Графиня из другого мира - Теона Рэй

– Нашел! – радостный крик дворецкого заставил меня подпрыгнуть. Мужчина выудил с полки пыльную толстую папку черного цвета и шумно опустил ее на стол. – Так, картина “Горицвет” – семьсот золотых…

Уже на этой фразе мое сердце забилось быстрее, я даже дыхание задержала.

–…еще одна от того же автора – тысяча золотых. О, а вот и та, которую привезли в экипаже без вензелей и с двумя повозками стражников. Портрет принцессы Фиереса, Ларины. Чудесная, обворожительной красоты девушка, с тяжелой судьбой.

– Тяжелой судьбой? – переспросила я. Это у меня тяжелая судьба сейчас, у меня!

– Лет десять-двенадцать назад ее бросил жених прямо перед свадьбой, герцог Дрейк ушел к королеве Ледяных гор – Альмире Де Бурдеш. С королевой, к слову, у него отношения тоже не сложились, зато вся эта ситуация здорово испортила отношения Фиереса и Ледяных гор. Ох, чего натерпелась Альмира, пока привела свое королевство в порядок! Были времена, судя по слухам, когда ее подданные остались без куска хлеба. Собственно тогда она уже была мертва, а ее сестра, кстати тоже с Земли, продала Марье диадему, за которой охотилась половина коллекционеров мира! Вот тогда Марья и потратила все свои сбережения, шиковать дальше стало не на что.

Я перестала слушать после фразы “тоже с Земли”. В ушах зашумело и мне пришлось сесть в кресло.

– В этом мире есть еще кто-то с Земли, Хавьер?

– Ну я же и говорю – сестра Альмиры, Альбина кажется ее зовут… Не помню уж точно, я ее видел всего один раз. Да и ее королевство не так далеко, если позволит, то можешь как-нибудь нанести визит.

У меня перед глазами все поплыло, а потом я восторженно вскрикнула. Создатель, помоги мне познакомиться с этой Альбиной! Не верю своим ушам! Девушка с Земли, да еще и кто – королева!

Я визжала от радости закрыв рот ладонями, а дворецкий испуганно прижался к полкам.

– Все в порядке? – спросил он, осторожно оглядываясь, словно ища пути к отступлению.

– Ты даже не представляешь, как я рада! Хавьер, я не одна в этом вашем долбаном мире!

– Чего это он долбаный-то…

– Ой, прости, – хохотнула я. – Просто мечтой всей моей жизни было стать знаменитым журналистом, а не умереть в двадцать восемь и оказаться черт знает где. Но сейчас я ни капли не жалею, что все так случилось. Я не попала в ад, это уже хорошо, и совсем прекрасно осознавать, что совсем рядом есть кто-то такой же как я!

– Я понимаю твою радость, но давай вернемся к проблемам. Если не разберемся с ними, то остаток жизни проведешь в тюрьме.

Слова Хавьера меня отрезвили и я нырнула в документы. Так, портер Ларины – десять тысяч золотых!

– Хавьер, нам надо продать кому-то эту Ларину! Мы сразу покроем долг по налогам за один год, может тогда герцог увидит, что дело движется.

– Портреты особо спросом не пользуются, но давай попробуем. Возьмем его, несколько картин и бутылку вина урожая сто пятого года. Марья ее хранила лет пятьдесят, и все жалела выпить. Смотрела на бутылку, любовалась, даже пыль протирала, но на этом все.

Первым делом мы решили зайти в винный погреб, а потом уже пройти по бальной зале и собрать картины. С одной стороны мне было жаль распродавать имущество бабули, но с другой… С другой у меня было разваленное графство и маячащая на горизонте королевская тюрьма.

Глава 6

Тяжелую железную дверь пришлось открывать вдвоем. Я поворачивала ключ в замочной скважине, а Хавьер со всей силы приподнимал ее, потому что стену каким-то образом перекосило, всего на несколько миллиметров, но этого хватило чтобы замок сместился.

– Почему вход в туннель который ведет через все королевство, защищен меньше винного погреба? – вопрос был риторическим, поэтому дворецкий только усмехнулся.

В погребе оказалось темно, благо Хавьер взял с собой свечи и их света хватало на то, чтобы осветить несколько стеллажей.

– Самые дорогие вина находятся в конце помещения, идем вон туда, – мужчина мягко подтолкнул меня влево и пошел позади, чтобы освещать путь.

Впереди, среди нескольких пузатых бочек, показался небольшой деревянный стеллаж и на его полках пылились двадцать бутылок из темного стекла.

– Так, вот как раз та, что нам нужна, – Хавьер передал мне бутылку без этикетки, на горлышке оказалась привязана бечевка на конце которой болтался картонный квадратик. Я внимательно присмотрелась и витиеватые буквы на нем сложились в надпись – “Хордон, Юг, 105 год”.

– Сейчас семьсот одиннадцатый год, этому вину… шестьсот шесть лет?

– Верно. Эту бутылку подарили графу Де Монпас в то время, когда он покупал дом на побережье. У Его сиятельства сложились прекрасные отношения с королем Понтары, чего нельзя сказать о Марье…

– Неудивительно, – я еще раз посмотрела на бутылку. Моих познаний в алкоголе не хватало для того, чтобы понять, можно ли вообще пить вино которому больше половины тысячи лет? Мне кажется, это ну слишком большая выдержка. Передержка, я бы сказала.

– Есть еще одна, урожай так же собранный в Хордоне но в четыреста двадцатом году.

– А сколько стоят они обе?

– Та, что у тебя в руках – не знаю, но вот эту графиня купила у местного коллекционера за восемь тысяч, смею предположить что вино сто пятого года можно продать тысяч за двадцать.

Я крепче стиснула пальцы на бутылке. Двадцать тысяч! И десять – картина, и восемь – вторая бутылка… Создатель! Я обернулась и окинула взглядом весь винный погреб. Здесь если посчитать наверняка окажется не одна сотня бутылок, правда, не таких дорогих, но в любом случае ни одна из них мне не нужна. Разве что оставить несколько для гостей. Я фыркнула на этой мысли. Каких гостей? Судя по всему деревенские ко мне на чай ходить не будут. И тут я задумалась – если графиня была такой недружелюбной, то как она поддерживала отношения с другими графами, герцогами… королем? И поддерживала ли вообще?

– Алина?

Я вынырнула из раздумий, а Хавьер уже тащил меня под локоть на выход.

– А у бабули были друзья?

– Есть одна подруга, которая живет в доме на побережье.

– И все?

– Все.

– Она хотя бы поддерживала отношения, например, с тем же графом Де Вирго к чьему сыну мы сейчас поедем?

– О-о-о, – развеселившись, протянул дворецкий. – С графом Марья не дружила, а вот с его сыном… Виконт Лонд – любимый собутыльник твоей бабули.

– Да что она за человек такой, эта бабка, – ворчала я, со всей силы прижимая к себе бутылку.