Полководец - Борис Полевой

Эти комиссарские качества, это сочетание человечности и непримиримости, которые воспитывает в себе Иван Конев, ярко проявляются, когда осенью 1924 года он переводится в Московский военный округ военкомом и начальником политотдела 17-й стрелковой дивизии.

В те дни троцкизм стал серьезной угрозой единству партии. Опытные ораторы и демагоги, оппозиционеры умеют ловко перевернуть любую истину вверх ногами, играть на людском тщеславии, беззастенчиво клеветать. Есть троцкисты и в армии. И на высоких постах.

Вот тут-то в борьбе с троцкизмом и проявляются комиссарские качества Ивана Конева. Он хороший оратор, но на трибуне обычно немногословен. Побеждает логикой, знанием предмета, глубиной суждения. С троцкистами в армии он борется беспощадно. И в этой борьбе продолжает закаляться его характер.

Имя Конева уже известно и за пределами военного округа. У молодого годами комиссара добрая слава принципиального, сильного человека. И вот его вызывает к себе Климент Ефремович Ворошилов, тогда заместитель народного комиссара по военным и морским делам и командующий войсками Московского военного округа.

Кто в стране не знает этого славного полководца! О нем поют песни, его имя овеяно легендами. Конев еще не видел его, и воображение рисует эдакого витязя на богатырском коне. Первое, что поражает Конева, когда он оказывается в кабинете Ворошилова, - его невысокий рост, негромкий голос и какая-то ненарочитая простота в общении.

- Давно уже наблюдаю за вами, - говорит Климент Ефремович, с откровенным интересом приглядываясь к Коневу - Знаете, вы ведь комиссар с командирской жилкой. Счастливое сочетание.

Помолчали.

- Сейчас мы проводим в армии единоначалие. Как вы смотрите на эту меру?

Светлые глаза так и впиваются в лицо посетителя.

- Положительно, товарищ командующий, - искренне отвечает Конев, стараясь угадать, к чему же клонит его собеседник.

- Вот и хотим мы вас сейчас, так сказать, передислоцировать на командную должность. Нам как раз нужны командиры с комиссарской душой. Что вы на это скажете? А?

Конев задумывается. Предложение заинтересовало. Но он говорит:

- Поучиться бы мне перед этим. Командной работы я не боюсь. Но ведь я практик. Семь классов да опыт гражданской войны. А теперь армия другая.

Ответ явно понравился Ворошилову.

- Правильно, товарищ Конев. Очень правильно. Время не то и армия не та. Опыта и революционной инициативы для командира теперь мало. Знания нужны, глубокие знания. Надо овладеть всем, что есть в военной науке... Вы человек совсем еще молодой. У вас все впереди. Пойдете учиться. Договорились?

Так в кабинете Ворошилова была переведена стрелка жизни "комиссара с командирской жилкой" Конева. С тех пор его военная деятельность пошла по командному пути.

Его зачислили на курсы усовершенствования высшего командного состава - те самые курсы, где учились, оснащая и подкрепляя теорией свой богатый боевой опыт, известные полководцы гражданской войны.

Лучшие военные теоретики тех дней преподавали на этих курсах. На кафедрах Конев увидел многих военных ученых, которых раньше знал только по фамилиям на обложках учебников. Некоторые из них уже в первую мировую войну были признанными авторитетами.

- Кто были вашими любимыми учителями? - спрашиваю я маршала.

- Их было немало, отличных учителей. Меликов читал лекции о наступлении на Западном фронте в дни гражданской войны. Какие разборы делал! Заслушаешься! Варфоломеев - историк и оператор. Тухачевский на опыте гражданской войны, на собственном опыте преподавал армейские операции. Триандафиллов - военное искусство в современных условиях. Им я навсегда благодарен. Какие люди! Какой огромный запас опыта и знаний! Не худо было бы и вам, братья писатели, в творчестве своем вернуться к этим замечательным военным, столько сделавшим для воспитания командиров Красной Армии.

- А кто больше всего вам дал? Кого вы особенно часто вспоминаете?

Маршал задумывается.

- Пожалуй, больше всего Борис Михайлович Шапошников. Он потом был моим учителем и по Академии имени Фрунзе. Он учил оперативной подготовке, учил наглядно... Ну и, конечно, если говорить о практической учебе, во время армейской службы, я должен добрым словом помянуть Василия Константиновича Блюхера, у которого еще в молодые годы был комиссаром штаба. Вот была светлая голова!.. До революции всего-навсего унтер-офицер... А как командовал армией и такой армией, как Особая Дальневосточная! И действовал он тогда с одинаковым успехом и как полководец, и как политик, и как дипломат. Его опыт очень помогал мне, когда я стал командующим войсками фронта. Да, отличные были у меня учителя! И за это я всегда благодарю судьбу.

Углубляясь в воспоминания, маршал вновь задумывается.

- Ворошилов сказал мне, что учиться никогда не поздно. Золотые слова. Их, по-моему, каждый военный, какого бы высокого звания он ни достиг, всегда должен иметь в виду. Золотые слова...

Курсы Иван Конев окончил успешно. Ему сразу же предложили весьма значительные, но некомандные посты. Предлагали настойчиво. Категорически отказался, просил направить его на командную работу. И именно на командование полком.

ПОЛКОВОДЕЦ НАЧИНАЕТСЯ В ПОЛКУ

- А почему именно на полк, Иван Степанович?

- А потому, что полководец начинается в полку. И как жалеют потом те, кто когда-то этой истиной пренебрег. Прыгать через ступеньку в жизни вообще не стоит. Ну, а в военной деятельности перешагнуть через полк, по-моему, вовсе нельзя.

Ивана Конева направили командовать полком в ту самую дивизию, комиссаром которой он был.

Пять лет командовал он этим полком. Полк стал для него, по его собственному выражению, большой школой войскового опыта. Об этом периоде своей деятельности он рассказывает с особой теплотой и, я бы сказал, задушевностью.

Не гладка дорога командира полка. Все было. Были трудности. В постоянном общении с подчиненными талантливый командир постигал искусство командования: умение учить и воспитывать подчиненных и в то же время учиться у них, умение принимать твердые решения и в то же время чутко прислушиваться к добрым советам. А главное, обогащать свой опыт.

- Я с радостью вспоминаю то время, - говорит маршал, - там, в полку, я приобрел все, что так пригодилось мне потом и в дни мира и в дни войны. Можно сказать, в полку я набирался сил и находил самого себя. Вообще командование полком - основа военного опыта. Больше того, смею утверждать, что без практики командования полком нельзя стать настоящим полководцем.

Так говорит он сам. А вот что говорят те, кто служил у него в подчинении? Заочное свидание с этими людьми у меня состоялось случайно. Отвечая на обращенные ко мне вопросы журналиста Центрального телевидения, я, в частности, сказал, что собираюсь работать над биографической повестью о маршале Коневе. И вот вскоре, почти одновременно, пришли ко мне три письма.