Евангелие от Ивана - Александр Ольшанский

— Или вот. Что это еще такое — система социальной защиты населения? Конечно, будем ее совершенствовать, но так, чтобы всю в распыл, выдрать с корнем. Почему еще врачи, учителя, военнослужащие и другие так называемые бюджетники получают зарплату каждый месяц? Они безгрешные, да? На предприятиях деньги продолжают выдавать — подумать только! — дважды в месяц: в аванс и получку? Куда смотрит глава Центробанка? Шалит по ящику: клянется, руку дает на отсечение, что денежной реформы не будет, а потом ее и проводит. На первый взгляд можно подумать, что молодчага. Однако вместо того, чтобы отобрать все деньги, ввергнуть страну в хаос, он меняет старые деньги на новые. И это — масштабы нашей деятельности? Укрепить руководство Центробанка. Надо брать пример с шахтеров: забастовками капитально подорвали потенциал промышленности. Но ведь она еще жива! Почему? — спрашиваю я. — В чем состоит наша цель? Мы крепко помогли в создании не социалистического, а общества государственного капитализма с ярко выраженной антибуржуазной идеологией. Теперь настала пора расстаться с этой нетленной моделью — под видом борьбы с советским социализмом. В результате всех передряг мы имеем — что? — антиэкономику. Надеюсь, никто из вас не желает создать на ее месте нормальную экономику? Похвально. Не экономика тут нужна, а антиантиэкономика, то есть дважды неэкономика. А что такое экономика в классическом виде? Мантулькин рабочий класс? Крестьяне, напрочь забывшие, что они так называются от слова христиане, ученые, точнее НТР-революционеры, в белых одеждах? Увы, нет. Экономика, если перевести с греческого, — это управление хозяйством. Антиэкономика — это бездарное управление, а антиантиэкономика — это отрицание вообще какого либо управления. Даже самого бездарного. Нужно готовить под эту программу кадры типа Мордаря. Мы располагаем гвардией реформаторов, многие из которых потомственные разрушители или же совершенно невосприимчивы к здравому смыслу. Нам нужны миллионы реформаторов, страна не должна заниматься никаким другим делом, только реформами и, как здесь принято, до основанья. Двинуть в премьер-министры-капиталисты того же Мордаря. Этот пахарь марксистко-ленинской нивы такую чикагу этой стране устроит! Как истинный Дем-Кихот (Доны — перевелись, настала эпоха Демов!) в переводах с греческого не силен, но зато будет принимать зерновые элеваторы за металлургические домны! Талант! — в этом месте Лукавый неожиданно всхохотнул, но слишком необычно — задрал морду вверх и пронзительно взвыл.

Собрание осмотрело весь небосвод, но Луны нигде не было. Даже бледного серпика месяца. И тогда нечестивой братии стало жутко — взвывать так, пусть даже от предвкушения великих пакостей, у них было не принято. Со страху они задрожали, и рябь пошла на экранах телевизоров одной шестой части планетарной суши.

Главлукавый резко, как и начал, прекратил вой и продолжил поучения здешнего партхозактива:

— Мордаризм на смену сосиализму — сильный ход, черти полосатые! Неплохо с задачей погрома экономики справился бы Аэроплан Леонидович Около-Бричко, во всяком случае ему такую программу закачали. Но давайте посмотрим, кто тут радикальней и беспредельней. На смену Мордарю должен придти Толик, который Чумейко-Чумайс. Хватит ему цветами торговать, управлять заводом по выпуску телег, заведовать дурацкими отделами, вертеть кубик Рубика и вообще играть в спортлото. Ему надлежит возглавить Госкомраскрад и провести в Точке RU сплошную чумаучеризацию, пустить все материальные ценности, созданные трудами многих поколений, в полный распыл.

Примерно такой же подход и к демократии — не она нужна тут, а антисоветская антидемократия. В итоге должно быть создано не общество, а антиобщество паханатского типа, где пальма первенства нарушения законов принадлежит так называемым правоохранительным органам. Именно эти органы должны стать инкубаторами и рассадниками преступности. Все должно быть поставлено вверх тормашками и запутано так, чтобы даже ни один из нас, чертей, не смог разобраться, не говоря уж о слабеньких на голову хомо советикусах. Все должно быть дезориентировано, во всем, везде и всюду — хаос и беспредел, обязательно со стрельбой, конфликтами, войнами. И зарубите на своих харях: демократия тут нужна лишь для запаха. Полагаете, что тут своей дури предостаточно? Нет, недостаточно, надо подкинуть сюда гнусь всего так называемого цивилизованного мира. Одна из неотложных задач — создание бесправового государства под видом правового. Исстари здесь закон — дышло, которое куда повернул, туда и вышло. Ха-ха!.. Так вот, Кабачок 450 министров должен стать мастерской по массовому выпуску дышел. И пусть восторжествует дышло, хотя бы погиб мир!

Все, что здесь было приемлемо, оправданно, отлажено, хорошо и так далее — должно быть охаяно и уничтожено. Культура и духовность должны быть безусловно вырваны с корнем! Попы пусть торгуют водкой и куревом, а не занимаются духовным и нравственным окормлением паствы. Все должно продаваться и покупаться. Поэтому ни в коем случае нельзя допустить, чтобы из-за рубежа заимствовалось что-то хорошее. Только исключительно дурное. Самое отвратительное, мерзкое и подлое в современном человечестве должно найти здесь благодатную почву и расцвести самыми пышными цветами! И дать плоды!

Какая самая опасная и непростительная ересь? Идея реформирования самих реформ. Если она овладеет элитой, то все наши многовековые козни и интриги — псу под хвост. Поэтому надо вовсю нажимать на так называемый человеческий фактор. Программу по созданию нового человека свернуть, переориентировать все мощности на создание новых русских, новых татар, новых башкир, новых чукчей и так далее и тому подобное.

Подытоживая, скажу вам, что в этой стране, и не только в этой, наконец-то наступает эпоха «RRR». Демон-, пардон, демократические реформы в виде революции, радикальные рыночные преобразования, а в действительности распад, разложение, разграбление — все это победное рычание Вселенского Революционера, Реформатора и Дегармонизатора, которого враги наши называют Зверем. Помните об этом!

Работу буду принимать не в общем плане, а предельно конкретно. На сколько, например, смертность опережает рождаемость, как растет инфляция, сколько совершено преступлений, сколько миллиардов разворовано. И предупреждаю при этом: если упадет хоть пылинка колчедана с медного лба Бобдзедуна, если на днях состоится подписание в Ново-Огареве союзного договора, или какая-нибудь «Альфа» или «Фита» сунется штурмовать Белый дом, — ад покажется вам пятизвездочным курортом.

Поздравляю с началом самых интересных времен! «За работу, товарищи!» — так выражался один наш большой друг, обещая за двадцать лет соорудить коммунистический рай в этой стране. Кроволюция продолжается! «RRR» восторжествует!

Глава пятая

Служба и жизнь у Василия Филимоновича Триконя резко повернули в лучшую сторону после того, как он в Шарашенске задержал матерого бандита и спас от уничтожения колхозную теплицу во время балетно-бульдозерного праздника «Наша ода каждому огороду!» из цикла «Бой нетрудовым доходам». На него свалилась слава. На целой полосе рассказывалось о его подвиге в шарашенской газете «Вперед!». Даже по центральному телевидению его, как достойного представителя скромнейшей армии участковых уполномоченных, показывали. Между прочим, у него не было лиловых фонарей под глазами — их перед съемкой какая-то настырная телевизионная дама подмалевала. Геройский бинт вокруг головы намотала и красной краски плеснула.

— Вася, как посмотрел я на тебя, так и подумал: все, лучший участковый лучшего отделения столицы отходил свое! — воскликнул подполковник Семиволос, когда Триконь появился перед ним собственной персоной.

— Да я ничего… — вроде бы как доложил начальнику Триконь. — Я-то его уделал, да дружинники с сержантом набросились. И дали жару. Шесть швов…

— Бывает. До пенсии заживет. Тебе в госпиталь, судя по всему, ложиться некогда: журналисты мне звонят каждые десять минут. Я тут насчет ордена поинтриговал — может, медаль дадут, ну и насчет присвоения звания капитана в очередной раз подумал, — как бы отчитался в свою очередь и Семиволос.

Короче говоря, на Василия Филимоновича посыпались поощрения. Председатель колхоза из Больших Синяков прислал благодарственное письмо и подарок — набор ножевилок с цветным портретом неутомимого рационализатора жизни и академика науки Аэроплана Леонидовича Около-Бричко. «И тут достал!» — упал, было, духом герой охраны порядка, но в тот же день Петровка, 38 наградила его почетной грамотой и премией в размере месячного оклада, а министр отметил именными часами. Его стали приглашать на всякие телевизионные посиделки. Хорошо хоть недалеко добираться — Останкино, можно сказать, соседний участок соседнего отделения милиции. Дело дошло до того, что с ним, как в деревне, стали здороваться совершенно незнакомые люди.