Исаакиевский собор - Георгий Петрович Бутиков

При Николае I полномочия комиссии по строительству Исаакиевского собора были значительно расширены. В 1826 году этой комиссии поручается обследовать и организовать строительство храма Христа на Воробьевых горах в Москве. Видную роль в этой работе сыграл Монферран.

В том же 1826 году начинается переделка части помещений Зимнего Дв0РЦа в корпусе, выходившем на Дворцовую площадь. И Монферран получает заказ, позволивший ему проявить себя блестящим художником-декоратором.

Взамен старой, так называемой Театральной лестницы работы В. Растрелли, ведущей в покои вдовствующей императрицы Марии Федоровны, создавалась новая по проекту Монферрана. По его же проекту оформлялись и покои императрицы. В соответствии с замыслом архитектора высокий марш лестницы начинался стройной колоннадой, делавшей проход более широким и раскрытым. Но сторонам находились симметрично поставленные мраморные статуи. Оформление лестницы было бесспорной удачей архитектора. После пожара 1837 года она была восстановлена без изменений.

Спустя год, в 1827 году, Монферран исполняет серию рисунков и планы оформления большого Фельдмаршальского и Петровского залов в Зимнем дворце.

Талант и школа, которую Монферран прошел во Франции, позволили ему проявить себя и в этом случае мастером-декоратором. Однако здесь, как и в других выполненных в этот период работах, чувствуется влияние Николая I, отдававшего предпочтение пышности и помпезности. Он требовал от Монферрана сплошной орнаментации, главным образом военного характера, олицетворявшей мощь Российской империи. Видимо, под его же влиянием архитектор вынужден был чрезмерно применить позолоту. В результате убранство парадных зал Зимнего Дворца отличалось тяжеловесной пышной роскошью. Оно было закончено в 1833 году, но пожар 1837 года полностью уничтожил отделку этих помещений.

Особое место в творчестве Монферрана занимает один из лучших триумфальных памятников XIX века - Александровская колонна. Несмотря на то что образцами для создания Александровской колонны служили колонны Антонина и Траяна в Риме, а также Вандомская колонна в Париже, работу Монферрана нельзя считать простым подражанием. Она явилась результатом глубокого творческого обобщения и художественного анализа классических произведений древности. Сам Монферран считал: «Колонна Траяна - наиболее прекрасный образец - естественно, представлялся моему уму, и я должен был и в дальнейшем, подобно тому, как это делалось в Риме в отношении колонны Антонина, а в Париже с колонной Наполеона, постараться, насколько возможно, приблизиться к прекрасной античности».

Александровская колонна была задумана и воздвигнута как величественный монумент в честь победы русских войск в Отечественной войне 1812 года. Ее сооружение продолжалось почти пять лет - с 1829 по 1834 год. Колонна установлена на Дворцовой площади и находится на оси, проходящей через арку Главного штаба и центральные ворота Зимнего дворца. Место было выбрано с таким расчетом, чтобы с любой точки Дворцовой площади и прилегающих улиц она хорошо смотрелась.

В композиционном решении Монферран продемонстрировал глубокое понимание градостроительных задач. Колонна отличается художественным единством образа, гармоничностью пропорций, хорошо найденным силуэтом и является неотъемлемой частью великолепного ансамбля Дворцовой площади, которая по праву считается одной из красивейших площадей мира. Эта работа превосходит все остальные произведения Монферрана.

Решение сложных инженерных вопросов, связанных с установкой Александровской колонны, еще сильнее укрепило убеждение в том, что Монферран является крупным техническим организатором.

Именно поэтому ему поручаются подъем и установка на пьедестал знаменитого царь-колокола в Москве, являющегося замечательным произведением русского искусства художественного литья. Колокол не имеет себе равных как по величине, так и по весу, достигающему 205 тонн. Он был отлит еще в 1701 году и около 100 лет пролежал в земле. Многочисленные попытки поднять его оканчивались безуспешно. И постепенно сложилось мнение, что колокол вообще поднять невозможно. Однако в 1836 году решили предпринять еще одну попытку установки его на пьедестал. На этот раз провести эту сложнейшую операцию предложили Монферрану, уже имевшему опыт работы как на строительстве Исаакиевского собора, так и при установке Александровской колонны.

Монферран тщательно готовил подъемные работы, стараясь предусмотреть все возможные варианты и случайности. Чтобы не вызвать обвала, по его указанию вокруг колокола была вынута земля и поставлен деревянный сруб.

После этого из образовавшегося котлована выкачали воду. Затем соорудили леса, установили вороты и другие подъемные приспособления.

Несмотря на большую осторожность и тщательность приготовлений, первая попытка подъема оказалась неудачной. Не выдержав большой тяжести, лопнули два каната, и подъем пришлось приостановить. Чтобы избежать повторного срыва работ, Монферран заказывает новые канаты и значительно увеличивает количество кабестанов (воротов).

23 июня 1836 года начался вторичный подъем царь-колокола. В течение сорока двух минут и тридцати трех секунд проходили эти работы. Почти при полной тишине подъем был блестяще завершен. При помощи специальных катков колокол передвинули и установили на заранее подготовленный восьмигранный постамент, находившийся рядом с колокольней Ивана Великого. Царь-колокол находится там и в настоящее время, вызывая удивление и восхищение многочисленных туристов, посещающих Кремль.

После возвращения в Петербург Монферран продолжает с увлечением и свойственной ему энергией заниматься строительством Исаакиевского собора. В этот же период он исполняет и частные заказы, в основном петербургской знати.

Из немногих дошедших до нашего времени построек интересны два дома Демидова, построенные на бывшей Большой Морской улице (ныне улица Герцена). Облик Этих зданий навеян мотивами различных архитектурных стилей, и прежде всего итальянского ренессанса и ампира, что обусловило их эклектичный характер. Но благодаря изяществу замысла, мастерской прорисовке деталей и прекрасному качеству исполнения они производят хорошее впечатление.

Дом № 43 на улице Герцена - большой особняк, состоящий из двух флигелей в два и три этажа. Верхние части трехэтажного флигеля заглублены, оставляя на красной линии улицы лишь первый этаж с воротами в центре и образуя террасу с балюстрадой, украшенной мраморными бюстами. Первый и второй этажи обработаны рустом; верхний этаж с узкими простенками оформлен пилястрами. Находящийся рядом одноэтажный флигель имеет трехчастное деление. Центральная часть его украшена трехчетвертными колоннами ионического ордера. Интересно решение композиции аттика - он разбивается на три самостоятельных скульптурных панно, которые разграничиваются фигурами, изображающими детей, выполненными в высоком рельефе. Они как бы продолжают вертикальный мотив пилястр.

Иной характер имеет второй дом на этой же улице (в настоящее время дом № 45). Он отличается внушительностью. Построен в подражание итальянскому палаццо эпохи Возрождения. Особую привлекательность зданию придает колористически удачная мраморная облицовка. Некоторая массивность первого этажа подчеркнута крупным рустом. Два верхних обработаны пилястрами. Оба здания представляют определенный интерес как образцы аристократических особняков Петербурга середины XIX века.

Неподалеку от домов Демидова находится дом, который Монферран перестроил для себя (в настоящее время дом № 86 по набережной реки Мойки). Судить о его архитектурных особенностях очень трудно, так как к нашему времени он сильно изменился.

Одной