бедах этих людей, но и ты Хасан, когда сделал Лейлу своей наложницей».

Вся королевская семья находилась в покоях правителя. Сам Хасан, его четыре жены, десять детей. Про наложниц старалась не думать и так понятно, что происходило сейчас в гареме. Две вдовы моего отца. Первая супруга и четвертая, женщины сидели в противоположных сторонах комнаты, а еще, конечно, присутствовала советница короля. Полубогиня Герда. То, что многие люди спаслись, уверена ее заслуга.

— Король Хасан, если хочешь, чтобы твоя семья осталась жива, ты должен отречься от престола и покинуть страну вместе с родными.

Брат хмуро смотрел на меня. Я помнила его юношей, а сейчас передо мной пятидесятилетний мужчина с мрачным взглядом и со страхом в сердце. Первая жена отца, мать Хасана превратилась в старую развалину. О, как же хотелось открыть им лицо, сказать кто я, но это нарушение правил и я еле сдерживалась.

— Веста, предлагаю сначала все обсудить у Евы-пра — аджан, — спокойно сказала Герда. Лицо матери Хасана дернулось, когда она услышала мое имя, а брат вдруг испуганно вытаращил глаза.

Месть внутри довольно заурчала. Это только начало Хасан.

— Не вижу в этом смысла Герда. Старшая советница разрешила мне действовать на свое усмотрение. Поэтому, королевская семья потеряет свой статус, пусть благодарят, что остались живы, — жестко ответила я. Первая жена отца вдруг поднялась и на трясущихся ногах, держась за палку, приблизилась ко мне

— Веста. Советница Веста, — скрипучим голосом молвила старуха, — Девочка, выжившая после пожара.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Женщина вглядывалась во тьму под капюшоном и в светившиеся голубые глаза, а я ликовала оттого, что ненавистные родственники узнали меня.

А потом старуха рухнула на колени и волосы зашевелились на голове, когда услышала из уст первой жены отца всю правду, случившуюся много лет назад и разрушившуюся жизнь моей семьи.

Когда четыре супруги отца услышали в храме, как советница Сара назвала меня великой и король принял решение жениться на моей матери, тогда и был организован заговор против любимой наложницы правителя и ее детей.