Темные Боги (ЛП) - Андрижески Дж. С.

Существо открыто насмехалось над её словами.

— Необходимо. Прямо то, что всегда говорят Тёмные. Перед тем, как сжечь твой мир дотла. Они говорят, что это необходимо. Это даже не первый раз, когда я слышу такое сегодня, Алексис Пул…

— Мара, — предупреждающе перебила её Алексис. — У меня нет на это времени. Если ты хочешь устно отчитать меня за принятое мной решение, тебе придётся сделать это лично. Желательно за чашкой приличного чая, чего-нибудь вроде улуна.

Замолчав, она практически почувствовала, как другое существо прокручивает её слова в своих мыслях, разыскивая невысказанные смыслы вокруг них.

Сделав над собой усилие, Алексис приглушила свой голос, когда заговорила в следующий раз.

— Я правда не могу сделать это по телефону, — сказала она. — Я бы хотела сделать это лично. Я не могу тратить столько времени, чтобы объяснять тебе всё таким образом.

— Что это значит? — настороженно спросила видящая.

— Это значит, что я в Бангкоке, — ответила Алексис, и в её голосе прозвучало ещё больше предупреждения. — Мы можем встретиться? Всё ещё существует серьёзная опасность. Ты знаешь это. Ты сама сказала. Если хочешь, чтобы я всё исправила, то мне нужна твоя помощь.

Алексис практически услышала, как существо нахмурилось.

— Серьёзная опасность? Здесь, в Бангкоке?

Задумавшись над вопросом, Алексис нахмурилась.

— Возможно. На этот счёт у меня пока нет ясности. На самом деле, я надеялась, что ты поможешь мне с этой частью. Но я не могу обсуждать это по телефону, — повторила Алексис с ноткой предупреждения в голосе. — Нам действительно стоит поговорить лично, Мара.

— Ты приедешь сюда? — с сомнением спросила видящая.

— Я могу. Или ты можешь приехать сюда. Вероятно, так было бы удобнее. Для нас обеих.

Алексис прикусила язык, глядя в окна отеля «Элефант Колониал Гарденс».

Она посмотрела на реку, борясь с очередной волной усталости.

— Я в «Гарденс», — добавила она, используя местное название отеля.

Видящая всё ещё молчала.

— «Элефант Колониал Гарденс», — пояснила Алексис.

На этот раз она практически услышала, как видящая закатила глаза.

— Да, дорогая. Я это поняла. Я живу в Бангкоке всего лишь около трёхсот лет. Я всего лишь наблюдала, как этот памятник эгоизму, алчности, упадку и высокомерию возводился твоими любимыми людьми…

— Ты приедешь?

Снова повисло молчание.

Затем существо выдохнуло, щелкая языком в этой странной манере видящих.

Алексис узнала, что в этих щелчках содержалась масса смысловых нюансов, обычно понимаемых по контексту, а также по тому, как жёстко, мягко, деликатно щёлкающий видящий издавал эту комбинацию замысловатых щелчков. В данном случае щёлканье показалось ей сочетанием вздоха, нетерпения, возможно с примесью глубинного раздражения.

Видящие были странной расой.

Старой расой.

— Нет, — ответила следом видящая. — Ты приедешь ко мне. Старый город. То же место. Через три часа.

— Три часа? Почему так долго?

— Три часа. Либо так, либо мы не встречаемся, Светоносная.

— Но почему?

— Я тоже не стану объяснять тебе мой распорядок, Алексис Пул.

Алексис прикусила губу, глянув на часы.

Она подумывала предложить в качестве места встречи свой клуб.

В конце концов, она поняла, что слишком сильно нуждается в другом существе, чтобы спорить о деталях.

Тем не менее, она еле сдерживала нетерпение в своём голосе.

— Я буду там, — лишь ответила она.

Глава 7. Странное притяжение

— Кто, чёрт возьми, это был? — изумленно спросил Девин.

Прежде чем она успела ответить, он покачал головой, упираясь мускулистыми руками в матрас по обе стороны от себя. Он посмотрел на Джулс, затем снова на Алексис, и его лицо выражало наполовину ошеломление, наполовину настороженность.

— Ты и правда знакома чёрт знает с какими людьми, Лекс.

Алексис воздержалась от того, чтобы пробормотать, что большинство из них вовсе не являлось людьми.

Она задумалась, как можно было бы описать Мару или других, ещё более странных видящих, которых она встречала на протяжении многих лет, но прежде чем смогла решить, стоит ли тратить время и остатки мыслительных способностей на подбор слов, учитывая имеющееся у них время, в дверь пентхауса позвонили.

Не говоря ни слова, Алексис развернулась на пятках.

Она направилась прямо к двери и открыла её без предисловий.

Когда она увидела ряд официантов, стоящих в белых пиджаках и белых брюках, в сочетании с чёрными галстуками и чёрными туфлями, Алексис отошла в сторону, чтобы они могли вкатить тележки, нагруженные тарелками с едой.

Она слегка ошеломлённо улыбалась, пока мимо проезжала тележка за тележкой, и думала про себя, что поручать оборотню заказывать еду было очень опасно.

За считанные минуты официанты расставили все шесть тележек в виде своеобразного буфета, посередине между большим столом в центре общей зоны пентхауса и большим телевизором с плоским экраном, установленным перед полукругом из секционных диванов.

После того, как Алексис всё подписала, оставив им щедрые чаевые, они поклонились и вышли, улыбаясь и желая всем приятного аппетита.

Только тогда Алексис подошла к не накрытым тарелкам.

С одной стороны они расставили тарелки, миски, подогреваемый поднос с белым рисом в центре тележки на колесиках.

У них даже имелась тележка, заполненная исключительно напитками — как алкогольными, так и безалкогольными, включая кофе, чай, молоко, эспрессо, сок.

Вдыхая аромат тайских специй и разглядывая различные тайские блюда, смешанные с тандури, карри, блюдами из морепродуктов из разных регионов, блюдами с лапшой, суши-роллами и закусками, Алексис почувствовала, как у неё заурчало в животе. Там была тарелка кальмаров на гриле, ещё одна с Пад Тай, три вида жареного цыпленка, тофу с зелёным карри, Пад Си Ю, суп Том Ям, жареный рис с ананасами, салат из стейков по-тайски, красное и жёлтое тайское карри с морепродуктами, а также разнообразие разноцветных пирожных, мясные шашлычки, разноцветные соусы, ломтики манго, салат из папайи, салат из огурцов, жареные креветки, свежие летние роллы, жареные спринг-роллы, сатай из курицы, фрикадельки из баранины…

Много еды.

Чертовски много еды.

Алексис устала даже просто от попыток перечислить это всё.

В конце концов, она взяла тарелку и миску и начала их наполнять.

Она более-менее выбирала блюда наугад, пока тарелка не заполнилась, потом она остановилась.

Она поставила тарелку и миску на низкий журнальный столик перед диваном и села перед ним, скрестив ноги.

Девин зашёл и рассмеялся.

— Не обращай на нас внимания, Лекс, — ухмыльнулся он, весело взглянув на Джулс, прежде чем снова посмотреть на сидящую на полу Алексис. — Продолжай. Ешь без нас.

— У вас есть обоняние, — парировала Алексис, беря один из мясных шашлычков, которые она схватила, и макая его в арахисовый соус. Она хмыкнула, глядя поверх шпажки на Девина. — Я знаю, что у тебя есть нюх. Тебе просто нужно последовать за ним, когда ты голодный, человек-волк.

Девин покачал головой, но улыбка не сходила с его лица.

Он подошёл к той же стороне ряда тележек для обслуживания номеров, с которой начала она, взял тарелку и начал нагружать её ещё больше, чем она свою, в основном выбирая наиболее мясные блюда, которые только мог найти.

Джулс несколько раз протестовала, отставая от него на несколько тарелок, по-видимому, думая, что Девин съест всё самое вкусное, особенно всё вкусное из тех блюд, которые ей особенно сильно хотелось попробовать.

Однако в конце концов у Джулс на тарелке оказалось примерно третья часть еды Алексис, и, возможно, пятая часть от тарелки Девина.

Все трое уселись вокруг кофейного столика на подушках.

Несколько минут они даже не разговаривали.

Словно по обоюдной договорённости они вооружились вилками, ложками, ножами, пальцами и приступили к еде.