Клото. Жребий брошен - Ева Ланска

Оставшись одна, Женя поклялась: как только закончится ее испытательный срок, она сделает все возможное, чтобы устроить Юльку в ту же компанию. Все это время она чувствовала: Юля этого ждет. Но давать подруге беспочвенных обещаний не хотела.

Как можно что-то обещать, когда сама висишь на волоске? Никто ей об этом, конечно, не говорил, но Женя, заходя в офис, каждой клеткой тела ощущала атмосферу враждебности.

Вадим – единственный человек, общавшийся с ней, постоянно напоминал: она имеет полное право обратиться с вопросом к любому сотруднику. А тот, в свою очередь, просто обязан все ей разъяснить. И самым подробным образом. Но все-таки сотрудники не проявляли особого желания делиться с Женей своим драгоценным временем и не менее драгоценными познаниями.

На причину этого тихого бойкота Жене раскрыл глаза все тот же вездесущий и всезнающий Ян, с которым они регулярно пересекались у Мартины.

– Ну что, уже покусывают тебя триумфаторы или пока сдерживаются? – спросил он ее как-то, окрашивая уже отросшие волосы.

– Есть немного, – согласилась Женя. – Я что – кому-то дорогу перешла?

– Почти угадала. Только не перешла, а вроде как сплясала на могиле. Понимаешь, Вадим смертельно разругался с твоей предшественницей, с которой у него был огненный роман – застал ее во время корпоративной вечеринки с кем-то из гостей.

– Фу, – поморщилась Женя.

– Ну и уволил ее в одночасье. А дама эта – ставленница жены шефа, возвращения которого все ждут с минуты на минуту. Вот он вернется, и, если Вадим не представит ему надежную замену, его самого могут попросить освободить место. А его в офисе не так чтобы любят, вот все и потирали ручки, предвкушая, как ему влетит. И вдруг он находит тебя! Вадим – везунчик, тут не поспоришь. Успел. Хотя, конечно, ему фору хорошую дали – шеф ваш почти на две недели задержался.

Ян вдруг засмеялся:

– А знаешь, почему задержался? Наш дорогой Евгений Наумович был приглашен к одному о-о-очень влиятельному знакомому на о-о-очень большой праздник – спуск на воду стометровки.

– Неплохо, – оценила Женя масштаб события. 100 метров – это настоящая мегаяхта!

– Ну и вот, – продолжил Ян, – тусовка там собралась соответствующая – декораторы, друзья, гости, ну просто весь цвет общества. Лодку спустили, шампанское выпили, все как полагается. Хотели обратно на завод отправить…

– Брак? – ахнула Женя.

– Что ты там в офисе делаешь? – возмутился Ян. – Это они пока корпус на воду ставили, чтобы все проверить, чтобы ватерлиния была в уровень, вообще посмотреть, как себя корпус чувствует, если там влево чуть-чуть занесен или вправо, то лодку модифицируют, утяжеляют… Слушай, почему это я тебе объясняю, а не Вадим? Ну ладно… Так вот, все проверили, все хорошо, а наш дорогой Евгений Наумович вдруг просит повременить отправлять корпус на завод. «Будьте любезны, – говорит, – давайте через 10 дней все повторим, еще раз спустим на воду».

– Зачем? – удивилась Женя.

– А вот угадай, – рассмеялся Ян, довольный впечатлением Жени. – Первый раз это была тусовка с женой, а второй… Ну?

– С любовницей? – нерешительно спросила Женя.

– Точно.

Женя молчала. Ей просто нечего было сказать.

Три недели на новом месте пролетели практически мгновенно.

К десяти утра Женя ехала на ускоренный курс MBA, потом – в офис продолжать штудировать всевозможные материалы по лодкам, через вечер – к Мартине. Мир, открывшийся ей в журнале, по ошибке засунутом в ее почтовый ящик, постепенно обрастал реальными фактами.

Прежде всего, верфи – предприятия, занимающиеся постройкой яхт. Поначалу Женя путалась в обилии подобных предприятий, но затем поняла, что все не так сложно: нужно просто знать самые известные верфи и во всем остальном ориентироваться на их топовую продукцию.

Германская «Luerssen», голландские «Amels» и «Feadship» – во многом благодаря именно этим верфям германские и голландские лодки считались лучшими во всем мире и, соответственно, самыми дорогими. Например, если немецкая лодка 60 метров в длину при прочих равных стоит 70 миллионов евро, то лодка, похожая на нее по всем техническим характеристикам и декору, но уже итальянского производства, будет стоить всего 40 миллионов А если такую же лодку сделают в Турции или в Китае, то она будет стоить 30 миллионов. Что и говорить, совсем дешево!

– Почему такая разница? – выпытывала Женя у вечно торопящегося Вадима. – Это престиж?

– А как же без престижа? – удивлялся Вадим, но тут же уточнял: – Это же абсолютно разные классы. «Honda» и «Hyundai» – чувствуешь разницу? Здесь – то же самое. Турки или китайцы, например, чтобы лодку сделать более дорогой, то есть более тяжелой… Понимаешь, почему чем тяжелее, тем дороже?

– Глубже погружение, меньше качки? – спросила Женя.

– Так, молодец, – похвалил Вадим и продолжил: – Так вот, они просто заливают для утяжеления свинец или бетон, а немцы используют высококачественный металл. Все, Жень, мне некогда.

Разобраться с интерьерами ей немного помог Ян. Подобно тому как верфи ассоциировались у Жени с автомобильными концернами, у Яна именитые дизайнеры лодок – такие, как Эндрю Винч или Рэймонд Лоуи, – становились в один ряд с известными домами моды.

– А самая моя любимая, – вздыхал Ян, – это «Sigma»… Просто нереальная лодка, похожа на утюжок. Знаешь, кто был ее дизайнером? Филипп Старк.

Женя слышала про эту лодку, но ее больше поразил не дизайн, а цена – 150 миллионов евро!

В общем и целом получение новой специальности – а заодно и нового стиля жизни – оказалось не таким уж неподъемным делом.

Хотя, конечно, Жене все еще не хватало практики или хотя бы рассказов очевидцев. Злоупотреблять вниманием Вадима и Яна было уже неудобно.

Тем более что несколько дней назад у нее наконец появился новый собеседник – молодой человек из израильского филиала. Так смешно! Они познакомились около кофейного автомата: Женя подошла, а он поднял на нее глаза и уронил свой стаканчик! Так они и познакомились, потом еще пару раз обедали вместе.

Алекс приехал в Москву ненадолго, чтобы решить проблему одного капризного клиента, и фактически тоже был новичком в офисе. Симпатичный, воспитанный мужчина лет тридцати. Брюнет. Жене он очень понравился, и она тихо надеялась, что и она ему небезразлична.

Правда, в лодках он оказался не так уж и сведущ.

– Я же не брокер, – улыбнулся он ей, не сумев ответить на какой-то ее вопрос, – я – юрист. Хотя яхты люблю, правда, парусные.

И он увлеченно стал рассказывать ей про свою парусную лодку. А она с радостью отметила, что он, скорее всего, не женат. Парус – прерогатива мужского отдыха, восполняющий нехватку романтики, адреналина, игры.

Женя взглянула на Алекса по-новому. Представила его за штурвалом: белая рубашка расстегнута, видна мускулистая грудь, влажные темные волосы – ах…

– Ты не думай об этом, – по-своему расценил Алекс ее молчание, – постепенно все в голове уляжется. Лично для тебя ведь главное не лодка, а клиент. А практики при твоей работе скоро будет столько… Да тебе еще успеют надоесть эти лодки.

В день, когда закончился контракт «North Triumph Boats» с мадам Валенте, Женя поехала поблагодарить Мартину за все.

– Спасибо, Женечка, – обрадовалась ее приезду Мартина, – очень приятно было с тобой работать. Хочешь – оставайся, попьем чаю, поболтаем… Но только через час у меня группа. Кстати, если хочешь, можешь присоединиться.

И Женя с удовольствием примкнула к группе молодых людей из очень дорогого ресторана с выездным обслуживанием. Мартина рассказывала им о том, как следует рассаживать гостей.

Кое-что Женя уже знала, а что-то оказалось для нее новостью. Например, то, что супружеские пары принято за столом разъединять, если только они не являются новобрачными или не празднуют годовщину супружеской жизни.

С улыбкой Женя отметила: как же Мартина права, говоря о том, что этикет – это квинтэссенция логики поведения…

– Хотелось бы сказать еще одно, – произнесла Мартина, заканчивая лекцию. – От того, куда вас посадят во время дня рождения, вечеринки или приема, зависит не только этот вечер. В целом это может поменять ваш круг общения. Ведь каждый новый контакт за столом может оказать воздействие на дальнейший ход вашей жизни. Так что получается, что человек, распределяющий места, является своего рода вершителем судеб…

– А если человек возьмет да и пересядет на другое место? – насмешливо спросил один из слушателей. – Обманет судьбу?

– Во-первых, – строго ответила Мартина, – это будет не по протоколу, и в следующий раз вас просто не пригласят за этот стол, вычеркнут из круга, а во-вторых…

Мартина обвела слушателей своими прекрасными темными глазами и закончила:

– Если кто-то говорит, что ему удалось уйти от судьбы, это не так. Просто это была не его судьба.

Веселые молодые люди притихли.