Энциклопедия мировых сенсаций XX века. Том №2. Ошибки и катастрофы - Найджел Бланделл

открытыми внешними и внутренними носовыми шлюзами. Полное исследование обстоятельств трагедии неизбежно ведет к заключению, что основная вина возлагается на компанию".

Известно, что Марк Стэнли, в обязанности которого входило закрывать шлюзы перед выходом в море, в это время спал. Он проснулся лишь тогда, когда корабль лег на бок и боцмана выбросило из кровати.

Лесли Сэйбела критиковали за то, что не проверил, закрыты ли шлюзы. Оказалось, что многие капитаны уже выражали озабоченность практикой компании "Таунсенд", разрешавшей выход в море с открытыми носовыми шлюзами.

Существовало мнение, что капитанский мостик должен быть оборудован сигнальными огнями, свидетельствующими о закрытых или открытых носовых шлюзах. Комиссия заявила, что эта мысль заслуживала "самого серьезного рассмотрения", но разумное предложение было проигнорировано.

Судья возложил тяжкое бремя ответственности за потерю корабля и человеческие жертвы на капитана Льюри. Смягчающими вину обстоятельствами он счел то, что шкипер работал в системе, которая существовала и на других кораблях компании: приказов-инструкций закрывать носовые и кормовые шлюзы не было.

Судья подверг владельцев парома уничтожающей критике за "благодушие", которое привело к "болезни разгильдяйства".

После изучения всех обстоятельств трагедии следствие вынесло решение, что все погибшие пассажиры стали жертвами неумышленного убийства.

Позже такие же обвинения были предъявлены команде и управленцам, но затем они были сняты. Судьи сочли, что воспоминания о трагедии, которую можно было предотвратить, — достаточно серьезное наказание.

Горькие воспоминания

Катастрофа "Геральда" привела к кардинальному пересмотру оперативных инструкций по вождению кораблей.

В соответствии с законом о мореплавании сейчас считается преступлением, если корабль выйдет в море с открытыми шлюзами.

Спасенные пассажиры до сих пор хранят горькие воспоминания о потерянных близких и любимых людях.

Помнит о своей утонувшей матери и Никол Симпсон. Скорбит о своих двенадцати погибших товарищах команда затонувшего корабля.

Капитан Льюри сразу же после катастрофы пытался покончить с собой.

Искореженный корпус корабля впоследствии был порезан на металлолом в разделочном доке на Тайване.

Косвенная вина за трагедию возлагалась на небрежное управление паромом.

ШКОЛА В АБЕРФАНЕ: Жертвы-дети.

Люди в угледобывающих районах привыкли к трагедиям. Но то, что случилось в маленькой деревеньке Аберфан в Южном Уэльсе, потрясло даже самых стойких и закаленных. Гигантский оползень из угольного шлака поглотил школу вместе с детьми.

История Уэльса — это история человеческих трагедий. Покрытые угольной пылью унылые долины населяли люди, обреченные на тяжкий труд, бедность, из которой не могли вырваться целые поколения, на ежедневную опасность, увечья и смерть.

Но несмотря на сложности жизни, шахтеры заботливо хранили доставшееся от предков наследие: трудолюбие, мужество, верность в дружбе.

Спускаясь в забой, шахтеры были готовы и к внезапным обвалам, и к взрывам метана, уносившим человеческие жизни. Но никто не был готов к тому, что трагедия может случиться на поверхности земли. И когда в деревушке Аберфан обвалилась гора и погребла под собой свыше ста детей, все содрогнулись от ужаса. Гора была рукотворной, ее образовала порода, которую многие десятилетия шахтеры извлекали из-под земли, чтобы заработать на жизнь.

В конечном итоге детей убили шахты, как до этого они убивали их отцов, дедов и прадедов…

Следы этой трагедии видны в Аберфане и по сей день. Теперь это уже не та деревня, в которой люди чувствовали себя спокойно и уверенно.

Бедствие случилось, когда его никто не ждал.

Уже несколько недель шли проливные дожди. Водные потоки неустанно размывали, подтачивали свалку № 7 — так по терминологии Национального угольного совета именовалась гора отработанной породы. Словно черная раковая опухоль, она прилепилась к склону горы Мертир, вершина которой неясно вырисовывалась сквозь туманную сеть дождя.

Вода сделала свое дело: в 7 часов 30 минут утра черная раскисшая грязь начала движение. Огромная гора — 100 тысяч тонн камней и земли — внезапно начала безжалостное наступление на ничего не подозревающих людей.

Маленький Пол Дэйвис, один из юных жителей Аберфана, был в это утро в начальной школе, расположенной у подножия горы. Рядом находились несколько коттеджей и ферма. Пятилетний Пол любил рисовать и даже набросал карандашом на листе бумаги, как тестообразная грязь, набирая скорость, ползет с горы. На другом рисунке мальчик изобразил гору грязи, стекавшую на его школу, и самолет с надписью "Национальный угольный совет", бросавший на гору бомбы.

А затем настоящая движущаяся гора накрыла начальную школу.

Позже, когда люди извлекли раздавленное тело маленького Пола из-под рукотворного оползня, стрелки остановившихся школьных часов показывали 9 часов 35 минут.

Поток грязи обрушился на деревню, ломая и круша все на своем пути.

Выжившие вспоминают, что они слышали скрип перемещающегося гравия и удары камней.

Гора словно предупреждала людей, что вот-вот обрушится на деревню.

Девятый вал

Священник Кеннет Хейс вспоминает короткие секунды катастрофы с ужасающей отчетливостью, ее мельчайшие подробности будут жить в нем до конца дней. Он повернул за угол и увидел, как вал грязи поднимается по тыльной стене школы, подталкиваемый сзади огромной массой оползня. Его девятилетний сын Дайфиг в это время находился там, среди обреченных.

"Грязь у меня на глазах накрыла школу, — сказал он. — Я видел последних живых, вынесенных наружу, и первых мертвых.

Я знал, что потерял своего мальчика, хотя его тело нашли только назавтра. Смертельная тяжесть оползня раздавила всех нас. Были уничтожены целые семьи. В четверг я похоронил пять человек из одного дома".

Филипп Томас вспоминает, как он кричал, когда камни дробили его руки, и безнадежно звал маму. Буквально за мгновение до того, как стена грязи поглотила школьное здание, он вышел со своим другом на крыльцо.

Филипп говорил: "Меня сразу же накрыла грязь, и я закричал. Затем пришел в себя уже тогда, когда люди выкапывали меня, а грязная вода все лилась и лилась. Роберт, который вышел со мной, был найден мертвым через два дня. Моя правая рука была сломана, и я потерял три пальца. Камни повредили ногу, раздробили таз, содрали волосы. Я истекал кровью, и врачи сказали, что я умер бы от потери крови, но грязь покрыла мое тело коркой и заменила кожу. Грязь наступала с такой силой, что раздавила мне селезенку, и ее должны удалить, оторвала одно ухо — надеюсь, что его пришьют на место".

Восьмилетняя Сьюзен Мэйбанк сидела в классе. Учитель случайно глянул в окно и увидел надвигающуюся черную гору, готовую поглотить школу. Он закричал, чтобы дети скорее спрятались под партами.

Дети подумали, что учитель предложил им поиграть в какую-то новую интересную игру, и быстро опустились на пол. Через несколько секунд грязь смяла стены, словно они были сделаны из бумаги. Учитель