Замуж за чудовище, или Хозяйка драконьего замка (СИ) - Лена Хейди

Глава 12. Проклятие

Габриэль

Прислонившись спиной к стене, я погрузился в воспоминания.

Перед мысленным взором пронеслось, как кристалл с Алфеем доставили на рассвете. И как долго ловцы заполняли на этого мага досье в «Книге цитадели».

Причём двое мужиков, чтобы сэкономить время, вписывали разные данные одновременно: один – на левом листе, второй – на правом.

– Разместить в самом надёжном угле «Красной зоны», – вручая кристалл, дал мне указания один из них – крепкий с виду лысый тип.

Когда они ушли, я почитал написанное и был сильно изумлён.

Перечень преступлений, совершённых тёмным магом, занял четыре листа. И, помимо стандартного набора в виде приворотов, заклятий и человеческих жертвоприношений, там были особо впечатляющие вещи.

Этот сумасшедший тип не только объявил себя правителем Чёрной долины, но даже заявил, что имеет право стать королём всей страны! Ибо, по его мнению, сын престарелого короля Джона Мудрого – мой кузен Грегори Второй – взошёл на трон Дракардии совершенно незаконно.

Логики в этих словах не было никакой.

В его разум не вмещалось, что Грегори с рождения являлся наследным принцем, причём единственным сыном монарха. Здесь было престолонаследие по прямой линии, без вопросов и сомнений.

Впрочем, чего ещё ожидать от психа?

Но ум у него был изворотливый, а магическая сила оказалась сильно недооценена.

Он сумел выбраться из стазиса в пространственном кармане и выйти через кристалл уже вечером.

Выбраться из цитадели он не смог. А вот развеять защитный контур моих личных покоев – вполне.

Я был готов ко всему, кроме того, что запертый в кристалле особо опасный преступник, которого я  должен был стеречь, предстанет передо мной, едва я расслаблюсь в горячей ванной после тяжёлой тренировки.  

Схватив за волосы, этот безумец попытался меня утопить!

От такого внезапного, наглого и откровенно безумного нападения у меня произошёл спонтанный выброс магии, который моментально заморозил всё помещение, включая воду, в которой я лежал!

Так я сам себя заключил в ледяной панцирь, что дало Алфею ещё немного времени.

Этот тип успел наложить на себя охранное заклинание, и на него мой холод не действовал.

Пока я обращался в разъярённого дракона, попутно кроша сковавший всё тело лёд, маг дико расхохотался, назвал меня черепашкой и обрушил на мою голову мощное заклятие.

Он застал меня в процессе частичной трансформации, так что крылья так и остались трепыхаться за спиной, только стали кожистыми и обрели острые роговые выступы. Драконий хвост преобразился в подобие скорпионского, на шее и затылке выросла грива, а руки и ноги превратились в львиные лапы. Туловище тоже обрело форму, как у льва. Во рту появилось ещё два ряда острых зубов, а на морду стало жутко смотреть в зеркало: смешались человеческие и львиные черты.

Этого откровенно ржущему Алфею показалось мало, и он «одарил» меня ещё толстым черепашьим панцирем с прорезями для крыльев.

Я собрал в кулак всю свою волю, весь магической резерв и попытался стряхнуть с себя чужеродную магию.

Но всё, чего смог добиться – разбил прочный панцирь.

Он с глухим звоном посыпался на ледяной пол.

Но даже этому маг очень изумился. Видимо, понял, что недооценил Стража цитадели.

– Ого, какой сильный мальчик! Жаль только, что слепой, как котёнок, не видишь дальше собственного носа, – заявил Алфей.

Я не понял этой фразы. В душе прокатилась холодная волна опасения, что он на меня ещё и слепоту наведёт, но обошлось.

Попытался рявкнуть на него: «Сними заклятие!» – но из груди лишь вырвался рёв, от которого содрогнулись стены.

– Тише, котик, тише! – взмахом руки пригвоздил он меня к полу. Могуч, гадёныш.

Находиться в обличье мантикоры было крайне странно, непривычно и вообще это сильно нервировало моего дракона.

– Сними защиту с цитадели и выпусти меня! – потребовал маг. В его чёрных глазах, казалось, плясали огни преисподней. – Тогда даю слово, что ты не пострадаешь!

Не в силах ответить внятно, я презрительно покачал головой с густой гривой.

– Последний шанс, котёнок! Выпусти меня и останешься цел! – с угрозой прищурился Алфей.

В ответ из моей пасти вырвалось пламя, которое опалило сапоги тёмного мага.

Миг – и его ноги до колена уже были охвачены огнём.

– Упрямый мальчишка! – взревел от боли и ярости колдун.

Он попытался сбить пламя, но у него ничего не получалось.

В мою сторону с его ладоней полетел тёмно-серый файр-бол, вошедший в мою грудь в районе сердца.

Я ощутил острую боль, зашипел и выгнулся дугой от этой агонии.

– Отныне ты обречён превращаться в мерзкое чудовище, переполненное яростью, и в каждый такой оборот будешь утрачивать контроль над собой! Оставляю тебе прощальный подарок, Страж! – с его ладоней сорвались искры, которые превратили полотенце в прозрачную колбу с алой розой внутри.

Я в ответ мог лишь рычать, извиваясь.

– Следи за лепестками! Всего их сорок. Когда опадёт пятнадцать – ты окончательно утратишь нормальный облик. Тридцать – и тебя покинет разум. А когда роза скинет последний лепесток – в тот день ты присоединишься ко мне за Гранью! Встретимся на том свете, как старые друзья! – расхохотался сумасшедший маг, полыхая в огне. – Но я всё же оставлю тебе лазейку: ты сможешь избавиться от проклятия, но только если тебя искренне, от всей души полюбит невинная дева, захочет стать твоей женой и согласится обрести с тобой связь истинной пары! Правда, сомневаюсь, что кто-то из дракониц отважится стать второй половинкой для такого монстра! Но ничего – ты, главное, пытайся! Ведь любовь творит чудеса...

Хриплый безумный хохот перерос в дикий вопль, раздался хлопок, и то, что было тёмным магом, осело пеплом на пол моей ванной комнаты.

Боль ушла, и я смог выровнять дыхание.

С трудом, но сумел из мантикоры обратиться в дракона, а потом принять человеческий вид.

Если этот чокнутый маг не соврал, у меня теперь была лишь одна возможность справиться с проклятием и выжить: надо найти ту, которая сможет принять меня таким, какой я есть, и полюбить. И она должна согласиться во время венчания на обряд обретения истинной пары. На такое была способна лишь драконица.

С дамами других рас всё было по-другому: человеческие девушки и гномихи вообще не воспринимали магию истинности, а эльфийки и феи обретали истинного только среди сородичей.

Так что Грегори прекрасно знал, на что меня сейчас обрекал...

Глава 13. Оптимизм

Габриэль

Как ответственный