Песня Сирены - Виктория Роа

— Чего ты добиваешься? — Сергей ухмыльнулся. — хочешь, чтобы я ушел? Хочешь разрушить все, что мы с тобой так долго строили?

— Сереж… — снова робкий шепот. — пожалуйста, перестань….

Уткнувшись ему в плечо, я словно вновь теряю себя в его объятьях. Терновый венец слишком плотно обвил мне горло, чтобы я просто сбежала от него прочь….

Глава 3

От доброго пробуждения меня отделяла лишь секунда до задорной Ламбады, которая, как заводная обезьянка запоет на электронном будильнике, и прикажет проснуться, но только я не сплю. Слушаю дыхание Сергея, и вздрагиваю от каждого его сильного прикосновения к телу. Что я делаю не так? Почему не способна вернуть его прежнего? Ведь при всей пагубности его злосчастных привычек, я почему-то испытываю некое томящееся, теплое чувство при одном только проникающем взгляде в его необычные глаза, но остается но…и здесь оно простое — я его не люблю. Да, признаюсь сама себе будучи сжатая в его тяжелых, сонных объятиях, что не люблю этого мужчину, но черт возьми…будь он хотя бы немножечко сильнее, возможно, мне пришлось бы сломаться. Весна. Остатки зимы напоминают о себе сыростью, грязным снегом, слякотью под которой таятся подлые глыбы оставшегося, и новообразованного ночью льда. Редкие снежные участки покрывают ранее сброшенную осенью листву, и сырую землю наступив на которую скользишь по грязи. Он открыл глаза, когда будильник напомнил о себе восьмибитной мелодией, и вздохнул. Резко закрыв глаза притворяюсь, что сплю и сквозь дрожь, пробежавшую вдоль бедра, чувствую его нежный поцелуй по коже от которого буквального сводит ноги в неожиданном приливе нетипичной для него нежности. Секунда…еще секунда…секунда словно долгие часы некогда былой разлуки, что разделяла нас тогда…до свадьбы. Грубая ладонь Сергея скользит по бедру вверх проникая под ночную рубашку все выше и выше останавливаясь четко на линии пупка. Игриво, словно стараясь разбудить, как можно мягче щекочет кожу ближе к груди одаривая нетипичным, утренним поцелуем в шею доводящим меня до морального оргазма. Открываю глаза и вижу его…улыбающегося…довольного…трущегося, словно ласковый кот своей щетиной по моей щеке и не сдерживая мягкой, взаимной улыбки.

— В чем дело, милый? — спросила растерянным голоском я.

— Ты вчера быстро уснула, а мне шеф написал. Сказал, чтобы я сегодня и завтра вышел в ночью. — Сергей склонил шею и приятно захрустел. — сегодня обещают плюсовую температуру. Чувствую, что продлится эта каша еще, как минимум на месяц. Опять эти уроды будут в своих грязных туфлях на пороге вытирать грязь о косяки. Уроды мажорные.

— Ого, я забыла сказать, что Кристинка не сможет сегодня выйти в свою смену и мне придется работать всю полную смену. — вздох. — а погода… — я посмотрела на мокрое от редких капель дождя окно. — что ты ожидал? — улыбнулась. — утром плюс, а ночью минус, а потом снова плюс. Вот тебе и чехарда погоды. Сегодня у нас в меню повар готовит утку и медовик. Если хочешь, то могу принести тебе или лучше приходи к нам. Будешь моим клиентом.

— Одним из тех перед которыми ты вертишь задом? — улыбка с его лица постепенно исчезла. — хочешь, чтобы я лично убедился в твоей работе? Нет. — Сергей убрал свою ладонь с моего тела. — не хочу я утку. Не хочу я медовик. — он встал с постели и подошел к окну нервно кусая заусенец большого пальца. Стоило ему убрать пальцы, как ткань гармошкой выпрямилась по окну. — не хочу. — он сел в кресло и зевнул. — во сколько ты сегодня в свое кафе?

— С чего ты спрашиваешь? — Я вздохнула выпрямившись на кровати. Тяжелое одеяло плотно укрыло мои ноги и я незаметно сжала колени в ожидании грандиозного шухера. — что-то запланировал?

— Просто спросил. Твои смены меняются каждый день, а я тебе не гадалка, чтобы каждый раз пытаться угадать, когда ты уйдешь и когда вернешься, и с кем.

— Так ведь сегодня понедельник, а я, если ты помнишь, то работаю обычно строго с десяти и до пяти, но сегодня придется задержаться до девяти. Не хочешь сегодня забрать меня? Я могла бы привести себя в порядок и сходить с тобой на работу. Никогда не была в клубе, где ты вправляешь мальчишкам мозги. — я подошла ближе к Сергею и аккуратно села на грядушку кресла.

— Я по-твоему сахарный? — его грубые ладони крепко сжали до боли мои кисти. — ко мне? Ты совсем что ли? Хочешь, чтобы все знали, что моя жена та самая официанточка, что ублажает клерков? — он засмеялся. — нет. Бред. Кстати, я вчера долго думал о нас и о том, что сейчас между нами. — Сергей игриво улыбнулся покосившись в сторону смятой постели. — нам пора с тобой завести парочку спиногрызов.

— Чего? — я резко одернула руки. — дети? Сейчас?

— Ты опять за свое? — Сергей резко ударил ладонями по деревянным грядушкам кресла. — что тебе, мать твою, опять не так? Работа у меня есть, где жить тебе тоже. Что ты мне тогда говорила? Что не хочешь заводить детей не имея ничего, но имея сейчас все… — он прикусил губу. — но имея сейчас абсолютно все, что нужно для нормальной семьи ты снова вертишь задом. У меня такое чувство, что ты нашла себе хахеля побогаче и поавторитетнее, и теперь облизываешь его с ног до головы в надежде, что однажды станешь этой…как у нас на работе таких бл*дей называют «лэди». Да? — он резко дернул меня за локоть повернув к себе. — ты что меня не любишь?

— Да. — сорвалась я и дернулась назад, словно меня отбросило резкой волной нарастающего негатива. — ты прав. — мой голос нетипично был низок. — я тебя не люблю.

— Чего? — выражение его лица приобрело некую слабоумность. — что ты сказала?

— Я похожа на попугая, который будет повторять тебе «попка дурак», каждый раз, когда ты этого захочешь? — внутри меня всю кипело от злости.

— При чем тут «попка дурак», Нин? Я тебе сто раз говорил, что хочу детей. Что хочу их, сука, от тебя. Ты это понимаешь? — резко его позиция стала сдавать назад. Поняв, что в этот раз я не стану терпеть весь этот негатив. Сергей ушел на кухню, но спустя секунду вернулся с холодным кофе, что недопил ночью. — почему ты пресекаешь все мои попытки наладить отношения?