Разноцветные приключения Кузи - Андрей Щеглов

Дубовая веточка упала очень удачно: прямо напротив сот с медом, из-за которых тут же показались рассерженные пчелы.

Наш герой не стал медлить и очень вежливо начал говорить:

– Уважаемые пчелы, здравствуйте! Меня зовут желудь Кузя…

Он рассказал абсолютно все, чему его учили Уухта с Гуухом: о том, что есть недалеко на поляне дуб-исполин с большим дуплом высоко в стволе; о том, что на дуб готовят нападение кабаны-чужаки, которые разрушили улей этих уважаемых пчел; о том, что вокруг дуба огромная поляна, полная цветов, в которых много вкусного нектара для изготовления меда.

Пчелы собрались почти всем роем вокруг желудя и внимательно его слушали.

Сразу же после окончания рассказа одна самая большая пчела зажужжала крыльями и почтенно произнесла:

– Мы рады, уважаемый желудь, такому предложению. Сейчас же отряд моих разведчиков полетит на твою поляну и посмотрит все сам. А чтобы не заблудиться, несколько пчел возьмут веточку и перенесут тебя назад к дубу-родителю.

Кузя понял, что перед ним пчелиная королева, и со всем уважением, которому его успели обучить филины, произнес:

– О королева пчел! Не стоит так беспокоиться обо мне. Меня перенесет назад мой друг, воробьишка Чирка, которая и доставила меня сюда. Она тут рядом, ждет сигнала от вас.

Пчелы загудели при слове «воробей», но по знаку королевы затихли.

– Ты, наверно, не знаешь, маленький желудь, что воробьев нельзя назвать нашими друзьями? – немного высокомерно спросила королева и продолжила: – Но если ты поклянешься, что твоя подруга не причинит нам вреда и не заманит в ловушку к другим воробьям, то мы позволим ей забрать тебя и показать нам дорогу к поляне.

Кузя даже немного растерялся от таких слов. Он не мог придумать, какую же клятву произнести, чтобы ему поверили.

И тут его осенило!

– Я клянусь! – чуть дрожащим голосом начал желудь. – Клянусь, что не стать мне продолжением рода дубов-великанов, если Чирка обманет вас, – он чуточку помолчал и чуть рассеяно добавил: – Вот.

Пчелиная королева удовлетворенно кивнула и уже дружелюбно улыбнулась:

– Хорошо, маленький желудь. И слово «вот» было лишним, потому что я поверила в силу твоей клятвы.

Пчелы радостно загудели, и две из них полетели в сторону леса, рядом с обрывом, где должна была ждать сигнала Чирка.

Весь рой тем временем поднялся в воздух и отлетел в сторону, всем своим видом показывая воробьишке, что она может взять веточку с Кузей и двинуться в обратный путь.

Чирка несла веточку очень аккуратно и все время спрашивала Кузю:

– Ты в порядке? Силы еще есть?

Желудь ее успокаивал, что все в полнейшем порядке и он еще полон сил.

За ними на небольшом расстоянии летел небольшой рой пчел-разведчиков, которые то приближались к воробьишке и желудю, то опять отлетали чуть подальше.

Вскоре показалась родная поляна, и Кузя с восторгом закричал:

– Чирка! Мы сделали это! Мы спасли дуб-исполин!

Словно наперекор его словам, у края поляны показалась стая кабанов-чужаков, которые вышли из леса и направились прямиком к дубу.

Ужас охватил Кузю, и он со всей силы закричал пчелам, что летели сзади:

– Помогите! Умоляю вас! Остановите этих кабанов! Они сейчас начнут грызть корни дуба, и отец может погибнуть! Ведь это же они разорили ваш улей!

Последние слова стали самым важным сигналом для отряда пчел-разведчиков, и они дружно ринулись вниз на своих обидчиков.

Впереди стаи шел огромный кабан с клыкастым рылом и одним заплывшим глазом. Пчелиных укусов ему, видно, досталось не мало. Именно в него и врезался маленький отряд.

Кабан дико завизжал и бросился назад. Но отважные пчелки не унимались. Они налетали и жалили всех кабанов подряд. Их жала вонзались в туши непрошеных гостей, и те сломя голову помчались в лес.

– Ура!!! – дружно закричали Чирка и Кузя, когда увидели бегство кабанов-разбойников.

Пчелиный отряд вернулся назад и, сурово гудя, окружил воробьишку и желудя, охраняя их.

Все беспрепятственно долетели до дуба, и, когда Чирка опустила веточку с желудем возле дупла, Кузя громко сказал:

– Отец! Мы привели пчел.

Великан качнул своей кроной, словно приглашая жужжащих гостей внутрь, а Кузя увидел чуть выше на ветках два знакомых силуэта филинов. Он так обрадовался им:

– Гуух! Уухта! Вы тоже здесь! – воскликнул желудь.

Пчелы тем временем разделились на две группы, и первая залетела внутрь дупла, а вторая охраняла вход. Пробыли они там недолго. Когда маленький рой-отряд соединился вновь, к ветке с Кузей подлетела одна пчела и отчетливо отрапортовала:

– Это чудесное место для нашего нового дома! К вечеру мы уже всем роем переселимся сюда, и никто не посмеет больше причинить вреда этому чудесному дереву.

– Спасибо вам огромное, дорогие пчелы! – растроганно воскликнул Кузя. – Я так мечтал об этом, и вот моя мечта сбылась. Передайте мое почтение вашей королеве и скажите, что вас тут ждут с большим нетерпением.

Пчелы дружно загудели, хором крикнули: «Выполним!» – и стройным роем отправились в обратный путь.

Кузя вдруг почувствовал усталость, которая навалилась на него от пережитого. Он посмотрел на Чирку, которая сидела недалеко на соседней ветке, и тихо сказал:

– Я так хочу спать…

И тут снова раскатистый бас дуба-исполина заставил всех вздрогнуть:

– Торопитесь! – пророкотал он. – Моего сына нужно как можно быстрее донести до поляны, где он станет молодым деревом, и напоить земным соком. Ну же!

Чирку не нужно было просить дважды. Она подхватила веточку с Кузей и следом за двумя огромными филинами молниеносно взмыла вверх. Вдогонку дуб прогромыхал:

– Прощай, мой сын! Вырасти же великим дубом-исполином!

Кузя еле слышно прошептал: «Спасибо, отец» – и, словно во сне, стал смотреть на удаляющуюся поляну.

Снова потянулся лес и разные деревья. Воробьишка и филины летели изо всех сил, и по дороге Гуух наставлял Чирку, что ей нужно сделать по прилете. Уухта вторила ему, где и как лучше посадить желудь, объясняя при этом, что они с Гуухом не смогут помочь днем, потому что их зрение – помощник только ночью.

Наконец появилась поляна, усеянная ковром из ромашек.

Такого буйство белого цвета Кузя не мог себе и представить. Всю поляну покрывали маленькие солнышки-ромашки. Их белые лепестки и желтые сердцевинки словно тянулись к веточке с Кузей и звали к себе. На краю поляны желудь увидел небольшой родничок, от которого робким ручейком утекала хрустальная вода в глубь леса.

Чирка села в самый центр поляны, отпустила дубовую ветку и стала быстро рыть небольшую ямку в земле своим проворным клювом. Потом она сделала все, чему ее успели научить филины. Гуух и Уухта сидели на ветвях дерева, что на краю поляны, и ждали, когда воробьишка все закончит.

И вот птичка вспорхнула и полетела к роднику. Она зачерпнула клювом хрустальные капли и тут же бросилась назад, к веточке, что уже торчала из вырытой ямки только одним дубовым листочком.

Когда родниковая вода проникла в землю, скорлупа желудя треснула и в эту трещинку проникла живительная влага.

Кузя с радостью попробовал силу родниковой воды и, засыпая, прошептал:

– Спасибо! Это так вкусно!

Чирка удовлетворенно рассмотрела ямку и еще раз слетала к роднику за водой.

После этого она чирикнула и сказала:

– До встречи весной, мой дорогой друг.

Кузя не понял, почему с ним попрощались до весны. Ведь он просто устал и хотел спать! А завтра они вместе филинами и Чиркой будут обсуждать, как все замечательно получилось.

Но ответить Кузя не смог, потому что глубокий сон накрыл его своим одеялом, из-под которого так не хотелось выбираться.

Прошло несколько лет.

Молодой дубок тихо рос на ромашковой поляне.

К нему часто прилетали два филина. Иногда с птенцами, а иногда только вдвоем. Филины и молодой дуб подолгу разговаривали и делились новостями.

Спустя еще несколько лет дубок принял первую семью воробьев в свою небольшую крону. Это были внуки воробьишки Чирки, которым их бабушка рассказала удивительную историю про кроху-желудя Кузю.

Но теперь это был уже не маленький желудь, а растущий дуб-исполин.

Серебряное приключение. Кузя и карандаши

I

В обыкновенной квартире жил-был мальчик.

Вроде бы мальчик как мальчик, но… Был он таким неряшливым, что иногда мама чуть не плакала, отмывая его перепачканные руки и лицо и приговаривая: «В кого же ты такой уродился, Кузьма?»

Да. Мальчика звали именно так. Или сокращенно – Кузя.

Почему он всегда пачкался и был чем-то вымазан, Кузя и сам не понимал. Вроде бы играл, как все дети, в песочнице и строил подземные тоннели. Правда, лазил по песку в новой курточке и прямо на животе. Но зато какие глубокие проходы получались!