Лекарство от снов - Алина Стрелковская

— Ну, может он не обыкновенный музыкант, а очень известный, и хорошо ориентируется за кулисами, — ответила девушка, принимая прежнюю позу.

— Ну-ну, ты еще скажи, что это Вельт Демолир, гениальный виолончелист и самый известный в мире музыки эльф, — саркастически рассмеялась женщина, невольно наводя Сангриту на мысль, что такое очень даже может быть. Представился он ей, конечно, прозвищем, а не настоящим именем. Впрочем, как и она ему. Но если учесть, что он на самом деле виолончелист и считает себя гением… Вполне вероятно, что Шут — и есть живая легенда, путешествующая инкогнито.

— А почему бы и нет? Снова пять золотых? — невинно спросила ведьмочка и мрачно усмехнулась в ответ на ошалелый взгляд бабушки.

— Что за бредовую тему вы выбрали для пари!

— Прекрасная тема, не мешай! Как раз верну себе свой проигрыш, — хмыкнула матрона, а Марга послала Сангрите еще один долгий взгляд, на этот раз укоризненный.

— …итак, господа, я хочу познакомить вас с новым владельцем этого театра, — оратор всласть выговорился и соизволил подойти ближе к делу. — Он стоит рядом со мной и зовут его Вельт Демолир. Думаю, мне не нужно объяснять, кто он такой.

Труппа пребывала в шоке. Отчасти из-за того, что бывший хозяин умудрился-таки закончить свою речь быстро и действительно не стал объяснять то, что и так все знали, но в большей степени, из-за легендарной личности, представшей перед ними. В театре известные люди никогда не были редкостью, особенно если учесть, что и о многих членах труппы слава шла на все Королевство. И, тем не менее… О маэстро Демолире долгие годы почти ничего не было слышно. Изредка он давал концерты, на которые валом шел народ, но не более. Даже слухов почти никаких не было, не говоря уже о достоверной информации о его жизни.

— Ну вот, теперь ты и мне должна пять золотых, — в гулкой тишине констатировала Сангрита, и в холле снова воцарился невообразимый шум. Вновь обсуждались результаты пари, кто-то вслух недоумевал «на кой черт лорду Демолиру понадобился театр», на ходу выдумывались новые сплетни…

— Ты знала! — возмутилась вновь проигравшая женщина. — Не могла не знать!

— Неправда, всего лишь догадывалась, — оскорбилась Сангрита, чувствуя на себе чей-то пристальный взгляд. Чей — не трудно было догадаться.

Девушка скосила глаза в сторону Шута и убедилась, что он действительно внимательно ее рассматривает. Ну что ж, он все равно бы ее заметил: не сегодня, так в другой день. Даже лучше, что это случилось сразу. По крайней мере, ситуация не так нелепа, как могла бы быть.

— Скажи, что все не так, как я подумала! — потребовала Марга, когда обиженная спорщица отдала Сангрите золотые и отошла. — Ты же не хочешь сказать, что… что лорд Демолир и тот эльф….

— Я вообще об этом говорить не хочу, — тяжело вздохнула девушка, пытаясь представить свою дальнейшую работу в театре во главе с маньяком-извращенцем. Получалось весьма безрадостно. Заметив же, что бывший хозяин что-то рассказывает Шуту, изредка кивая в их с бабушкой сторону, она соскочила с подоконника и мягко, но настойчиво потащила Маргу к выходу.

— Пошли отсюда, пока никто не додумался официально нас с ним познакомить.

— Умница! — чуть ли не с отеческой гордостью воскликнул мэтр Фарине и окинул Сангриту умиленным взглядом.

Та пробормотала в ответ какие-то слова благодарности, убрала из кресла гигантский букет роз, подаренный зрителями, и бессильно рухнула на его место.

— Зрители до сих пор аплодируют стоя, я восхищен, вся женская половина труппы беснуется от зависти… Ты превзошла саму себя!

— Здорово, — односложно протянула девушка, выражая одним словом и бешеный восторг по поводу удавшейся премьеры, и слезы счастья от зрительского признания, и настойчивое желание повиснуть на шее у обычно сварливого режиссера. Он безжалостно мучил актеров, но довел-таки мюзикл до совершенства. Безусловно, если бы два часа адски сложной работы на сцене оставили силы на что-то, кроме апатичного сидения в кресле, она бы с беспечным удовольствием носилась по театру, горланя веселые песенки и вызывая у окружающих недоуменный вопрос, что она пила. Но даже членораздельно отвечать счастливому Фарине было лень, что уж говорить обо всем остальном.

Режиссер все разливался хвалебными монологами, а Сангрита медленно приходила в себя от осознания собственного успеха. Это была ее вторая премьера и первая большая роль. Работа над мюзиклом стала тем лекарством от печали, которое так долго для нее искала Марга. Она захватила ее с головой и не оставляла времени даже на мысли о чем-то постороннем. Наверное, именно поэтому она сравнительно легко свыклась с постоянным присутствием Шута в театре. Тот же, казалось, был везде и всюду. Он беззастенчиво совал свой нос во все, что цепляло его внимание, а уж чем-чем, но невнимательностью его попрекнуть не мог никто. Конечно, его постоянный контроль над любой деятельностью не мог не действовать на нервы, но способа избавиться от этой проблемы Сангрита не видела. Вернее, один способ все-таки был, но воспользоваться им девушка не решалась. Она, бесспорно, могла сообщить властям, что Вельт Демолир вот уже сто лет как является оборотнем и тщательно это скрывает… Могла, но вот так запросто послать живого человека на верную смерть? Оборотни по законам Королевства считались нечистью, прав никаких не имели и, как опасные для общества существа, подлежали уничтожению. Что ни говори, надежный способ избавиться от навязчивого начальника… и все же что-то ее останавливало. Да, он мерзавец и эгоистичная сволочь, он принес ей много несчастий и почти что сломал жизнь… но он ведь даже не помнит о том, что разболтал ей свою тайну! Было бы жестоко вот так с бухты-барахты отправлять его на костер. Да и как виолончелисту ему цены нет. До личного знакомства ей даже очень нравились его произведения.

— Знаешь, я долго думал о том, что ставить дальше… И сейчас пришел к выводу, что нужно подобрать пьесу, в которой можно было бы дать тебе главную роль, — неожиданно заявил Фарине и выжидательно уставился на Сангриту, пытаясь предугадать ее реакцию.

— Главную? — ошалела девушка от открывшейся перспективы. Работать в театре всего-то чуть больше полугода и так высоко подняться! — Это… это просто замечательно!

— Ты согласна? Чудесно, — удовлетворенно хлопнул в ладоши режиссер и приземлился в соседнее кресло, явно настроенный на долгий и серьезный разговор. — Кстати говоря, маэстро Леттер не так давно подсунул мне свою новую оперу. И он настоятельно меня просил отдать главную героиню тебе. Я по началу отнесся к его просьбе скептически… но теперь склонен с ним согласится, тебе вполне по силам сыграть революционерку.