Невидимая рука. Введение во Взгляд на Историю как на Заговор - Ральф Эпперсон

Поэтому, если демократии на самом деле являются олигархиями, где правит меньшинство, существует ли форма правления, которая защищает в равной мере права и меньшинства, и большинства?

Есть; она называется республикой и определяется как:

Правление закона: республика.

В республиканской форме правления власть основывается на писаной Конституции, в которой полномочия правительства ограничены так, что народ сохраняет максимальный объем власти сам. Помимо ограничения полномочий правительства, принимаются меры для ограничения власти народа, чтобы были ограничены права как большинства, так и меньшинства.

Может быть, проще всего показать различие между олигархией, демократией и республикой удастся на примере основного сюжета классического второсортного вестерна.

В этом сюжете, который завсегдатай кино, вероятно, смотрел сотни раз, отъявленный злодей въезжает в городок и убивает скромного местного лавочника, спровоцировав перестрелку. Шериф слышит стрельбу и появляется на сцене. Он расспрашивает собравшуюся толпу, что произошло. Они рассказывают ему происшедшее. Затем шериф берет злодея под стражу и отправляет его в городскую тюрьму.

В стороне от места перестрелки, обычно в баре, субъект забирается на стол этот субъект, по определению, — Демагог и призывает толпу расправиться без суда и линчевать злодея. Группа решает, что это — именно те действия, которые им следует предпринять заметим, что в этот момент группа становится демократией, где правит большинство и они в данный момент называемые толпой устремляются по улице. Они доходят до тюрьмы и требуют, чтобы злодея передали на их попечение. Толпа высказывается большинством голосов: злодея должно повесить.

Перед демократией появляется шериф и объясняет, что у злодея есть право предстать перед судом присяжных. Демагог возражает, объясняя, что большинство высказалось: злодея должно повесить. Шериф объясняет, что его дело — защитить права субъекта, вне зависимости от того, виновен он, или нет, пока субъект не сможет защитить себя в законном суде. Шериф продолжает объяснять, что воля большинства не может лишить субъекта этого права. Демагог продолжает призывать демократию линчевать злодея; но если шериф обладает даром убеждения и уверит демократию, что он существует и для защиты их прав также, то сцена закончится как только люди разойдутся, убежденные в правоте доводов шерифа.

Республиканская форма правления восторжествовала над демократической формой действия толпы.

Коротко, шериф олицетворяет республику, демагог — управление демократией, толпа — демократию. Республика признает, что человек имеет определенные неотчуждаемые права, а правительство создается для защиты этих прав, даже от действий большинства. Заметим, что республика должна быть убедительной перед лицом демократии и что республика будет существовать столь долго, сколь долго народ будет признавать важность и обоснованность понятия республики. Если люди захотят свергнуть республику и шерифа, у них, конечно, хватит силы но не права сделать это.

Но убедительная природа доводов республики, наверное, убедит толпу в том, что она является предпочтительной формой правления.

Существует другой пример истинности этого утверждения. Он приведен в Библии.

Республика, в лице правительства Рима, умыла руки, найдя обвиняемого Иисуса полностью невиновным, и передала Его демократии, которая позднее распяла Его.

Легко видеть, как демократия может превратиться в анархию, когда ею хотят манипулировать беспринципные личности. Распространенные убеждения большинства могут быть доведены до состояния совершения немалой несправедливости в отношении отдельного человека или группы людей. Затем это обстоятельство становится оправданием беспринципных для захвата всей власти: все это делается для «исправления ситуации».

Александр Гамильтон знал об этой тенденции демократической формы правления самопроизвольно разрываться; приводят его слова: «Мы сейчас формируем республиканское правительство. Подлинная свобода не обнаруживается в крайностях демократии, а в умеренных правительствах. Если мы слишком привержены демократии, то мы скоро превратимся в монархию или иную форму диктатуры».

Другие деятели тоже пришли к объяснению опасностей демократической формы правления. Например, Джеймс Мэдисон, написавший: «Во всех случаях, когда большинство объединено общим интересом или чувством, права меньшинства находятся в опасности!» 3. John Adams также писал: «Необузданные страсти производят одинаковое действие, будь то король, знать или толпа. Опыт человечества доказал преобладающую склонность использовать власть безответственно. Именно поэтому необходимо защищать отдельную личность от большинства так при демократии, как от короля при монархии» 4.

В демократии, следовательно, Мощь создает Право.

В республике Право создает Мощь.

В демократии закон ограничивает людей.

В республике закон ограничивает правительство.

Когда библейский Моисей принес Десять Заповедей народу, они были написаны на камне. Большинство людей не голосовало за их принятие. Они были предложены как истина и были запечатлены на камне, чтобы научить людей, что те не могут изменить их, голосуя по правилу большинства. Но так или иначе люди отвергли Заповеди, также как они могут отвергнуть республиканскую форму правления, если им предоставить право выбора.

Американские отцы-основатели, хотя и не писали законы на камне, пытались ограничить способность человека искажать их. Правила пересмотра или внесения поправок в Конституцию жестко определены в положениях самой Конституции.

Джордж Вашингтон в своем прощальном обращении к американскому народу, покидая пост Президента, говорил об изменении Конституции:

Если по мнению народа распределение или изменение конституционной власти в какой-либо частности неправильно, пусть оно будет исправлено поправкой, как указано в Конституции. Но пусть не будет изменений узурпацией, так как, хотя в частном случае это может быть орудием добра, это является обычным оружием уничтожения свободных правительств.

Примерно в это же время британский профессор Alexander Fraser Tyler писал: «Демократия не может существовать как постоянная форма правления. Она может существовать до тех пор, пока избиратели не обнаружат, что они могут обеспечить себе голосованием щедрый дар определяемый как щедрый подарок из общественной казны. Начиная с этого момента, большинство всегда голосует за кандидата, обещающего наибольшие доходы из общественной казны с тем результатом, что демократия рушится из-за слабой налоговой политики; за ней всегда следует диктатура.»

Далее обрисован способ, которым демократические, или даже республиканские формы правления могут быть превращены в диктатуру.

Этот метод свержения демократии в диктатуру был подробно описан в 1957 г. в книге Jan Kozak — члена Секретариата Коммунистической партии Чехословакии. М-р Козак назвал свою книгу How Parliament Took a Revolutionary Part in the Transition to Socialism and the Role of the Popular Masses Как Парламент принимает революционное участие в переходе к социализму и роль народных масс. Американский вариант этой книги назван And Not a Shot is Fired, the Communist Strategy for Subverting a Representative Government Без выстрела. Коммунистическая стратегия свержения представительного правительства. М-р Козак описывает то, что было названо «Захват в клещи»; метод, которым заговорщики могут использовать парламент — «Давление сверху» и толпу — «Давление снизу», для превращения демократии в диктатуру. М-р Козак объясняет свою стратегию:

Предварительным условием проведения коренных социальных преобразований и для создания возможности использования парламента для преобразования капиталистического общества в социалистическое, является: борьба за устойчивое парламентское большинство, которое обеспечит и разовьет сильное «давление сверху», и забота о том, чтобы это устойчивое парламентское большинство опиралось на революционную активность широких рабочих масс, оказывающих «давление снизу» 5.

Для захвата контроля над правительством м-р Козак предложил программу из пяти пунктов.

Первый шаг состоял из проникновения людей заговорщиков в правительство «давление сверху».

Второй шаг — создание действительных или мнимых поводов для недовольства, вызванных обычно действиями правительства или же через создание ситуации, когда правительство должно было вмешаться и не вмешалось.

Третий шаг — наличие толпы, возникшей из-за действительных или мнимых поводов для недовольства, которые были вызваны правительством или заговором; толпа требует, чтобы проблема была решена правительством «давление снизу».

Четвертый шаг — заговорщики в правительстве исправляют действительную или мнимую ситуацию принятием жестокого закона.