Траарнская Академия Магии. Поступить любой ценой - Наталья Андреевна Самсонова

— Свежая, — сторож тоскливо вздохнул, — гонору у них — ужас. Мы вам платим, а значит, вы должны сделать так, чтобы мы все умели, но ничем не занимались. Это если, значится, свести их вопли в одну фразу. Верс даже думает отказаться от них. Ты иди, иди, он рад будет.

Иржин прошла через узкую калитку на знакомый до последней щербинки двор. Вон там, на скамейке, они ели свой нехитрый обед — яблоко, ломоть хлеба и кусок мяса. Вот там в тени, на турниках, учились подтягиваться. Это было ужасно тяжело и так же ужасно весело. Арена… Круглая, засыпанная белоснежным песком арена. Она менялась каждый день. Чаще всего на песке появлялась полоса препятствий, но иногда она превращалась в глубокое ледяное озеро. Или же до краев заполнялась горящими угольями. Мастер-наставник Версар исколесил все Четыре Королевства и, если верить слухам, даже переходил Завесу. Но в это Иржин не верила — на такие путешествия жизни не хватит. Да и сам мастер не подтверждал.

Выйдя к Арене, Иржин чуть сморщилась. Неужели их группа была такая же? Да нет, не может быть. Тут-то на простейшей полосе препятствий завязли парни одного с ней возраста.

— Ирж, птичка моя.

Мастер-наставник всегда подходил незаметно. Вот и сейчас высоченный, мощный седовласый мужчина крепко сжал леди дер Томна в объятиях.

— Через год придешь ко мне?

— Я в Академию поступаю, — улыбнулась Иржин. — Пришла совета просить. Пугает меня экзамен, который будет идти не менее одного часа и не более трех суток. Да еще и совет получила — взять еду и питье с собой.

— Хм, — мастер-наставник нахмурился, — Академия — это интересно. Чего тебя туда понесло-то?

— От жениха избавиться, — честно сказала Иржин.

— Есть более простые способы, — хохотнул Версар. — Пошла бы добровольцем в отряд чистильщиков. Помоталась бы пару лет по лесам Редгена — и все, ты героиня. А таких к браку не принуждают.

— Так там разрешение от главы рода нужно, — вздохнула леди дер Томна. — А я не хочу, чтобы у Валдериса был повод доставать отца. Да и поздно, в этом году я уже не успеваю. Я в Академию-то едва-едва успела.

— Главное, чтобы ты хотела учиться, — задумчиво пророкотал мастер-наставник. — Если только из-за жениха — тяжело тебе придется. Ты в платье или, как всегда, штаны с блузкой превратила в платье?

— Как всегда, — улыбнулась Иржин. — А что?

— Давай-ка на полосу. Хэй, болезные, отдых, — гаркнул Версар.

Четверо высоких и тощих парней, завязших в песочном бассейне, тут же завозились куда активней. Минуты через четыре они уже устроились в теньке и жадно присосались к фляжкам с водой.

— Сейчас девчонка покажет вам, как надо делать, — так же громко оповестил мастер-наставник.

Иржин поежилась, взгляды у четверых учеников были просто зверскими.

«Это малая толика того, что ждет тебя в Академии», — подумала вдруг леди дер Томна. И на придумку Версара посмотрела совсем другими глазами. Наставник всегда умел дать совет без лишних слов.

— Чтобы пройти эту полосу, — с усмешкой проговорила Иржин, — мне даже юбку переодевать не придется. Только туфли скину.

Мастер-наставник одобрительно кивнул, а четверка новичков тут же принялась делать ставки. До слуха Иржин долетали довольно оскорбительные предположения: кто-то считал, что она упадет и покажет всем исподнее, а кто-то решил, что она любовница мастера и он будет ей помогать.

«В Академии кто-то решит, что я пришла за мужем, а кто-то подумает, что наследный принц в опасности. Вдруг дер Томна захочет повторить старый трюк? У здравомыслящих людей и нелюдей не будет времени следить за мной и обсуждать меня — они будут учиться, получать знания и развивать навыки. Но будут и другие…» Иржин уверенно ступила на лежащее на песке бревно. Облитое маслом, оно не представляло особой опасности, за одним исключением: испачканные в масле ступни могли подвести на следующем снаряде — длинной зеркально-гладкой мраморной трубе.

Но все это было знакомо Иржин. Она столько раз падала, разбивала локти и колени, ссаживала ладони — она могла бы пройти эту полосу с закрытыми глазами. Но не стоило искушать мастера Версара. Наставник имеет собственное мнение на каждый вопрос и точно знает, как жить и куда бежать его ученикам. Если он решит перемешать препятствия или усложнить полосу — он не пожалеет на это собственной магической силы. А уж если он сочтет, что это пойдет на пользу его ученику… Мастер-наставник очень ответственно подходит к делу своей жизни.

Простые снаряды Иржин проскочила почти молниеносно. А вот перед чашей с песком остановилась. Она помнила, что новички не могли из нее выбраться. Почему? Зыбучий песок был на полосе второго уровня сложности… Что было на начальном уровне? Размер тот же, что и на втором уровне, — метров шесть в диаметре. Невысокие бортики — чуть ниже колена, их можно запросто перепрыгнуть. Но что дальше?

«Скольжение», — вспомнила она. Песок не засасывал вглубь, он просто выскальзывал из-под ног. Им потребовалось очень много времени, чтобы понять принцип этой ловушки — разбежаться и проехаться по скользящему песку. От одного края чаши к другому и дальше некрасиво выпасть с другого края. Увы, как ни бился мастер-наставник, а прыжки у Иржин так и остались «с закрытыми глазами пойдет».

Легкая зыбь, и перед леди дер Томна открывается область жидкой, отвратительной грязи. Над которой парит с десяток тонких льдисто-голубых розог. О да, макаться лицом в грязь их учили именно так. Колдовские розги оставляли жгучие следы на спинах и ягодицах, а у особенно наглых — на шеях и ступнях. Одежда оставалось целой, и, тут Иржин усмехнулась, жаловаться родителям было бесполезно. Она пробовала. Но папа, сложив утреннюю газету, прохладно сказал: «Ты сама этого хотела. Можешь бросить, но поблажки я тебе выбивать не буду. Либо как все, либо никак». На этом вопрос был решен.

Не жалея ни себя, ни платья, она ползла по грязи. Перекатывалась, уворачиваясь от крошечных разрядов молний, — наставник все-таки усложнил трассу. Но самое сложное ждало впереди. Последний отрезок трассы следовало пробежать так быстро, как только возможно. Иначе песок превратится в горящие уголья. Это если говорить о последнем уровне сложности. Но и оказаться по колено в коровьем навозе тоже приятного мало.

Ей удалось. В длинном платье, без разогрева и подготовки, она смогла пройти полосу препятствий. На нее смотрели, ей желали проигрыша, но она справилась.

Больше всего она любила последние секунды, когда, вылетая с полосы препятствий, можно было рухнуть на песок. Краткие секунды передышки — и вновь подъем,