Крылья - Татьяна Владимировна Солодкова

Говорит так, будто это имя должно быть для меня знакомым.

– А Барб – это?..

– Секретарь Миранды Морган, - отмахивается и поворачивается к уже открывающимся дверям лифта.

Похоже, спрашивать, кто такая Миранда Морган, будет глупо. Имя на слуху, но абсолютно не помню, кому оно принадлежит. В голове упорная ассоциация с каким-то фильмом, но это, естественно, чушь.

Тайлер быстро пересекает коридор и уверенно толкает массивную дверь без какой-либо таблички.

– Баааарб! Морган сказала, ты в курсе.

Барб оказывается невысокой пухленькой блондинкой в юбке гораздо короче, чем ей было бы комфортно самой. Потому как, встав из-за стола, девушка безуспешно пытается натянуть ее пониже, но плотная ткань не слушается.

Барбара переводит удивленный взгляд с наглого студента, расхаживающего по кабинетам руководства Академии с таким видом, будто находится у себя дома, на меня и ахает.

– Джейсон Риган?!

– Здравствуйте.

– Почему же вы не позвонили, что опаздываете?! Мистер Нолан уже с ног сбился в поисках вас.

Вот сейчас желание стукнуть себя по лбу и выйти вон сильно как никогда. Какой еще, к чертовой бабушке, мистер Нолан?

В это время мой проводник отступает к двери, уже вызывая кого-то по своему чуду техники на левом запястье.

– Барб, займись парнем, - бросает на прощание. - Я сам скажу Оливеру, что все в порядке.

Барбара дарит молодому человеку широченную улыбку, несколько раз моргает длиннющими ресницами и даже выпускает упорно подскакивающую вверх юбку из рук. Но эта пантомима остается без внимания. Тайлер исчезает за дверью, даже толком не взглянув на девушку. Учитывая то, как он смотрел внизу на брюнетку в бежевом, ничего удивительного.

Секретарь разочарованно вздыхает.

– Пойдемте, что ли, – выдает недовольно, будто я причастен к ее неудачам на любовном фронте. - Вам надо переодеться. После экзамена подниметесь сюда, объясню, как пройти в общежитие для абитуриентов.

Выдыхаю. Пошел процесс.

Черт, только теперь понимаю, что даже не сказал Тайлеру спасибо. Я его должник.

***

Кто же знал, что, в понимании Кинли, «улажено» означает: «мы подали за тебя заявку на поступление»? С другой стороны, испытываю некоторое облегчение от того, что мне предстоит сдача экзаменов, провалив которые, смогу покинуть это место с чистой совестью.

Секретарь Барбара провожает меня в раздевалку, выдает пакет c бежевым безобразием. Дожидается, пока я переоденусь, и подробно рассказывает путь, который мне предстоит проделать, чтобы отыскать аудиторию, где через несколько минут начнется первый экзамен. Говорит скучающе и даже лениво. Похоже, невнимание улыбчивого студента Тайлера расстроило ее сильнее, чем показалось сначала.

Впрочем, выкидываю Барб из головы быстрее, чем дохожу до лестницы. Мне не до нее. Сдать с ходу экзамен, к которому люди готовятся годами? Да раз плюнуть!

***

Размер аудитории и количество присутствующих впечатляет. Невольно присвистываю, переступая порог. Лица сливаются воедино на фоне бесконечного бежевого марева.

Передергиваю плечами в новенькой, пахнущей свежей тканью такой же бежевой форме и начинаю спускаться по ступеням.

Аудитория выполнена амфитеатром, и, ожидаемо, большинство абитуриентов заняли именно верхние ряды, дабы быть подальше от экзаменаторов. Наивно, как показывает практика: именно за такими любителями «пряток» и ведется особый надзор, в то время как первые парты спокойно списывают, оставаясь незамеченными.

Тем не менее до нижнего ряда не дохожу. Сесть прямо перед преподавателем – все же чересчур. Третий-четвертый ряд – самое то: и не вызывающе далеко, и не перед носом… Бог ты мой, рассуждаю, будто и впрямь надеюсь сдать этот экзамен.

Провалюсь, вернусь на Альфа Крит, посoчувствуют и восстановят на работе. Черт с ними, с обещанными лейтенантскими нашивками, но, если вернут в отделение, служба в котором предшествовала «Искателю-VIII», будет неплохо. Соскучился по активной работе за время «курорта» на краю Вселенной.

Нахожу свободное место у прoхода и сажусь. Осматриваюсь. Впереди расположились две девушки, совсем юные, лет по семнадцать. Сидят, просматривают какие-то записи, нервно переговариваются. Одна то и дело грызет ноготь, и по его виду очевидно, что занята она этим довольно давно.

Кручу головой, но везде натыкаюсь на сосредоточенные лица и поджатые губы. Поступление, первый экзамен – это важно. Но не для меня. Я ничего этого не хотел и не просил.

– Подвинься, приятель, - раздается над ухом.

С другой стороны есть нескoлько свободных мест, и заговоривший мог бы с легкостью зайти оттуда, но ему понадобилось меня потеснить.

Поднимаю глаза и натыкаюсь на кривую улыбку и прищуренные глаза. Мужчина молод, но не желторотый птенец, как большинство здесь. Может, мой ровесник, может, на пару лет младше меня.

Дергаю плечом и подвигаюсь на скамье. Лично я обошел бы и сел бы так, чтобы никому не мешать и никого не беспокоить. Но раздувать конфликты из ничего не вижу смысла – мне до лампочки этот криворотый.

Αбитуриент с грохотом плюхается на место у прохода, так, что столы, в том числе и в соседних рядах, содрогаются. Девушка, сосредотoченно грызущая свой многострадальный ноготь, недовольно оборачивается.

– Чего тебе, цыпа? – тут же усмехается мой сосед по парте. Девушка вспыхивает и стремительно отворачивается. - Αппетитная, да? – на этот раз обращается тот уже ко мне.

Пересесть, что ли? Болтать и обсуждать женщин мне сейчас точно не хочется.

Черт с ним, много чести.

Неопределенно качаю головой и отворачиваюсь. Пока я отвлекся на незваного соседа, зал успел наполниться под завязку. Сколько здесь народа? Триста? Четыреста человек? Α сколько примут? Пятьдесят?

Так, надо быстро провалить экзамен и не занимать ничье место. Вон как у молодняка горят глаза. Для них это мечта, шанс в жизни – обучаться у Миранды Морган. Так и не успел покопаться в поисковике на предмет биографии этой женщины, но