Громкие дела (Телеслужба безопасности) - Николай Пономаренко

Закон создал такие сложности, что требуются не только временные затраты и длительная переписка. Генпрокурор предоставляет по какому-то конкретному случаю собранные материалы квалификационной коллегии. За семь дней до вынесения своего заключения эта коллегия обязана предоставить эти материалы для ознакомления судье. А как же тайна следствия? Даже если все условности выполнены, а судебная коллегия в возбуждении уголовного дела почему-то отказывает, приходится обращаться в квалификационную коллегию Верховного суда. Это опять потеря времени, в течение которого обвиняемый досконально узнает о наработках следствия.

Еще парадокс. Когда возбуждается уголовное дело в отношении судьи, он не отстраняется от должности, а продолжает вершить правосудие. Тому же Холодову до решения Квалификационной коллегии судей Санкт-Петербурга по-прежнему поручалось рассмотрение очень серьезных уголовных дел.

ТИХОЕ МЕСТО

Зимой 1997 года М.Козлова с оператором задали вопросы проживающим на улице Варварьинской в Озерках. Просто спрашивали прохожих или идущих к колонкам за водой жителей.

- Вы тоже ухаживали за Верой Ивановной?

- Да, она здесь побиралась, просила милостыню, хлеба просила, имея такое имущество...

- А родственники что же?

- А родственники не ухаживали.

- А что с вами произошло?

- Со мной ничего, а мужа моего около дома в десять часов вечера избили. Милиция никак не отреагировала на это. Вера Ивановна уговаривала меня, чтобы я ухаживала за ней и потом получила бы этот её дом. Но я не решилась связываться с этой мафией.

Есть на севере Петербурга настоящий заповедник тишины и покоя. Едва завернув туда, можно сразу забыть шумный город, его суету, близлежащее шоссе, забитое транспортом. Вмиг оказываешься в деревне. Там озера, сосны, относительно свежий воздух. Узкие улочки и деревянные дома, сады, огороды. Летом там открываются пляжи, а зимой - раздолье для катания на лыжах и санях. Уютное и тихое место. Было. До нашего времени. Вдоль Суздальских озер на Варварьинской, Софийской и Елизаветинской стали сновать мерседесы и БМВ. Тихое место стало местом притяжения "хозяев жизни". И вот почему.

Вера Ивановна Дроздецкая владела домиком с участком на Варварьинской, 16. Она и предположить не могла, что владеет состоянием примерно в 700 миллионов рублей. Такую сумму она вряд ли представила бы в своих руках. Пожилая женщина умерла в мае 1995 года. Как и многие одинокие старики и старушки, обитатели Озерков, обладатели несметного богатства недвижимости, скончалась в нищете. Возможно, она удивлялась, с чего это городские богачи повадились на её "малую родину", стали скупать участки, возводить хоромы. То тут, то там сейчас можно видеть на местах бывших деревянных строений каменные особняки, а чаще "недострой" из-за нежелания платить большие налоги за постройку и стремления вложить деньги в недвижимость. Но это другая тема..

Из разговоров с местными жителями.

- Кто строит эти замки?

- Богатые люди, наверное. Я как-то нашла газету 1968-го года, в которой писали, что здесь будет парк, место отдыха. А что вышло? Вот на том участке стоял деревянный дом. Купили землю, дом сожгли, поставили забор и на этом закончили. Дальше по этой же улице находился шикарный дом с изумительной резьбой по дереву, прямо памятник деревянного зодчества. Новому хозяину не разрешили его сносить, сказали, чтобы отреставрировал и жил бы в нем. Внутри что угодно делай, а внешний облик не меняй. И что же? Дом сожгли, забор поставили.

- У кого денег много, те строят эти каменные дома.

- А слухи какие, кто строит их?

- Богатые люди и никаких других слухов. Бедные живут вот в таких деревяшках.

С начала 1995-го года Веру Ивановну Дроздецкую соседи видели то ищущей объедки на помойках, то с протянутой рукой, то в голодном обмороке. За помощью она обращалась ко многим. Многих просила переехать к ней, ухаживать. Взамен предлагала свой дом с участком после смерти. Но люди боялись пойти на это. Боялись кого-то сильного, безжалостного, кто положил глаз на недвижимое многомиллионное состояние несчастной старушки. Боялись обоснованно. Кто-то жесточайшим образом избивал всех, кто пытался ухаживать за Верой Ивановной. Пострадавшие, конечно, заявляли в милицию , в местное 58-е отделение. Но безрезультатно. В конце концов соседи Дроздецкой рассказали об умирающей бабушке участковому терапевту Римме Ивановне Розовой.

Муж Р.И. Розовой Григорий Иванович рассказал М.Козловой :

- Мы пошли к ней. Немощная, 88 лет и никто ей не помогал. Она была голодная, в доме - шаром покати. Сама - почти в обмороке. Из живности только тощая собака. Я побежал в магазин, купил продукты. Покормили. Она завшивела вся, мы её помыли, обработали дом, все перестелили. Вера Ивановна взмолилась - только не оставляйте.

В.И.Дроздецкая уговорила участкового врача и её мужа ухаживать за ней постоянно, переехать к ней и подписала с семьей Розовых договор о купле-продаже на дом с участком при условии, что чета будет ухаживать за ней до смерти. Таким образом планы кого-то коварного и сильного были нарушены. И этот кто-то начал действовать.

Г.И. Розов

- Звонок. Объявилась какая-то десятиюродная племянница Дроздецкой. Кто вы, мол, такие, почему ходите к бабушке. Заявила, что ей завещается дом и участок. Тогда я спросил почему же бабушка бедствует, почему псевдоплемянница за ней не ухаживает. Дней через десять эта мадам появилась у Дроздецкой с каким-то молодым мужчиной. "Ах, бабушка, бабушка!". Я вышел на крыльцо. Вдруг слышу - шум какой-то в доме. Вбегаю в спальню и вижу, что Вера Ивановна лежит на полу, эта красавица стоит над ней и заявляет - она меня ударила. Я крикнул чтобы они убирались, иначе головы отверну. Они выбежали, а я позвонил в 58 отделение милиции. Дежурный принял телефонограмму. И что вы думаете? Никаких мер принято не было, никто не приехал.

С этого случая начались злоключения семьи участкового терапевта. После смерти Веры Ивановны Дроздецкой угрозы, шантаж, ночные телефонные звонки стали постоянными. Семья Розовых не сдавалась. И тогда в доме появился старый приятель Григория Ивановича Розова некто Каратаев Вячеслав. Встретились, посидели, поговорили, потом ещё раз и еще. Однажды Каратаев пригласил Розова съездить с ним в Москву на машине. Григорий Иванович согласился. Однако до Москвы старый знакомый его не довез.

Г.И Розов.

- То ли меня в машине ударили по голове и я потерял память, то ли в какой-то квартире. Этот момент я не помню совершенно. Меня тащили в ванную, топили в воде, душили веревкой и требовали, чтобы я написал бумагу о том, что я уморил голодом Веру Ивановну Дроздецкую. Требовали, чтобы мебель отдал, квартиру. Я не мог согласиться и тогда стали жечь утюгом. Не знаю сколько времени меня истязали. День или два или больше. Очнулся только в ожоговом центре. Отлежал в больнице пятьдесят дней, из них месяц в реанимации. Кроме ожогов обнаружились множественные переломы грудной клетки, травма мозга, в результате чего испортилось зрение, свело мышцы ноги на нервной почве и я на сегодняшний день - инвалид.

Пока Г.И.Розов в больнице возвращался к жизни, бригада Каратаева регулярно навещала его жену.

Р.И.Розова.

- Приходили, угрожали, заявляли , что дом напичкан жучками, прослушивается лазером. Приготовьте, говорили, огнетушители, вас могут поджечь, если вы хоть что-то сделаете не так, как хотим мы. Что они ещё могли сделать? Итак почти осиротили. Муж находился в критическом состоянии.

Терпеть далее было невозможно. Несмотря на то, что не верила больше милиции участковый врач Розова, все же обратилась в правоохранительные органы. Не в местное 58-е отделение, а в Региональное управление по организованной преступности. Оперативники из отдела Ю.Н. Цыганка, посетившие в больнице Г.И Розова по человечески возмутились. Двадцать пять процентов кожи человека были сожжены утюгом! Подобное в их практике случалось и преступники, способные на такое злодейство, без наказания не оставались. Так случилось и на этот раз. Не будем раскрывать комплекс оперативных мероприятий, проведенный ими. Эта кропотливая и тщательная работа должна оставаться за кадром. Скажем только, что вскоре вся бригада беспредельщиков до единого человека оказалась за решеткой. В том числе, конечно же, Каратаев.

И. Комиссаров

- Перед видеокамерой стоял крепкий мужчина и довольно вызывающе отпирался. Говорил, что он агент по недвижимости, что сотрудничает со всеми фирмами, занимающимися куплей-продажей квартир и домов, что помогает знакомым в сделках с недвижимостью, чтобы их не надули. Слушать его было неприятно. Я уже знал, что команда Каратаева занималась нечистоплотными делами. Перед этим снимал кучу паспортов, изъятых у задержанных. Только у одного человека нашли двадцать паспортов на чужие имена. Многих их владельцев уже не было в живых.

Эта трагическая история только об одном доме в Озерках. Что же таят в себе истории других участков земли в тихом месте? Там возникают все новые и новые стройки. Наблюдать за процессом приезжают какие-то люди, но из иномарок с тонированными стеклами не выходят. Посмотрят и уезжают восвояси. Недостроенных домов очень много. Возможно возведение особняков замораживается из-за нежелания платить налоги. Главное - место застолбить. Но местные старожилы считают, что некоторых хозяев либо убили либо посадили.