По ком звенят кедры - Алексей Ивакин

Да, мы верим, что созданы по образу и подобию Божьему, что в каждом из нас есть огонечек Святого Духа. Но все же мы не боги. Мы не творцы. Мы, как это ни обидно кому-то будет, твари, т. е. существа сотворенные Богом. И когда я молюсь, я говорю: «Отче наш», а не «Глубокоуважаемый компьютер».

Именно поэтому, человека, отказывающего вправе Богу быть Личностью, я называю язычником, а духа, который такие вещи высказывает — демоном.

Впрочем, для Анастасии, ее семейства и самого Владимира Мегре, Иисус Христос — всего лишь один из сыновей Бога, один из просветленных посланников. Причем, как позже выясниться — младший брат Анастасии.

В следующем вопросе этого анастасийского катехизиса Мегре задается судьбами нашего общества. Ответ в духе оккультизма и одновременно язычества. «В перспективе осознание все пагубности технократического пути развития и движение к первоистокам». Согласен. Технократия не есть очень хорошо. Давайте вернемся к первоистокам.

Только они ведь у кого какие. У атеистов — первобытный человек. Не очень хочется. У буддистов — отказ от своего «Я» и растворение в нирване. Тоже не хочу духовным самоубийством заниматься. У православных первоистоки человечества — Господь Бог. Вот здесь я хочу вернуться в райский сад. Это мне нравится.

А какие первоистоки у анастасийцев? Непонятно. Но это пока. Может быть, потом узнаем? Конечно, только захочется ли к этим первоистокам возвращаться…

Итак, в этой главе мы выяснили, что Анастасия — не христианка, а ее мировоззрение плавает где-то между язычеством и теософией.

Фабрика звезд в тайге или как правильно шаманить

Как обычно, после кучи нелепостей и ошибок, необходимо добавить чудес и фантастики. Дабы отвлечь читателя и продемонстрировать способности Анастасии. Мол, на медведице мы спать умеем, белочек дрессируем…

Чем нас нынче удивят?

Критерием красоты для Мегре является фотомодель. И Анастасия, дурачась, изображает ему манекенщицу.

Критерием песенного искусства для него является Алла Пугачева. И Анастасия поет ему «Миллион алых роз». Причем старательно изображая песню: «Потом при словах «вдаль ее поезд унес» она изобразила художника, влюбленного человека, смотрящего вслед уходящему поезду, который уносил навсегда его любимую. Изобразила его боль, отчаяние и беспомощность».[26]

Заодно Анастасия развлекает его спортивной гимнастикой, дрессурой медведицы и волчицы, а также песней своего исполнения.

Разносторонняя талантливая личность. Ничего не скажешь. Эти таланты у нее появились после того, как прадедушка научил ее… Каббале.

«И я научилась за буквой каждой строить образы… За каждой буквой на санскрите, — фразы, слова. В них тоже буквы, дальше много слов, так бесконечность скрыта в каждой букве».

Так, что талантливые актеры могут вкладывать образы в 10 % своего творчества, гениальные — в 50 %. Анастасия, естественно, во все 100 %.

А вот ее последователи Каббалы не знают.

16-18 июля 2004 года в г. Кирове проходил фестиваль авторской песни «Гринландия».

В течение трех дней фестиваля на главной сцене фестиваля выступали некие «солнечные» барды из некоего «Каравана любви».

Первое их появление было весьма забавным. На концерте открытия, как всегда выступали гости фестиваля ведущие мастерских — Дмитрий Дихтер, Андрей Козловский. И вот во время выступления питерца Александра Сафронова на сцене неожиданно появилась некая девочка в белом сарафане и самозабвенно стала танцевать. Даже иногда в ритм попадала. Надо отдать должное профессионалу — Саша невозмутимо допел песню до конца. Многие решили, что так это и задумано. Но когда Александр начал петь вторую песню и девочка снова выскочила на сцену — он прекратил пение и вежливо попросил танцовщицу покинуть сцену. Забавное недоразумение внезапно превратилось в общее недоумение. После известного барда на сцене снова появилась эта девушка, на этот раз с молодым человеком. Томно закатывая глаза и слащаво улыбаясь, новоявленные певцы объявили, что они из Белоруссии, представляют «Караван Любви» и сейчас споют песню. Честно говоря, было ощущение, что молодые люди слегка не в себе. Действительно, танцевать под сверхинтеллектуальные баллады Саши Сафронова… Тут думать, а не махать руками и волосами надо.

С утра субботы ситуация прояснилась. Около сцены открылась лавка продажи литературы и различных эзотерических безделушек. Подходя к прилавку, покупатели видели зеленые обложки книг «Анастасия». В это же время шел концерт «Солнечных Бардов» — та же вечно танцующая девочка и на этот раз целый ансамбль бородатых певцов-гитаристов в псевдорусских рубахах и с непременными хайратниками.

Пели они, честно говоря, так себе — вшестером на один голос. Пели и свои песни и чужие — так, невероятным образом в маршевом ритме была спета прекраснейшая по мелодике песня И. Волкова «Разбросала косы русые береза». Не в этом дело. В конце концов, у каждого свои вкусы. Просто не понимаю я анастасийских бардов. К настоящей авторской песне никакого отношения они не имеют. Поют про природу, птичек, травы… На природе надо жить. А петь о ней, заглушая ее же — смешно.

И вот здесь я увидел чудо. После того как закончилось их выступление, один из пареньков начал было приглашать присоединиться к «Каравану любви». И тут почему-то отключился микрофон. Звукооператоры побежали разбираться с проводами. И после пламенной, но к счастью, никому не слышной речи, микрофоны включились снова.[27]

Вечером случилось еще одно чудо.

Во всеуслышание заявив о своей «гармоничной связи с природой» они пообещали «нашаманить» солнечную погоду на все три дня. В субботу вечером ровно в 21.30 на фестивальной поляне начался ураган страшной силы. Небеса разверзлись. Палатки срывало только так. Первый раз в своей жизни, несмотря на богатый туристский опыт юности, видел как костры летают. И «Солнечных бардов» как ветром сдуло.

Героический Андрей Козловский продержался три песни. Пока не отказала аппаратура. Зато ночью жизнерадостные голоса анастасийцев снова зазвучали с главной сцены. Сразу, после того как успокоилась погода.

Плохие, однако, шаманы. Неумелые. В древнем племени без еды остались бы. В прошлом году, например, безо всяких колдунов погода все три дня фестиваля была преотличная.[28]

Кто-то скажет — на Грушинском фестивале тоже кришнаиты сидят, целым лагерем. Прасад свой раздают в ресторане «Говинда»,[29] никого не трогают, пляшут сами по себе, хари свои поют. Их тоже никто не трогает. НО! На грушинском фестивале кришнаитов не выпускают на главную сцену по несколько раз в день и призами не одаривают.

Кстати, о бардах.

Когда-то я сам занимался самодеятельной или авторской песней. Сейчас ее любят называть бардовской песней. Даже песни писал и был лауреатом и дипломантом всяких-разных фестивалей. На моем компьютере три с лишним гигабайта авторских песен — Юрий Визбор, Игорь Михалев, Булат Окуджава, Александр Дольский, Михаил Анчаров и т. д. Закончил я свою авторскую карьеру после того как понял, что особого таланта писать песни и исполнять их под гитару, у меня нет. Дома, в компании друзей еще можно. А со сцены — здоровая самокритичность мешает и природная лень.

Как психолог, я занимался этим феноменом и узнал, что практически все молодые люди проходят через это увлечение гитарой. Большинство становятся любителями, берущими гитару раз в год. Единицы становятся талантливыми авторами. Те же, кто кочуют с фестиваля на фестиваль, не имея ни какого другого жизненного занятия — формируют такую серую алкоголическую массу «бардов». Бардов с банальными образами — «Как здорово, что идет дождь!», «Жаль, что ты ушла!», «Ничего, что я объелся манной каши», шаблонной мелодикой — Am-Dm-E7, примитивными рифмами — «Любовь — Кровь, Розы — Морозы, Россия — Анастасия».

Эти барды пытаются выглядеть непонятыми широкой публикой, вкладывают псведофилософию в свои велеречивые песни и в тайне мечтают о всемирном, всероссийском или хотя бы микрорайонном признании. Хотя поклонники у них есть — старые друзья и сентиментальные девицы. Но их так мало…

Вот к таким бардам обращается и Анастасия, рассказав красивую сказку о кельтах и легионерах Рима.

Именно для таких бардов она скажет:

«Тысячи струн гитарных трепещут сейчас под пальцами сегодняшних бардов России. Еще когда я помечтала обо всем там, в тайге, они первые почувствовали. Их, души… Сначала только в одной загорелся трепещущий огонек и вздрогнула тоненькая струна гитары, потом подхватили, откликнулись души других. Скоро их услышат многие. Они — барды, помогут увидеть новую зарю. Зарю просветления душ людских. Ты услышишь их песни. Новые песни, рассветные».