Комитет 300 - Джон Колеман

В одной из глав «Технотронной эры» объясняется, как развитие новых технологий повлечет за собой интенсивную конфронтацию, а также нагнетание социальной и международной напряженности. Как ни странно, но мы уже испытываем сильное напряжение от постоянного наблюдения. Один из центров такого наблюдения – база Лурдес на Кубе. Еще один такой центр – это штаб-квартира НАТО в Брюсселе, Бельгия, где установлен гигантский компьютер под кодовым номером «666», который может хранить все типы данных, упомянутые в книге Бжезинского, а также обладает возможностями расширения базы данных еще на несколько миллиардов человек в случае необходимости. Но с учетом политики геноцида, предусмотренной «Глобал 2000», необходимость использования этих ресурсов скорее всего не возникнет.

Использовать такую базу данных в США будет очень просто – достаточно лишь ввести в компьютер «666» номер водительского удостоверения или социального страхования, и наблюдение, о котором говорят Бжезинский и его коллеги из Комитета 300, будет обеспечено. Комитет еще в 1981 году предупредил все правительства, включая правительство СССР, о том, что «наступит хаос, если Комитет 300 не возьмет на себя полный контроль за подготовкой к установлению Нового Мирового Порядка. КОНТРОЛЬ БУДЕТ ОСУЩЕСТВЛЯТЬСЯ ЧЕРЕЗ НАШ КОМИТЕТ, А ТАКЖЕ ПОСРЕДСТВОМ ГЛОБАЛЬНОГО ПЛАНИРОВАНИЯ И УПРАВЛЕНИЯ КРИЗИСАМИ». Я сообщил об этих фактах через несколько месяцев после того, как я получил о них информацию в 1981 году. Еще один факт, о котором я тогда сообщил, состоял в том, что РОССИЯ БЫЛА ПРИГЛАШЕНА ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ПРИГОТОВЛЕНИЯХ К УСТАНОВЛЕНИЮ ЕДИНОГО МИРОВОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА.

Когда я писал обо всех этих вещах в 1981 году, глобальные планы заговорщиков уже находились на продвинутой стадии готовности. Оглянувшись на прошедшие 10 лет, можно легко видеть, как быстро осуществляются эти планы. Если эта информация вызывала тревогу в 1981 году, то еще большую тревогу она вызывает сегодня, когда мы приближаемся к завершающим этапам разрушения тех Соединенных Штатов, в которых мы живем сейчас. Если принять во внимание неограниченные возможности финансирования, наличие нескольких сотен мозговых трестов и 5000 социальных инженеров, создание информационных банков данных и установление контроля за большинством правительств мира, то перед нами вырисовывается проблема невиданных масштабов, с которой в настоящее время не может справиться ни одна отдельно взятая страна.

Как я часто утверждал, нас всех заставили поверить, что корни этой проблемы находятся в Москве. В результате усиленной промывки мозгов мы действительно уверовали в то, что коммунизм для Америки представляет наибольшую опасность. В реальности дела обстоят совершенно по другому. Наибольшая угроза исходит от массы предателей в наших собственных рядах. Наша конституция призывает нас выявлять врагов в нашем собственном доме. Наши Враги – это слуги Комитета 300, занимающие высокие посты в структуре наших органов управления. Именно в СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ мы ДОЛЖНЫ противостать тьме, грозящей поглотить нас; именно здесь мы должны выявить и поразить этих внутренних заговорщиков.

«Римский клуб» также принимал прямое участие в развязывании 25-летней войны в Сальвадоре, которая была неотъемлемой частью более обширного плана, составленного Эллиотом Абрамсом из госдепартамента США. Финансировал «последнее наступление» сальвадорских повстанцев, которое, к счастью, не увенчалось успехом, член Комитета 300 Вилли Брандт, лидер Социалистического интернационала и бывший канцлер Западной Германии. Сальвадор использовался Комитетом для превращения Центральной Америки в зону новой Тридцатилетней войны. Выполнение этой задачи под безобидным названием «План Анды» было поручена Киссинджеру.

Государственные границы не являются преградой операциям заговорщиков. Например, спланированная Вилли Брандтом акция «последнее наступление» стала возможной в результате его визита к Фелипе Гонсалесу, который в то время готовился к отведенной ему «Римским клубом» роли премьер-министра Испании. Кроме меня и нескольких моих коллег никто ничего не знал о Гонсалесе, пока он не появился на Кубе. Гонсалес использовался «Римским клубом» в Сальвадоре в качестве офицера по специальным поручениям и стал первым социалистом, пришедшим к политической власти в Испании после смерти генерала Франко.

В декабре 1980 года Гонсалес прибыл в Вашингтон для участия в антирейгановской встрече социалистов, организованной «Римским клубом». На встрече Гонсалеса с Кастро присутствовал левый повстанец Гильермо Унго, действующий под патронажем «Института политических исследований» (ИПИ) (Institute for Policy Studies (IPS)), одного из самых одиозных мозговых трестов левой ориентации, действующего под эгидой Комитета 300 и расположенного в Вашингтоне. Непосредственное руководство действиями Унго осуществлял сотрудник ИПИ, который погиб в таинственной авиакатастрофе по пути из Вашингтона в Гавану на встречу с Кастро.

Большинство из нас прекрасно знает, что все политические направления, как левые, так и правые, контролируются одними и теми же людьми, что объясняет тот факт, что Унго был давним другом покойного Наполеона Дуарте, лидера правых в Сальвадоре. «Последнее наступление» сальвадорских повстанцев произошло именно после этой встречи на Кубе.

Поляризация Южной Америки и Соединенных Штатов была специальным заданием, которое Комитет 300 поручил Киссинджеру. Мальвинская война (известная также как Фолклендская война) и последующее свержение аргентинского правительства, за которым последовали экономический хаос и политические беспорядки, были спланированы помощниками Киссинджера, действовавшими совместно с лордом Каррингтоном, одним из ключевых членов Комитета 300.

Один из главных центров Комитета 300 в США, «Аспенский институт» в Колорадо, также помогал планировать события в Аргентине, равно как и события, приведшие к падению шаха в Иране. Латинская Америка представляет важность для США не только потому, что мы заключили множество военных договоров с латиноамериканскими странами, но также потому, что она является потенциальным огромным рынком сбыта американских технологий и тяжелого промышленного оборудования, который мог бы придать новый импульс многим нашим слабеющим компаниям и создать тысячи новых рабочих мест. Это необходимо было предотвратить любой ценой, даже если бы это повлекло за собой тридцатилетнюю войну.

Вместо того, чтобы рассматривать этот гигантский потенциал в позитивном свете, Комитет 300 воспринял его как опасную угрозу планам нулевого постиндустриального роста в США и немедленно предпринял меры к тому, чтобы сделать из Аргентины показательный пример для других латиноамериканских стран и заставить их отказаться от идей развития национального самосознания, независимости и суверенной целостности. Это является причиной того, что многие латиноамериканские страны обратились к производству наркотиков как единственному способу добывать средства к существованию, что вполне могло являться главной целью заговорщиков.

Американцы в целом пренебрежительно относятся к Мексике, и Комитет стремится к тому, чтобы у населения США было именно такое отношение к этой стране. Нам необходимо изменить наше представление о Мексике и Южной Америке в целом. Мексика представляет собой потенциальный громадный рынок для всех американских товаров, который мог бы создать тысячи рабочих мест как для американцев, так и для мексиканцев. Перевод наших промышленных мощностей «к югу от границы» и выплата местным рабочим рабской зарплаты не в интересах ни той, ни другой страны. Это лишь в интересах «олимпийцев».

Мексика получала большую часть своих ядерных технологий из Аргентины, но Мальвинская война положила этому конец. «Римский клуб» еще в 1986 году постановил, что экспорт ядерных технологий в развивающиеся страны будет прекращен. Обладая атомными электростанциями, вырабатывающими дешевую электроэнергию, Мексика стала бы «латиноамериканской Германией». Такое развитие событий стало бы катастрофой для заговорщиков, которые к 1991 году прекратили всякий экспорт ядерных технологий, за исключением тех, которые предназначаются Израилю.

Комитет 300 планирует, чтобы Мексика оставалась страной с феодальным земледелием, что позволит легко контролировать и расхищать мексиканскую нефть. Стабильная и процветающая Мексика может быть только выгодна Соединенным Штатам. Но именно этому заговорщики и пытаются противодействовать, поэтому они десятилетиями инспирируют разного рода инсинуации, распространяют клевету и ведут прямую экономическую войну против Мексики. До прихода к власти бывшего президента Лопеса Потильо и национализации им банков Мексика ежедневно теряла 200 миллионов долларов в результате утечки капиталов, которую организовали и которой управляли представители Комитета 300 в банках и брокерских домах на Уолл-стрит.