Ледяная пустыня - Майте Карранса

В какой-то момент я подумала, что так Деметра решила отомстить мне за то, что я отказалась идти учиться на медицинский факультет, ведь моя мать хотела, чтобы я последовала семейной традиции и занялась акушерством.

В роду Цинулис были одни акушерки, и я выросла среди страдающих рожениц, пищащих новорожденных и всего, что с этим связано. Я привыкла поддерживать женщин при схватках, разрезать пуповину и помогать упорно не желавшим появляться на свет младенцам. Я и сама считала, что когда вырасту, буду заниматься именно этим. Так же думали и остальные близкие мне омниоры: тетя Крисельда, моя двоюродная сестра Лета и сама Деметра.

Однако потом с Летой случилось несчастье, при котором я присутствовала. Мне и сейчас трудно вспоминать о том, о чем тогда я постаралась как можно скорее забыть. Потом я тебе все расскажу, но не сейчас…

После родов Леты я много ночей прорыдала навзрыд, не желая больше помогать бедным женщинам производить на свет маленьких чудовищ. Я представляла себе, как во время очередных родов буду с ужасом ожидать появления на свет крошечного монстра, а потом его неминуемой смерти, слез безутешной матери и горького чувства бессилия человека, не способного помочь ни убитой горем роженице, ни ее страшному отпрыску.

Про себя решила, что ни за что не стану ни акушеркой, ни врачом. Меня больше привлекала работа разъезжающей по свету журналистки. Поэтому-то я и поступила на факультет журналистики, из-за чего впервые серьезно повздорила с матерью.

Впрочем, Деметра придерживалась довольно прогрессивных взглядов и вскоре успокоилась. Она даже согласилась, что во время учебы я буду жить в городе среди простых смертных, не принимая участия в жизни кланов омниор и вообще стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания.

Тем временем события развивались стремительно. Омниоры-астрономы выяснили, что явление Избранницы произойдет гораздо раньше, чем считалось ранее, а много лет таившиеся по укромным углам одиоры начали подавать признаки жизни.

С появлением Избранницы война между омниорами и одиорами должна была ожесточиться. В связи с чем Деметру полностью поглотили дела племени, и ей совершенно некогда стало заниматься мной.

Убежав с экзамена по истории, я заперлась в своей комнате и залезла в кровать. На мое счастье рядом оказалась Метрикселла. Она сразу поняла, как мне плохо, и стала ухаживать за мной, как за больным ребенком. Она любила рисовать забавные картинки, поэтому дала мне альбом и карандаш и научила рисовать человечков, чтобы за этим занятием я забыла о своих страхах. И я действительно о них забыла.

Раньше я считала Метрикселлу просто хорошей соседкой по квартире, которая покупает по воскресеньям на всех молоко, масло и свежий хлеб и украшает нашу комнату блестящими звездочками и золотистым дождиком. Теперь я увидела в ней прекрасную, терпеливую и ласковую подругу. Приятнее всего в обществе Метрикселлы было то, что она никогда никуда не спешила. Очень скоро я поняла, что настоящая подруга никогда и не должна торопиться.

Появляясь с первыми лучами солнца, Метрикселла садилась у моей постели с папками своих рисунков, не забывая принести мне печенья и молока. Она всегда извинялась за то, что не умеет готовить, но меня это не волновало. Ее разговоры, ее смех и ее веселые картинки утешали меня лучше всех вкусностей на свете.

Метрикселла была очень веселой. Она хорошо сдала экзамены, и отец за успехи в учебе подарил ей джип «Ниссан Патрол» зеленого цвета с двигателем мощностью в 120 лошадиных сил и огромными колесами. Это был даже не автомобиль, а небольшой танк, способный карабкаться по крутым склонам, преодолевать вброд небольшие речки и доставлять хозяйку в те заповедные места, которые обычно видишь только в телепередачах о приключениях.

Этот внедорожник казался огромным и мощным чудовищем на фоне хрупкой и томной Метрикселлы, но ей он очень нравился, и она носила в кошельке его фотографию, демонстрируя ее всем с таким видом, словно на ней был изображен ее жених или любимый щенок. Метрикселла буквально сияла от счастья: она постоянно улыбалась, у нее блестели глаза, разрумянились щеки. Постепенно ее хорошее настроение передалось мне, и я вновь почувствовала вкус к жизни.

Впрочем, считая, что Метрикселла так счастлива только из-за своего нового автомобиля, я заблуждалась.

Однажды утром, смущенно опустив глаза, моя подруга призналась:

— Знаешь, у меня есть парень…

Я разинула рот от удивления. Метрикселла влюблена! Невероятно!

— Вот это да! Давай рассказывай!

— Это секрет, — покраснела Метрикселла.

— Почему — секрет?

— Дело в том, что, когда начинаю рассказывать о своих молодых людях, я с ними ссорюсь, — улыбнулась Метрикселла. — А у нас все серьезно.

Тут я удивилась еще больше. По правде говоря, я была озадачена услышанным, так как в молодые годы мысль о «серьезном» не казалась мне очень привлекательной.

— Ты что, собираешься за него замуж?!

— Шутишь?

— Тогда что между вами серьезного?

— Дело в том, что мы… Короче, мы уже спали вместе… — заявила Метрикселла и подмигнула мне, пытаясь скрыть смущение.

Я не знала, что и думать. Оказывается, меланхоличная Метрикселла, в которой, казалось, нет ничего земного, не только влюбляется в мужчин, но даже спит с ними, не говоря ни единого слова подругам! А я?! Я была так требовательна к молодым людям, что еще никому не удавалось заинтересовать меня свой персоной больше, чем на десять минут.

Колдовские способности идут рука об руку с недюжинной проницательностью, и я с легкостью читала страхи и комплексы молодых людей, попадавшихся мне на пути. Я видела их насквозь, и они казались мне просто большими детьми и совершенно меня не интересовали. Это мысль меня очень расстроила. Неужели мне не суждено влюбиться?..

Метрикселла неверно истолковала перемену моего настроения.

— Извини, пожалуйста, что я не сказала об этом раньше, — вздохнула она. — Ведь у тебя нет от меня секретов.

После таких слов мне тоже захотелось просить прощения у доброй Метрикселлы. Если бы она только знала, сколько у меня от нее тайн, то наверняка потребовала бы назад все скормленное мне шоколадное печенье!

Я тут же принялась ее успокаивать. Это не стоило мне большого труда, потому что я действительно была за нее рада. Метрикселла была замечательной девушкой и заслуживала наилучшего жениха на свете.

— Не надо передо мной извиняться. Я тебя поздравляю! А ты меня с ним познакомишь?

— Конечно. На карнавале.

— Даже не знаю, смогу ли я пойти… — вздохнула я.