Новые приключения Незнайки: Снова на Луне - Борис Карлов

Полицейские опасливо посторонились.

– Послушайте! – не выдержал Крабс. – Мы не страусы, мы обыкновенные граждане. Отпустите нас, мы очень спешим по делам!

– Ого! – удивился Фигль. – Они еще и говорить умеют.

– Это ещё что, – подтвердил Дригль. – На той неделе я видел по телевизору собаку, которая знала наизусть всю таблицу умножения, с какого места ни спросишь! Вот ты, Мигль, к примеру, знаешь таблицу умножения?

Мигль неуверенно поморщился и пожал плечами.

– Вот то-то и оно. А собака могла пролаять ответ с любого места. И если какая-то паршивая собака умеет считать лучше иного коротышки, то почему бы таким дорогим и редким птицам не сболтнуть какую-нибудь ерунду? Вот что, ребята, отвезем-ка их в цирк и получим причитающееся нам вознаграждение. Эй, Мигль! Сколько там за них обещали?

– Осмелюсь доложить, господин обер-атаман, по сотне за каждую птицу.

– По сотне?! А чего тут еще раздумывать. Эй, вы, чуда в перьях, полезайте в фургон живо! Цып-цып-цып! – обратился он к беглецам, у которых уже ум заходил за разум.

Когда автомобиль подъехал к зданию цирка, Дригль вылез из кабины и открыл дверь кузова. Оттуда пулей выскочили Фигль и Мигль, зажимая носы.

– Ну и воняют же эти птицы! – пожаловались они. – Не верится, что кто-нибудь выложит за них триста фертингов…

Вызвали хозяина сбежавших страусов, и тот долго с удивлением рассматривал трех облепленных пухом и распространяющих запах навоза коротышек.

– Нет, – решил он в конце концов. – Это не наши. Наших, вообще-то, привели ещё позавчера. Пришлось раскошелиться на триста фертингов. Ничего, вычту из жалованья у сторожа, в другой раз не будет таким растяпой. А этих вы бы лучше помыли в бане да спросили у них документы.

С этими словами хозяин страусов ушел обратно в цирк.

– Что за ерунда! – топнул ногой Дригль. – Какие могут быть у птиц документы! Вот что, надоело мне с ними возиться, отвезем сейчас же этих вонючек в зоопарк и посадим в клетку…

– Погодите! – взмолился Крабс. – Вы хотели триста фертингов? Вот, возьмите пятьсот, мы сами выкупим себя за вознаграждение. Мы сейчас же сами вернемся в цирк и не доставим вам больше никаких неудобств… – Крабс похрустел перед носом Дригля пятью стофертинговыми бумажками.

Тот взял деньги, повертел их в руках и сунул по одной бумажке Фиглю и Миглю. Потом полицейские молча залезли в автомобиль и умчались прочь.

– Неплохо же зарабатывают в этом цирке, – ворчал себе под нос Дригль, сидя за баранкой, – если какие-то вонючие птицы имеют при себе набитые деньгами бумажники!..

Глава тринадцатая

Необходимы срочные переговоры с Альфой и Мемегой. Красавчик имеет кое-что показать г-ну Пупсу

В люкс-кабинете «Весёлого клоуна» Гризль застал Пупса и Спрутса за чтением вечерних газет. Он поздоровался с беспечно закусывающим Жулио и шёпотом спросил:

– Что случилось?

– Учёные ослы заказали новую партию акций, – объяснил Жулио, наклонившись к уху Гризля. – Тираж будет втрое больше прежнего.

– Зачем так много?

– Паршивые газетчики так раздули это дело, что теперь каждый коротышка хочет иметь у себя акцию «Космических поставок», хотя бы из любопытства. Цена пока ещё плевая – фертинг за штуку.

Тут Пупс со словами «какие мерзавцы!..» отшвырнул от себя газеты.

Гризль, чтобы обратить на себя внимание, деликатно прокашлялся в кулак.

– А, это вы! – оживился Пупс. – Ну, как дела? Есть какие-нибудь зацепки?

– Косвенным образом я… да, я надеюсь, что в ближайшее время вы, вероятно, их увидите.

– Что вы такое бормочете, Гризль! – вмешался Спрутс, лицо у которого пылало огнем. – Говорите толком, где эти животные! Ага! Не знаете? Так вот что я вам скажу: надо прихлопнуть астрономов, и точка! – Спрутс ударил по столу так, что оркестр перестал играть.

– Тише, умоляю вас! – зашептал Гризль и сделал оркестру знак продолжать. – Поймите: во-первых, расправа над Альфой и Мемегой ещё более повысит стоимость акций, а во-вторых, несомненно, что учёные ослы всего-навсего подставные марионетки и за ними стоит куда более серьезный и опасный противник.

– Гризль прав, – согласился Пупс. – Я уже не раз говорил вам, коллега, что тут замешаны новые коротышки. Узнаю их тяжёлый стиль: стремительный напор, размах и бесцеремонность. Это коротышки из нашей гильдии. Но кто бы это мог быть? Пока мы этого не знаем.

– Наверное, об этом следует поинтересоваться у самих учёных ослов, – высказал свое предположение Жулио.

– Сначала нужно разыскать треклятый порошок! – кипятился Спрутс. – Что они скажут вам без порошка? «Вы трус, вор, негодяй и мерзавец, господин Жулио!» – вот что они вам скажут в лучшем случае. В полиции у меня есть кое-какие связи; сегодня целый день химики из отдела криминальной экспертизы шуровали у этого Кротика на квартире. Всё впустую! Утверждают, что там полная неразбериха: склянки не подписаны а в тетрадях такие каракули, что не ясно, какой стороной их держать… Двоих растяп увезли с отравлением, и чему только учат проклятых идиотов!..

Гризль наклонился и что-то шепнул на ухо своему хозяину.

– Официант! – тут же распорядился Пупс. – Пригласите Красавчика.

Официант исчез и через минуту вернулся:

– Господин Красавчик велел передать, что он имеет вам кое-что показать там, внизу.

Гризль многозначительно посмотрел на Пупса, тот кивнул, и все четверо поспешили следом за официантом.

Глава четырнадцатая

Как беглецы все-таки добрались до заведения Красавчика и как последний проявил гостеприимство

Отделавшись от полиции, Мига, Крабс и Кротик спрятались в кустах находившегося поблизости пустынного парка. Они решили дождаться вечера и под покровом темноты пробраться в город. Но не тут-то было: именно в это время в парке собирались для ночлега бродячие собаки со всего города. Они учуяли и быстро окружили место, где затаились беглецы. Стая увеличивалась, лай усиливался, кольцо сжималось.

Деньги в данном случае были бессильны, кто-то должен был пожертвовать собой для отвлечения голодной стаи. Дрожа всем телом, никто из троих не решался первым высказать это единственное спасительное для двух других решение. Никто из троих не мог быть уверен, что выбор не выпадет именно на него.

Вдруг Крабс почувствовал, что всё уже решено и сейчас эти двое вытолкнут его из кустов на съедение собакам. Конечно, они уже всё решили! Ведь он из троих самый откормленный и наименее полезный. Ему стало казаться, что Мига и Кротик на него недобро скосились и вот-вот подтолкнут сзади…

В этот момент Крабс упёрся спиной в торчащий сук, дико взвизгнул и задал такого стрекача, что в одно мгновение скрылся из виду. Миге и Кротику не оставалось ничего другого, как последовать за ним, и теперь собаки должны были растерзать того, кто бежал последним. Все трое с места взяли такую скорость, что собаки в первые секунды остались далеко позади.

И – о чудо! – впереди блеснула поверхность декоративного рва, заполненного водой. Беглецы с разгону влетели в воду и, побарахтавшись хорошенько на мелководье, вылезли на противоположном берегу.

Под лай метавшихся в бессильной злобе собак они перемахнули через ограду парка и оказались на слепящей огнями фар оживленной трассе. Остановить попутку было минутным делом, и вскоре они уже колотили ногами и руками в служебную дверь ресторана «Весёлый клоун».

Это случилось ещё до звонка Гризля. Коротко расспросив нежданных гостей, Красавчик сообразил, что на этом деле можно будет неплохо нажиться. Он накормил визитёров, дал им возможность выстирать одежду и высушить её на горячих трубах, а потом запер всех троих в подвале.

Глава пятнадцатая

О том, как трудно купить только одного коротышку, когда вам навязывают сразу трёх

Но вот дверь подвала заскрипела, и в освещенном проёме показались Пупс и Спрутс вместе со своими секретарями.

Пленники бросились на каменные ступени к их ногам, наперебой горланя что-то жалобное и клятвенно-преданное.

– Как вы себя чувствуете, господин Кротик? – поинтересовался Пупс, не обращая ни малейшего внимания на двух других пленников.

– Не обижал ли вас кто-нибудь? – высказал несвойственную ему озабоченность Спрутс.

Из невнятных междометий Кротика можно было понять, что он готов делать всё, что ему прикажут.

– Мы подумаем о вашем предложении, – милостиво согласился Пупс.

Затем дверь захлопнулась, и пленники, поколотив в неё и покричав, снова впали в отчаяние.

Тем временем в кабинете г-на Красавчика начался торг.

– По десять тысяч за трёх бестолковых проходимцев? – возмущался Спрутс. – Мигу и Крабса я не возьму даром, пускай сидят в подвале. Я ещё приплачу, чтобы вы их не кормили.

– Все трое продаются в комплекте, – отвечал Красавчик. – А если вам нужно именно Кротика, так берите его за тридцать. Тех я отпущу просто так, чтобы они болтали направо и налево, если вам этого надо.