Города Беларуси в некоторых интересных исторических сведениях. Витебщина - Юрий Татаринов

В книге «Памяць» в статье С.В. Таляронка есть материал о Докшицах в 1812 г.

Французские и итальянские солдаты из корпуса Э. Богарнэ проходили через город 7 и 9 июля. Этих дней им хватило, чтобы разграбить и сжечь здесь 45 домов и мельницу.

21 июля докшицкий подкомиссар Стефан Ванькович доносил борисовскому подпрефекту Михаилу Зеновичу, что 19–21 июля в городе вспыхнули пожары из-за того, что французские солдаты разжигают костры близко около хат. Тогда сгорело еще 13 домов. Кроме того, солдаты, которые по приказу плац-коменданта были расквартированы в городской ратуше, взломали двери в помещение архива и «разорили его, актовые книги частью разорвали и в грязь покидали, частью с собой забрали». Плац-комендант Докшиц поручик Фантана «забрал самовольно с провиантского магазина что хотел и пригрозил, что когда ему чего-нибудь не хватит, то он прикажет солдатам забирать все».

И конце июля мародер Фантана во главе 60 солдат отправился в имение Лапуты, принадлежавшее пану Винценту Блажевичу. Последний надеялся, что Наполеон возродит Речь Посполитую, и потому добровольно поставлял провиант французским отрядам. Несмотря на это, французы в тот раз забрали в Лапутах 40 коров, коней, пшеницу, крупу, яйца, масло, сыр и весь выпеченный хлеб. Пану Блажевичу ничего не оставалось, как пожаловаться подкомиссару С. Ваньковичу: «Фантана вывез в Докшицы по надобности французских войск…»

Военные власти закрыли в городе все пекарни и запретили местным самим печь хлеб. Этим начали заниматься французские солдаты-пекари. 3 августа докшицкий подкомиссар писал в Борисов, что поручик Фантана потребовал, чтобы «докшицкие мещане платили его хлебопекарям каждому по 9 злотых в день». Ванькович предлагал, чтобы местные мещане сами пекли хлеб. В ответ на это Фантана разместил в хатах тех жителей, которые не заплатили подать, по 4 солдата, а также арестовал несколько человек из городской власти. Кроме того, он забрал «в заклад собственность многих горожан и грозил в случае неуплаты подати ее сжечь».

Дальше — больше. По распоряжению Наполеона руководство минского департамента 25 июля и 1 августа издало указ о наборе рекрутов из местных селян. Рекруты были набраны. Но служить оккупантам, в отличие от своих панов-властителей, не захотели. В результате, во время отправки под конвоем все они сбежали в лес.

В конце июля французы организовали в Докшицах лазарет на 300 коек и потребовали от местного гражданского руководства обеспечить раненых питанием. Однако кормить было уже нечем. Муку и другие продукты вывез проходивший через город обоз с французским войском. Раненые солдаты голодали.

Между тем, весь урожай хлеба осени 1812 г. в Докшицком кантоне остался несобранным, поскольку все лошади были реквизированы французским войском.

Непристойную роль в это трудное время разыгрывали докшицкие евреи. Настоятель докшицкого монастыря Симон Трацевский писал 13 сентября на имя С. Ваньковича: «Евреи местечка Докшицы одни в погоне за прибылью и вознаграждением, другие по озлобленности и какой-то мести умышленно наводят проходящих солдат на окрестные имения и села…»

В сентябре-октябре жители Докшиц начали оказывать сопротивление властям в сборе продуктов питания для французских солдат. Особенно это сопротивление обострилось после отступления Наполеона из Москвы. 25 октября докшицкий комиссар полиции жаловался борисовскому подпрефекту, что жители не хотят слушать приказаний, платить подати, исполнять повинности, что местную власть шляхта ругает, до себя не допускает, а жители прячутся… Это был социальный протест — тем не менее, шляхта и жители не выступили тут против французских войск с оружием в руках. 1, 2 и 3 октября через Докшицы прошло 1500 солдат под командованием капитана де Дувила. Из донесения С. Ваньковича явствует, что эти тоже грабили, растягивали, жгли. В конце концов несчастный С. Ванькович, испугавшись, сбежал с отступающими французами. Его заменил другой подкомиссар пан Доминик Клячковский, которому тоже ничего не оставалось, как только жаловаться на мародеров.

Русские войска вступили в Докшицы в ноябре 1812 г.

Т. Чувахова собрала и опубликовала в местной районной газете материалы, касающиеся истории города, начиная с 20-х годов XX в.

Самым крупным предприятием того времени, оказывается, был местный пивоваренный завод Гордона. Его цеха размещались чуть ниже того места, где теперь располагается здание народного суда. В 1943 г. завод сгорел. И теперь рецепт изготовления того докшицкого чудо-пива, которое знали во всей Польше, утрачен.

Улица Полоцкая начиналась фольварком местного богатея пана Пружинского. Этот фольварок носил название «Блонь», что со старорусского переводится как «мокрый луг». Пружинский имел мельницу и две лесопилки. В 1928 г. он поставил два локомобиля, генератор и начал подавать электричество в город. Светом от электрических лампочек пользовались как государственные учреждения, так и некоторые горожане. Улицы освещались с наступления темноты до 12-ти часов ночи. А утром — с 6-ти часов. Теперь на месте фольварка размещается больничный городок.

Пани Микульская, двор которой находился на месте сегодняшней райсельхозтехники, тоже имела мельницу. Кроме того, ей принадлежали маслобойня и два деревообрабатывающих станка. Пани жила в деревянном доме с мезонином, окруженном липовыми аллеями, клумбами с цветами. Рядом с домом произрастала лиственница — единственный экземпляр в местных окрестностях, а также располагался и поддерживался в ухоженном состоянии небольшой прудик. Интересно, что пани Микульская в годы войны входила в состав подпольной антифашистской организации и даже была арестована немцами и увезена в Березвечье, откуда, вероятно, была переправлена в Освенцим.

Еврей Шейман на улице Полоцкой в здании из красного кирпича занимался выпуском муки высшего качества. Тут работала его круподерка.

В 1939 г. в городе насчитывалось 106 частных магазинов.

В двухэтажном каменном здании, где теперь располагается ЦСУ, находился полицейский участок и пекарня Цейтлина. Штат полиции был небольшой — 5–6 служащих. Полицейские имели довольно значительные полномочия. Например, за нарушение закона могли наложить взыскание прямо на месте происшествия.

Городской магистрат располагался на том самом месте, где теперь магазин хлебозавода. Первым мэром города при панской Польше был пан Жегота, имение которого находилось в Заручье. Потом его сменил Ян Дура. Последний запомнился горожанам тем, что был чрезвычайно требовательным в отношении того, что касалось чистоты и культуры. Заметив грязь около какого-нибудь дома, он стучал палкой в оконное стекло и тут же, не слушая оправданий, выписывал владельцу дома штраф. Городские улицы в Докшицах всегда сияли предельной чистотой.

Между закоулком Уланским и улицей Полоцкой размещался Народный дом. Тут ставили театральные постановки, устраивали концерты. По субботам и воскресеньям горожан развлекал военный оркестр из Будслава, а из Глубокого приезжал еврейский духовой оркестр.

На месте старого РДК стояла школа-семилетка. Учащиеся ходили в одинаковой форме темно-синего цвета. На голове каждого красовался берет с малиновым треугольником и белым орлом. Предметы преподавались на польском и даже во время перемены ученики обязаны были разговаривать по-польски. Горожане же общались между собой исключительно по-белорусски, хотя в городе было много евреев и татар.

На центральной площади по сей день сохраняется самое старое из всех зданий города. Когда-то в нем размещались два магазина, торговавших текстильными изделиями. А на самой площади каждый вторник шумел большой городской базар.

Нынешний новый костел размещен на месте бывшего еврейского кладбища и что самое интересное — на том месте, где находилось древнее поселище.

В районной библиотеке города Докшиц мне посчастливилось встретить затрепанный, явно претендовавший на утилизацию лист бумаги — ксерокопию небольшой статьи москвича Николая Черкашина. Эта статья была опубликована в 1997 г. в каком-то российском журнале.

Оказывается, первооткрывателем огромного архипелага Земли Императора Николая II, переименованного большевиками в Северную Землю, был человек, корни славного рода которого берут начало в самом центре Беларуси, там, где истоки двух рек — Березины и Сервеча. Имя этого человека Борис Андреевич Вилькицкий.

В 1913 г. экспедиция капитана 2 ранга Бориса Вилькицкого сделала последнее великое географическое открытие на нашей планете, тем самым прирастила государственную территорию России сразу на 38 тысяч квадратных километров.