Невеста для альфы, или Смертельный отбор (СИ) - "Wolf Lita"

Провались оно все! Как же меня занесло в этот проклятый мир, в замок этого проклятого герцога?! Я не хочу за него замуж! Не хочу! Не хочу! Не хочу!

— Как вышло, что я знаю ваш язык? — решила я сменить тему, поскольку думать об ужасных перспективах не было больше никаких сил.

Мы двинулись дальше по дороге. Виконт опять предложил мне свой локоть. И, поскользнувшись еще пару раз, я все-таки взялась за него.

— Нужно что-то сделать с подошвой ваших сапог, — произнес Грэйнар, начисто проигнорировав мой вопрос.

Однако я не собиралась сдаваться.

— Откуда. Я. Знаю. Ваш. Язык? — по словам повторила свой вопрос.

Мужчина бросил на меня не самый довольный взгляд, мол, ты же все равно не отстанешь. И все-таки снизошел до ответа:

— Знаниями языка вас наделил портал, когда вы прошли через него.

— Ах, вам даже такие его свойства известны! — удивилась я.

— Да, — ответил он по-русски. — Портал вкладывает в мозг тот язык, который доминирует на территории, где он расположен.

— Вы не боитесь, что его светлость увидит нас с вами в окно? — полюбопытствовала я.

— Нет, не боюсь. Уж меня-то он точно не казнит.

— А меня? — уточнила упавшим голосом.

— А вас — не знаю, — бросил он с нарочитым равнодушием.

И вот с этим человеком я иду под руку! Убила бы!

Кстати, сейчас мы проходили где-то мимо места портала. Я прямо его чувствовала! Какая злая ирония судьбы — я нахожусь буквально в пятнадцати минутах от своего дома, но не могу в него попасть! Мне захотелось завыть.

Позади послышался цокот копыт.

Я обернулась, и сердце упало в пятки, чуть не пробив подошву новых сапог. От ворот к нам приближался Рагрияр собственной персоной верхом на белоснежном коне.

«А вас — не знаю», — прозвучала в голове фраза, брошенная Грэйнаром.

За несколько метров до нас герцог притормозил коня. Я уже почти ждала, что он проедет прямо по нам. Однако его светлость милосердно обогнул нас и окатил взглядом вечной мерзлоты — я как наяву почувствовала, что внутри меня образуются сосульки.

Помимо воли сдернула руку с локтя Грэйнара. И почему не сделала этого раньше, идиотка! А теперь все, мне конец. Его темности казнить — раз плюнуть. Возможно, казнь будет через постель.

— Торопишься! — бросил Рагрияр мрачно и жестко. В низком голосе прорычала угроза.

— Всего лишь показываю леди ее возможно будущие владения, — моментально нашелся Грэйнар. Но в его глазах неожиданно промелькнула злость.

Однако герцог этого не увидел — уже впился непроницаемым взглядом в меня. Пара мгновений, стоивших мне половины нервных клеток, и он, пришпорив коня, умчался прочь.

А Грэйнар взял мою руку и снова положил на сгиб локтя:

— Владислава, не бойтесь. Насчет казни я пошутил. На самом деле мы вправе разобрать невест, которых отсеет Рагрияр. Другое дело, что вас он еще не отсеял. Однако простое общение не запрещено.

Разобрать?! Словно лежалый товар? Как это отвратительно!

Оказывается, на этом отборе главный приз — не единственная опасность. Взять замуж, ни о чем не спрашивая, может еще и кто-то другой. Да что ж это такое! Куда не шагни, напорешься на жениха!

А этот брюнетистый товарищ, значит, неспроста вокруг бродит. Как шакал, ждет, пока лев выберет лучший кусок себе, а что ему негоже — бросит голодной свите.

Предаваясь сим невеселым размышлениям, я не заметила, как мы вернулись в замок.

Когда взошли на крыльцо, по правде говоря, очень захотелось растянуть над ним транспарант «Женщина — тоже человек!» Для местных это явно было бы великим открытием.

— Я провожу вас до покоев и заберу сапоги, — сказал Грэйнар, когда мы оказались в холле.

— Чтобы я больше гулять не ходила?

— Как раз наоборот — это чтобы без поддержки вы больше не падали через шаг. Я обработаю подошвы.

— Вы сапожник? — съязвила я.

— Нет, леди, маг, — его синие глаза опять смеялись.

Синие?! Но я же точно помню, что совсем недавно они были голубыми! Даже светло-голубыми.

***

Простившись с Грэйнаром, я отправилась на испытание.

Нас по одной запускали в зал, уставленный манекенами с платьями.

Каких нарядов здесь только не было! Элегантные и вычурные, строгие и фривольные, простые и роскошные, самых разных фасонов, сшитые из различных материй.

Я двинулась вдоль рядов. Золотая парча, тяжелый бархат — нет-нет, это точно не мой случай.

Вдруг взгляд уперся в платье, чуть ли не сплошь расшитое разнообразными драгоценными камнями. В свете люстр оно сияло едва ли не ярче новогодней елки. Какая безвкусица! А уж о цене данного «ювелирного» изделия мне было страшно даже думать. Однако никто до сих пор не забрал его — хотя по условиям конкурса выбранный наряд переходил в нашу собственность. А на камушки с этого платья, кажется, можно купить целый замок, и никакой герцог уже не нужен. Этот наряд здесь — не иначе как проверка на жадность. Будет странно, если после конкурса он так и останется висеть на манекене.

Быть может, мне взять его? Таким образом, проверку на жадность я не пройду. И буду наконец выгнана? Однако от холода оно меня не спасет. Агардэн обещал отвести меня домой, если я займу второе место, а не если вылечу после первого же конкурса. Как пить дать, с этим платьем он оставит меня замерзать за воротами, и в Новый год дети будут водить хороводы вокруг сияющей всеми цветами ледышки.

Я двинулась дальше. Глаза, признаться, разбегались. Я останавливалась то перед одним платьем, то перед другим, мысленно прикидывая его на себя. Примерять каждое приглянувшееся было некогда, иначе просто уйду с пустыми руками — на все про все у меня двадцать пять минут.

Время и так уже поджимало. Я зашагала быстрее, поглядывая на пустые манекены

— почему-то мне казалось, что именно на них висели платья, достойные моего выбора. А что осталось — все уже не то.

Я почти отчаялась, когда мой взгляд неожиданно намертво зацепился за одну из моделей.

Платье василькового цвета из шифона, расшитое серебряными листьями — кружево из них, казалось, стекало с облегающего лифа на широкую многослойную юбку. Узкие полупрозрачные рукава длиной три четверти, скромный вырез.

Не мешкая больше ни секунды, я подозвала служанку, дежурившую в «выставочном» зале и указала ей на чудо, пленившее меня с первого взгляда.

Служанка сняла платье с манекена, и мы с ней направились в примерочную. Там девушка помогла мне одеться.

Я посмотрелась в зеркало, и у меня чуть в ужасе не остановилось сердце. Чего я точно не учла, так это того, что у манекена была совсем не моя фигура. На груди платье откровенно болталось. Талию, напротив, слишком сдавило. Да и рост оказался не мой. Кошмар!

Служанка, словно издеваясь, произнесла:

— Миледи, вам очень идет этот цвет и фасон.

— Но оно не сидит на мне!

— Не извольте беспокоиться, миледи, — доброжелательно произнесла девушка. — Походите в нем от силы час, и оно сядет точно по фигуре.

— Само?! — изумилась я.

— Да-да, само. Оно пропитано специальной магией, позволяющей ему принимать форму по фигуре владелицы.

Мне оставалось только присвистнуть.

— Идемте, подберем туфли, — позвала меня служанка.

Уверовав в то, что магия подгонит мне по ноге и любые туфли, я бодро двинулась в следующий зал.

В итоге выбрала серебристые туфли, несмотря на то, что те оказались маловаты. И, честно говоря, еле дохромала до своих покоев.

— Красивое платье! — оценила мою обновку Аринэль.

— Это точно! — скривилась я… от боли.

Следующий час ощущала себя сестрицей Золушки, решившей присвоить ее хрустальные туфельки.

***

Ровно в восемь вечера мы собрались в большом зале. Герцога пока не было. Зато присутствовали и Агардэн, и Грэйнар. А кроме них я насчитала еще десять мужчин. Очевидно, сегодня здесь собрались все приближенные его темности.

Обвела глазами других невест.

А вот и новогодняя елочка — купеческая дочка Матильна. Не устояла перед «богатым и красивым» платьем. Ну, конечно, оно ведь будет отлично сочетаться с алмазным ошейником! Хотя тут ей было бы логичнее выбрать расшитую драгоценными камнями ночную сорочку.