Трон Костей (СИ) - Агафонов Антон Романович "Dragon2055"

— Прости за мой скепсис, но… ты точно та, за кого себя выдаешь? Разве Длани Света не должны быть чем-то большим, чем простые смертные? К примеру, сиять, пускать молнии из глаз и сотрясать землю одним лишь голосом.

— Я могу, но я не вижу необходимости в таком. Я пришла сюда тайно, лишнее внимание мне ни к чему. Этот мир весьма развит и давно не видел кого-то вроде меня, так что явление Длани вряд ли приведет к чему-то хорошему.

— С этим я не могу поспорить. И все же… зачем в таком случае называться своим именем?

— Чтобы привлечь твое внимание. И, как видишь, это сработало. Стоило мне сказать, что я Длань Света, которая разыскивает Теона Альдрима, как ты практически сразу явился.

Теону захотелось рассмеяться. По её словам, все было легко и просто, а на деле — совершенно иначе. То, что он узнал о ней, было не более чем случайностью. Если бы коллега Самины не позвонила и не прислала фотографию, этой встречи не случилось бы. Зато Старые Боги узнали бы о Длани, и тяжело представить, как бы они поступили затем. Возможно, попытались бы убить её, как Таргарона.

По мнению Теона, то, что для Лиамары было само собой разумеющимся, просто верх наивности и надежды на чудо. Но называть Длань, существо, что живет дольше, чем сам этот мир, наивной он не решился.

— Явился, и что дальше? Зачем именно ты пыталась меня найти?

— Я… Я не знаю, — задумалась женщина.

Она и впрямь не знает зачем хотела меня найти? Что за вздор!

— Не знаешь? Как такое возможно? Вряд ли ты проделала близкий путь.

— Так и есть. Мне пришлось пройти больше сотни миров, прежде чем я попала сюда, но я действительно не знаю, какова причина. Впервые за несколько тысяч лет кто-то коснулся древней связи, и она ожила, вспыхнула так ярко! Я почти забыла, каково это — ощутить с кем-то контакт. Как ты это сделал?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Я просто видел сон, который видел прежде тысячу раз, а затем… ты просто возникла из воздуха, спросив кто я. И откуда ты узнала мое имя, кстати? Не помню, чтобы тогда ответил тебе.

— Оттуда же, из сна. До того, как ты разорвал контакт, я смогла вытянуть из тебя обрывки информации. О том, как выглядит сейчас этот мир, о том, кто ты такой. По той же причине я сейчас так легко разговариваю на вашем языке.

— Удивительно, — Теон не уставал поражаться, насколько удивительными были эти древние силы.

Но куда больше Теона удивила Лиамара. Она вела себя не так, как он предполагал. Она словно даже не пыталась говорить с позиции силы, хотя в отличие от многих местных фурий имела на это полное право. Она казалась простой наивной девушкой, которая просто заблудилась и теперь понятия не имеет, что делать дальше. Но Теон не на секунду не забывал, кто на самом деле стоит перед ним.

— В какой-то момент я опасался, что ты пришла в этот мир по мою душу, — прямо сказал Теон. Этот вопрос он хотел прояснить сразу.

— Возможно, и стоило бы. Будь на моем месте кто другой, так бы и случилось. Ты несешь в себе Тьму Таргарона, для других Дланей ты как бельмо на глазу и одновременно демонстрация того, чего они сами боятся.

— Тьма Таргарона… Значит… Банрат-тан-Азур — это тоже фрагмент Таргарона?

— Ты не знал? — удивилась Лиамара, причем так искренне, словно ребенок, открывший для себя удивительную истину.

— Только догадывался. Он порой показывает мне обрывки прошлого, и я уже успел понять, что Банрат и Таргарон как-то связаны, но до этого момента у меня не было конкретики в этом вопросе. Но как в Длани Света может быть Тьма? Разве вы не были самыми «чистыми» из созданий Истинного Пламени?

— Когда Истинное Пламя пало, — голос Лиамары дрогнул, и Теон лишь сейчас вспомнил обрывки легенд, что именно Вершительница Судеб должна была стоять на его страже, но не смогла остановить Дитя Пустоты и уберечь Пламя от рокового удара.

Если это правда… Возможно, она до сих пор себя корит за это.

— То Великое Единство, стирающее границы человеческого разума и искореняющее смерть, исчезло, было разрушено, но перед этим каждого из тех, кто был связан, коснулась тьма. Простые люди этого практически и не почувствовали, но Длани с их силой — другое дело. Тьма коснулась каждого из нас, и она как болезнь разъедает изнутри. Кто-то борется, кто-то уже сломался…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сломался? Хочешь сказать, что кто-то из Дланей превратился в отродье тьмы?

— Да, но вам нечего бояться, — подтвердила она. — И ты, носитель тьмы Таргарона, олицетворение того, с чем мы, Длани, боремся каждый день, каждую минуту своего существования. Потому что эта Тьма однажды выйдет наружу, изменив нас до неузнаваемости. Думаю, тебе не нужно рассказывать что-то ещё. Ты и сам прекрасно знаешь, каково сдерживать свою тьму

Теон кивнул.

— Нам даже проще, ведь твоя Тьма персонализирована и является отражением чужой воли, а вот наша подбирается незаметно и меняет тебя так, что ты этого и сам не замечаешь.

— А почему ты не собираешься меня убивать, как другие?

— Потому что Таргарон был моим другом.

Одной лишь этой фразы было достаточно, чтобы Теон чуть было не ухмыльнулся. Если Таргарон был её другом, следовательно Старые Боги, убившие его — это враги. Если он сможет заручиться поддержкой Длани Света, то у Старых Богов не будет ни единого шанса на победу.

— И одна лишь мысль о том, чтобы навсегда уничтожить его частицу, причиняет мне боль, — закончила Длань свою мысль.

— В таком случае, ты поможешь мне отомстить его убийцам? Они называют себя Старыми Богами. Они убили его и похитили его силу, и я собираюсь воздать им за содеянное, но это непросто. Они превосходят меня по силам и…

— Нет, — твердо сказала Лиамара, резко отвернулась и сделала несколько шагов прочь от Теона.

— Нет? Но почему? Разве ты не ненавидишь их? Они…

— Я прекрасно знаю, что они сделали, Теон Альдрим!

Когда женщина повернулась, Теон невольно отступил. Её глаза вспыхнули золотым пламенем, а хлынувшая во все стороны волна силы была настолько мощной, что будь Теон простым человеком, его бы просто превратило в пепел. Он ощущал невероятную ярость этой женщины и её возмущение.

Но все резко пропало.

— Извини, — женщина потупила взгляд. — Я давно ни с кем не общалась и уже стала забывать, что стоит сдерживать свои эмоции рядом с такими хрупкими созданиями, как вы.

— Давно это сколько? — не сдержал Теон любопытства, переводя дух. Её мощь была просто запредельной, гораздо выше, чем продемонстрировал тогда Сиобан, а ведь это лишь малая кроха её сил.

— Не знаю. Последний раз я общалась с кем-то вскоре после смерти Таргарона.

— Это ведь тысячи лет…

— Да, наверное.

— И чем же ты занималась все это время?

— Сидела на границе с Пустотой и ждала.

— Чего именно?

— Когда Тьма меня полностью поглотит. Я собиралась дождаться этого момента, и когда настало бы время, просто шагнула бы в Пустоту, позволив той меня поглотить. Но, судя по всему, до этого ещё далеко, поэтому я и тут. Решила узнать дальнейшую судьбу Тьмы Таргарона.

Две тысячи лет одиночества и ожидания… По сравнению с семистами годами Теона это кажется сущей ерундой. Но больше всего удивляло, что Лиамара пошла на это добровольно. Она могла в любой момент уйти, но просто ждала в полном одиночестве. Ждала момента, когда она сможет просто оборвать свою жизнь. Или, как иногда бывает с самоубийцами, она пыталась найти причины жить., в глубине души надеялась, что появится кто-то, кто в последний момент спасет её.

Может, она тут именно поэтому, просто сама этого не понимает?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В любом случае, я не собираюсь отказываться от своих планов.

— Я не собираюсь вмешиваться в твое противостояние с учениками Таргарона.

— Ты собираешься просто простить их?

— Я уже наказала их. Их собственная сила стала их же темницей. Они запечатаны внутри своей силы и не способны причинить кому-то вред.

— Они нашли способ обрести свободу, — покачал головой Теон. — Они все ещё привязаны к своей темнице, но они не внутри неё.