Басни, стихотворения - Ангелина Северова

20. Спор зверей

Явившийся неведомо откуда,Беспутный Лис, любитель пересудов,Раздор посеял меж зверей.И спорят жители лесные все сильнейО том, что Волк – не Волк, а Белки – и не Белки,И Заяц – не Русак, и Лев – теперь не Лев.Так, перессорить всех сумев,Смутьян наш, в довершение проделкиИ, меж зверями всякие различия презрев,Заверил всех, что ради общего прогресса,Приличней зверю зваться «обитатель леса».И вот о споре том и до звериного ЦаряДоходит слух. И, любопытства полон,Он подданных собрал и, небывалый всполохУнять желая и сочувствием горя,Решил услышать мнение звериного народаО предложенье Лиса-сумасброда.Вот первым выступает Волк в наставшей тишине:     «Признаться, очень кстати мнеТеперь не Волком зваться:Не будет от меня так мелочь разбегаться.И свой обед быстрей смогу добыть.Я Лиса поддержу в идее равенства, пожалуй.В том Волку прок, как видно, и немалый».     «Скажи, любезный Волк, но как тут быть, —Царь вопрошает с удивленьем, —Когда к своим придешь? Ужель сомненьеТвоей родни ни капли не смутит?Ведь ты теперь не Волк, хотя и Волк на вид.Нет больше ни традиций у семьи, ни предков стаи.И детушки твои, боюсь, теперь тебя и не признают».     «Ах, Царь, моя родня и за версту меня почует и узнает!И все мои Волчата вслед за мной хотятНичем не отличаться от Зайчат!»Немного осмелев, сказать свое и Заяц вышел:     «Да, ожидал я от Волков услышатьПодобные слова.Однако Зайцевы праваИ более того в итоге пострадают.По морде Волка так и так узнают,Когда по лесу он идет.И как бы впредь не называл его народ,Свою природу Волчью сам он не скрывает.А Заяц не таков, в борьбе он не силен.Лишь большинством способен онОберегать русачьи интересы.Теперь не Заяц он, а «обитатель леса».И с Волком наравне правленье будет избирать.Но от того все царство может пострадать.Как и дотоль, во власть пойдет избранник,Но не от большинства посланник,А тот, кто побойчей.Возможно ль Зайцу с Волком в бойкости тягаться?И в силушке равняться?И в ловкости речей?Не выжить Зайцу в равенстве подобном,Не сохранить истории, традиций и родства.И стая волчья не права:Терять свои различья очень неудобно.Ведь не пришельцы мы и не на острове живем,В стремленье родину забыть и с ней расстаться.Но, обитая издревле в лесу родном,Корней своих мы не хотим стесняться.Позволь, о Царь, как и всегда нам зваться!»Увидел Царь, что кроме Волка звери не хотятМенять привычный им порядок и уклад.И вот, подумав, говорит собранью:     «Полезно все разнообразие зверей в правленье зреть.Ведь в купе мне важны все ваши знанья.Для леса значимы и Волк, и Заяц, и Медведь.Когда в правленье попадут одни лишь Волки,От общих знаний нам достанутся осколки —И справедливость может умереть.Но хуже, если бы совсем различия стереть!Всё уникальное забыто будет впредь».Тут Лис возник: «Друзья мои, как вы не правы!Дурной ваш вкус, дурные ваши нравы!По крови и не думал я зверей равнять,Когда вас именем одним я предложил назвать.В природе ведь всего важнее чувствова́нье:И если Зайцем быть у Волка сильное желанье,То значит у него и Заячья сове́сть!Кто чувствует себя как Волк,  отныне Волком будет.И Заячью природу позабудет.И будет Зайцев есть.Ну а скажите мне, чем Лис не Лев?Царем и я бы стал,сам на престол воссев».Но дальше Лису говорить не далиИ вон прогнали,И поразмыслив, в меру пошумев,Один закон всем лесом написали:     «Отныне каждый видСвое название вовеки сохранит.Но вместе «обитателями леса» зваться будем,Хоть и свои различья не забудем.И с «обитателями рек и гор»Отныне общий сможем строить разговор.Когда с других планетНам весточки направятИ в них своих зверей Земле представят,Мы вместе, «обитатели Земли», дадим ответ.И в этот миг различий меж земными нет».Как показательна подобная беседа:О равенстве в лесу заговорили те,Кто скрыть природу хочет ради жирного обеда —Совсем не те, которые живут в нужде,И, с хищниками наравне лишась отличий вида,Теряют и способность выживать.Травинку стоит от земли лишь оторвать,И сила пропадет, что в ней была сокрыта.Так и народам следует различья сохранять.И суть свою напрасно не менять.

21. Орел и Росомаха

Блуждая в непросветной мглеИ, наконец, найдя расщелину в скале,Укрылась на ночлег большая Росомаха.Да все ей нынче не спалось,не то от голода, не то от страха…Съедал ее какой-то смутный интерес.И вот, покинув каменный навес,Она вокруг решила осмотреться.И видит: в нише по соседствуОрлиное гнездо! Каких-то пять шагов!А там птенцы, ах, лакомое яство!И борются в ней трусость и коварство.Последнее, взяв верх, ее приводит в Орлий кров.Дрожа от жадности, птенца она хватает,И моментально раздирает.На крик отчаянный бесперых чадПроснувшийся Орел крылами машет,Слепой в ночи, и только чувствует, какРосомаха пляшет,Родимое его гнездо ввергая в ад.Во гневе праведном все силы напрягая,Орел, на Росомаху грудью налегая,Теснит, клюет ее и гонит из гнезда.И та, трусливая, в потемках удирает.Вот, наконец, и первая звездаВосходит, зоркости Орлу хоть толику прибавивИ на последнего птенца живого свет направив.

К утру, едва светлеет край небес,Как Росомаха наглая разносит весть окрест,Что ночью на нее напал Орел,коварный, беспощадный,Сосед бессовестный, впридачу трус изрядный!И звери ну ее жалеть да клясть Орла:«Каков злодей!Ах, будь ему неладно!»

Порой бывает и среди людей:Преступник, тот в чести да знати,А праведник презрен,а то и заклеймен проклятьем.

22. Коршуны и Сова

Преград своей свободе не терпеть,Любыми средствами присвоить власть уметь —Таков закон для хищников крылатых!И для людей успешных и богатых,Что лишь свою повестку знать хотятИ с высоты лишь своего полетаПрезрительно и зло глядятНа ценности и мнение народа.Но тем простым пернатым и претят.

Послушаем, о том как дальше мысли полетят:

Орел, пернатого блюститель царства,В немилости у Коршунов давненько был.И чем так им не угодил?А тем, что целостность берег он государства.Развала не желал, и тех не поощрял,Кто хищничал окрест привольноДа лишь о собственной свободе помышлял.И вот, собравшись в стайку недовольных,Степные Коршуны затеяли переворот,Желая подчинить пернатый род.Дабы внушительней казаться

И нравственного преимущества царя лишить,Решили коршуны вовсю старатьсяИ мудрую Сову к себе переманить.Но всё усердствовали в том напрасно.И неподкупная Сова,Пернатой церкви досточтимая глава,К измене той осталась не причастна.А хищный сговор вскоре получил огласку.В утробе гневную обиду затая И в неудаче дела лишь Сову виня, На ней-то Коршуны решили после отыграться.За верность совести и чести отомстить,Пернатой веры жрицу обвинитьВ грехах, которых та не думала касаться.Унизить всячески Сову стремясь,Ей вслед проклятия кричалиИ сплетни гнусные по лесу распускалиО том, что роскоши она, разврату предалась.Когда не помогло злословье:Сова, не испугавшись хищного сословья,Разрушить подозрения смогла,Ложь от своей особы отвела,Решились Коршуны                       к последнему прибегнуть средству.В лесной укромной церкви, по соседствуС жилищем той Совы,Внезапно вылетев из гущины листвы,Устроили прилюдно беснованье,Над мирной паствою кружаИ наглым криком песнопение глуша, Наперекор увещеваньям.Однако, тем Сову и церковь силясь оскорбить,Смогли лишь от себя навеки отвратитьВесь род пернатый.И, посягнув на то, что было свято,Служенье культу – с Богом разговор,Превратный свой подход к религии явили.И тем по праву заслужилиВсеобщего презренья приговор.

Ни капли уваженья не питаяК другим и меры в том не зная,Так Коршуны привыкли жить: Не думать ни о чем, над миром лишь кружить,Ища поживы легкой.И относиться ко всему с издевкой,Что прекословит мненью их.Но тем отпугивают птиц других.А ненависть к Сове почтенной,Что с паствою в согласии живетИ ею чтима неизменно,Лишь зависть хищников нам выдает,Ту, что к Сове давным-давно они питают:Не Коршунам ведь паства в том краюСтоль преданно себя вверяетИ добровольно подчиняется не им.Ни капли власти в государстве не имеяИ уязвляясь положением таким,Особы хищные кощунства зерна сеют.И лишь себе самим довлеют.Да не привлечь сторонников хотят,А мстить за то, что те не их, а Бога чтят.

23. Два садовода