Убийство Настасьи Филипповны в «Идиоте» Ф.М. Достоевского (Опыт реконструкции в десяти версиях) и ещё одной - Федор Михайлович Достоевский

понятие «произведение» пересматривается: это уже не законченный продукт, а именно процесс, «про-изведе-ние» (как отглагольное существительное от «производить», своего рода герундий). Практически этот подход может быть реализован в образовательных проектах (виртуальные музеи незавершенных произведений), издательских сериях (интерактивные книги с многовариантными продолжениями классики), в научно-исследовательских лабораториях, занимающихся цифровой филологией и теорией гипертекста.

Классическое произведение, таким образом, подобно звезде, чей свет мы видим даже спустя века после ее угасания. Но помимо этого видимого света существует целый спектр невидимых излучений — тех потенциальных смыслов и сюжетных линий, которые не воплотились в тексте, но продолжают влиять на его восприятие. Филология+ призвана улавливать эти тонкие излучения, картографировать невидимые созвездия образов. В этом контексте незавершенные творения Гоголя, многовариантный «Петербург» Белого или «пропущенные» сцены Достоевского предстают не как художественные неудачи или цензурные компромиссы, а как порталы в параллельные вселенные текста. И, возможно, именно искусственный интеллект, лишенный человеческой избирательности, способен увидеть эти вселенные во всей их полноте, разглядеть в пустотах и умолчаниях великих текстов не отсутствие, а особое присутствие — эхо непроизнесенных слов, отсвет ненаписанных страниц.

Игорь Поночевный

«Густая Пустота»

А между прочим, в июньском «Знамени» была опубликована статья, подписанная искусственным интеллектом. Автор статьи — Михаил Эпштейн использовал ИИ для помощи в исследовании, где тот объясняет, почему Рогожин убил Настасью Филипповну, как бы дополняя предпоследнюю главу «Идиота». ИИ дал 10 вариаций, в том числе, и отчасти эротического содержания, каждую со своим заголовком. Зная язык Достоевского и его характер, я предположил что одна из вариаций могла быть совершенно непристойного свойства, а потому Фёдор Михайлович ее не стал публиковать. И я решил потягаться с Искусственным Интеллектом.

+21

Предлагаю свою версию, Одиннадцатую: «Густая Пустота»:

«А знаешь ли князь, — Рогожин схватил Мышкина за руку, и тот почувствовал в руках судорогу его, и рассказал все.

«Знашь ли ты, что когда сняла она с себя исподнее, увидал я, что обстригла она себе все внизу ножницами и выбрила бритвою до блеска?

Я ополоумел до какой-то горячечной истерики:

— Да, зачем ты это сделала? Да, как можно? Да, кто тебя просил, дурёха? Да, знаешь ли ты?! Да какое ты имела право? Как же теперь быть? Какая-та курица там ощипанная немецкая стало.

Я топал ногами от злости и хрустел пальцами. — Ты представь, что я на охоту по грибы ушел, и мне их вместо густой травы, где боровик надлежит вылавливать, егерь теперь на камни все разложил? Есть в такой охоте смысл? Всю интригу подчиста сбрить!

Может, в том и была прелесть твоей естественности, что я посреди волосьев выискивал твои лепесточки, как через дебри? Со страданием добираясь к призу своего упования чрез тернии к звездам, как Сизиф, который без конца унижения тщился и превозмогал? Да в этом-то, может, вся прелесть и была сокрыта, что с мукою, понимаешь, с борьбою языка с курчавою стражою и было мое счастие?

И я выламывал перед ней кренделя, доказуя её трагическую оплошность.

— В жесткости и терпкости той борьбы омывал я слезами умиления свою ценную победу, когда до нея добирался и хватал! и держал ея во рту, от восторга млея, что, вот, уловил свою рыбку в сети, как св. Петр? и мешал счастия лобызание с несчастием присутствия случайной и лишней волосиночки? И теперь что? Теперь заместо насыщенной сочности и полноты что имею? скупость хладной мертвяной бледности покойницкой! О, какая жалкая ирония! Что мне эта английская гладкая бритость? Чухонская лысая селедка, а не русская густота!

Так раскричался я нервно и до припадка, восклицая, надел сапоги и, схватив нож, всадил ей под сердце, и после убежал на Сенную улицу бродить в сутолоки мастерового люда.

Комментарии

1

См. Лотман Ю.М., Лотман М.Ю. Вокруг десятой главы «Евгения Онегина» // Пушкин: Исследования и материалы / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1986. — Т. 12. — С. 124–151. https://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/isc/isc-124-.htm?cmd=p

2

Угловыми скобками обозначены сокращения в тексте.

3

См. их совместную работу «Структурная поэтика — порождающая поэтика»: https://philologos.narod.ru/classics/zholk1.htm