Умные игры для вашего ребенка. Логика. Движение. Творчество - Катерина Берсеньева

Дидактические игры надо широко использовать для развития у детей ориентировки в предметах обихода, игрушках, с которыми они действуют, умений узнавать, называть, различать их; дети должны знать, где игрушки хранятся, где можно с ними поиграть.

На первое место по своему значению выходят обучающие игры – дидактические игры с правилами: настольно-печатные («Подбери по цвету», «Времена года»), словесные («Назови предметы», «Назови формы»), словесно-подвижные («Чей домик?»). Большую роль приобретают игры для развития глазомера и координации мелких движений («Летающие колпачки», «Настольный кольцеброс» и др.), а также игры-головоломки, шашки. Народные дидактические игрушки, дидактические упражнения с геометрическими формами и предметами различных цветов спектра, настольные игры также занимают больше место.

Дидактические игры должны развивать любознательность, умение самостоятельно решать умственные задачи, способствовать созданию стойких игровых коллективов, объединенных общими интересами, взаимными симпатиями, товарищескими взаимоотношениями.

Еще более важное место занимают словесные дидактические игры (игры-загадки на выделение характерных признаков предметов, сравнение, обобщение и др.), настольно-печатные игры на классификацию предметов, игры-соревнования в быстроте и точности ориентировок; все больше увлекают детей разные мозаики, игры-головоломки, лею и пазлы. Ценно, что эти игры объединяют не только непосредственных участников, но и «болельщиков», внимательно наблюдающих за игрой и выражающих активное отношение к успехам или неуспехам своих товарищей.

Роль игр в воспитании

После исторического и этнографического обзора детских игр перейдем теперь к выяснению их значения с физиологической точки зрения. Заметим, что всякая игра есть своего рода работа, хотя не задающаяся какой-либо определенной, практической целью, а детская игра, кроме того, есть подготовительная работа, требующая иногда немало предварительных упражнений, дабы впоследствии путем различных приемов, выработанных в игре, шутя и забавляясь, с пользой и толком приложить эти приемы в практической жизни.

Известно, что между телесным и умственным развитием существует строгое соотношение. Игры, как и всякого другого рода физические упражнения, способствуют не только укреплению и развитию телесной силы, но не менее того и образованию ума. Значение детских игр с психолого-педагогической точки зрения прекрасно разобрано профессором Сикорским в его книге о воспитании, откуда считаем не лишним привести ряд мыслей. Для этого прежде всего, по примеру профессора Сикорского, весь обширный мир детских игр мы разделим на три большие группы.

Первая и самая большая группа игр состоит в соотношении с развитием отвлеченного мышления и служит для ребенка наглядным пособием обучения этому мышлению. Ребенок хватает различные предметы, рассматривает их, исследует с различных сторон – это общеизвестно; но поразительно то, что уже с самого раннего возраста у детей проявляется какой-то инстинктивный интерес к логическому анализу предметов, к изучению их свойств. Это почти то же самое, как развиваются координированные движения глаз – для смотрения и движения ног – для ходьбы. Когда полугодовалому ребенку вы дадите в руки лист бумаги, то один раз заинтересуется ничтожным весом этого предмета; другой раз – шелестом бумаги и, попеременно постукивая то по столу, то по бумаге, будет сравнивать разницу звуков. Когда вы посадите ребенка в ванну и предоставите в его распоряжение игрушки, то вы легко убедитесь, что способ его забавы совершенно особый, – ребенок делает попытки потопить плавающие предметы, а тяжелые заставить плавать; одним словом, он изучает гидростатические свойства своих игрушек. Еще пример: когда вы обращаетесь к ребенку через закрытую стеклянную дверь, то ваш крошечный собеседник забывает о вас и всем своим вниманием сосредотачивается на странном для него соотношении между прозрачностью стекла и его непроницаемостью и, постукивая по стеклу своими руками, маленький философ старается разрешить этот парадокс. Во всех этих случаях ребенок делается теоретиком, отвлекается от целого предмета и сосредотачивает свое внимание на одном каком-либо свойстве или его признаке, затем ищет сходных признаков в других объектах и ассоциирует их, совершая таким образом логический синтез. Эта наклонность к отвлеченному мышлению развивается у детей поразительно рано, уже на первом году, еще задолго до развития речи, как на это справедливо указывает профессор Сеченов. Наклонность к отвлеченному мышлению проявляется нередко и в чисто осязательной форме, точно эксперимент. «Множество игр и предметов, – пишет профессор Сикорский, – которыми забавляется дитя, служат лишь внешними объектами или символами для зачинающихся идей, для отвлеченных представлений. В свою очередь, потребность ознакомления со свойствами предметов внешнего мира, с их видом, формой, весом, сопротивлением, гибкостью и другими качествами предполагает необходимость огромного количества моделей и бесконечно частого исследования их. Отсюда громадное разнообразие в предметах, служащих для игры, и в способах забавы: игры разнообразны, как разнообразна человеческая мысль.

У животных слабое развитие отвлеченного мышления избавляет их от необходимости образовать много игр; игры их чрезвычайно однообразны. Если мы наблюдаем, например, котенка, то что мы увидим? Прыжки, беганье, притворные нападения на товарища и засады, т. е. род инстинктивных движений, повторение готового, прирожденного комплекса мышечных сокращений – вот все, чем развлекается животное. В сравнении с этим какое богатство умственных операций представляет игра даже полугодовалого ребенка».

Вторая группа игр служит «для развития и укрепления чувства самосознания». В известную пору жизни ребенок не отличает себя от внешнего мира; но проходит некоторое время, и юный человек начинает разграничивать впечатления внешнего мира от впечатлений, получаемых от собственного организма. Этому отделению себя от внешнего мира, говорит профессор Сикорский, способствует масса тех движений и действий, которые ребенок производит преднамеренно и где его внимание приковывается не к самим предметам или явлениям, а к производящей их причине. Рассмотрим пример, ребенок производит шелест бумаги, потом внезапно приостанавливается, выжидая, будут ли звуки продолжаться в ту пору, когда он сам перестал действовать: внимание ребенка приковывается не к самим звукам, а к источнику их происхождения, к их зависимости от его собственных движений. Когда ребенок начинает постигать эту причинную связь, он обнаруживает большее удовольствие, проистекающее от чувства собственной силы, из сознания себя как деятеля, как причины явлений, как двигательного начала, независимого от всего окружающего. Это постоянное чувствование себя как силы и составляет одно из оснований самосознания.

Третья категория игр служит ребенку «для упражнения в процессе воспроизведения впечатлений или репродукции впечатлений». Взрослый человек может с отчетливостью воспроизвести в своем уме любое впечатление, которое он раньше испытал. Что же касается ребенка, этот процесс репродукции совершенно недоступен ему. Лицо матери, которое ребенок узнает на 4 – 5-м месяце и при виде которой улыбается, – это самое лицо исчезает из его памяти тотчас же, как ребенок перестает его видеть перед собой. С течением времени память ребенка начинает удерживать следы впечатления, но только под условием постоянного их повторения, без этого же ребенок непременно и навсегда забудет то, что видел и слышал. Опыт показывает, что ребенок, сделавшийся глухим, забудет и речь, сделается немым, потому что слова не освежаются в его памяти с потерей слуха. Но взрослый, потеряв слух, не утрачивает речи. Это показывает, что воспроизведение впечатлений тесно связано с частотой их нового восприятия. Значительная часть игр ребенка рассчитана на то, чтобы освежать и возбуждать в уме процесс воспроизведения, чтобы неугасимо поддерживать искру мысли.

«Задачи, преследуемые ребенком в его играх, имеют важное воспитательное значение для его мысли и по своей сущности представляют не забаву или развлечение, которого ребенок не знает, а, напротив, имеют все свойства учения и весь смысл умственного труда. Игры ребенка – это школа мышления, а творчество и фантазия, проявляемые в играх, не что иное, как различные фазы в эволюции мыслительности».

Кроме обучения мышлению ребенок с помощью игр приобретает многие конкретные знания: изучение движения предметов, величины расстояний, силы и координации собственных движений (беганье, прыганье, двиганье различных предметов и т. п.), изучение физических свойств предметов – непроницаемости, делимости, легкости, тяжести, липкости, скользкости и т. д.