Божество пустыни - Уилбур Смит

У нас на глазах один из рабов споткнулся, спускаясь по сходням на пристань. Он тяжело упал и уронил ящик, который нес на голове. Ящик ударился о каменную плиту и разбился.

На пристань вывалились серебряные слитки; я почувствовал, как бешено заколотилось сердце, когда свет отразился от металлических поверхностей. Бруски были небольшие, прямоугольные, не больше человеческой кисти; в ящике их лежало не менее двадцати. Содержимого одного такого ящика хватило бы, чтобы оплатить постройку большой триремы, которая пронесла серебро по Среднему морю. Сбылись все мои надежды и ожидания. Передо мной было огромное сокровище, появление которого я предвидел.

Трое надсмотрщиков окружили упавшего раба и яростно орудовали бичами, поднимая их над головой и обрушивая на потную кожу. Раб кричал, корчился и пытался закрыть голову руками. Бич прошелся по лицу и вырвал из глазницы правый глаз. Глаз повис на зрительном нерве, на щеке, раб мотал головой. Наконец он сомлел и утратил способность защищаться. Один из мучителей наклонился, схватил его за ноги, подтащил к краю пристани и сбросил в реку. Тело с плеском ударилось о воду и сразу погрузилось, исчезло под мутной поверхностью.

На пристани остальные рабы под крики надсмотрщиков и щелканье бичей возобновили работу. Снова пришла в движение цепочка полуодетых людей, сгибающихся под тяжестью груза. Работу словно и не прерывали.

Я тронул Зараса за плечо, привлекая его внимание, и мы быстро отползли поглубже в заросли. А когда надежно скрылись, я повел его вокруг дальней стены крепости на берег другого протока. Потребовался час осторожных и тщательных маневров, чтобы найти наблюдательный пункт, откуда я мог осматривать всю крепость и ее окрестности. Теперь я получил возможность лично проверить доклады своих шпионов.

Хотя стены в крепости были мощные и, возможно, вообще непреодолимые, они окружали небольшую площадь. На узком кряже места хватило только для самой сокровищницы и размещения небольшого отряда, способного отбить нападение малочисленного врага, прошедшего по протоку со стороны моря.

Но критяне, очевидно, понимали – чтобы противостоять большим силам противника, которые могут высадиться на берег и предпринять нападение на крепость, нужно гораздо больше сил, самое малое нескольких тысяч человек. Эту задачу критяне решили, соорудив плавучий мост через протоки реки, так что до крепости, находящейся посередине реки, они могли быстро добраться с обоих берегов.

С того места, где я лежал, открывался хороший вид на мост через восточный проток и на сушу за ним. Здесь критяне построили укрепленный лагерь, с бараками для большей части войска. Лагерь был обнесен оградой из заостренных кольев высотой в два человеческих роста. Я подсчитал, что в таком лагере может находиться от двух до трех тысяч воинов.

В каждом углу квадратной площадки лагеря высились сторожевые башни; я увидел, что крыши зданий за оградой покрыты толстым слоем грязи с речного берега; грязь засохла. Это была защита от огненных стрел, которые противник может пускать из-за ограды.

От ворот в выходящей на реку стене к началу плавучего моста критяне проложили дорогу, вымощенную черным кирпичом из высушенного речного ила. Там выходящие из лагеря воины были защищены от вражеских стрел.

Несколько баркасов, сцепленных друг с другом, служили понтонами для моста через реку. Поверх баркасов была проложена дорога из бревен. Мост позволял быстро перебрасывать воинов из лагеря туда, где они нужны.

– Они тщательно все спланировали, – высказал свое мнение Зарас, разглядывая крепость.

– Да, критяне больше всего славятся своей… тщательностью и предусмотрительностью, – согласился я, продолжая осматривать местность в поисках малейших изъянов. Но, сколько ни искал, нашел только одно слабое место. Плавучий мост. Но я уверился, что этого достаточно.

Я снова перенес внимание на пристань, где стояли три большие триремы. Изучил способ разгрузки корабля, не слишком удачный. Если бы мне предстояла такая работа, я бы установил над открытыми люками треножники и тали и поднимал бы ящики на палубу на соломенных тюфяках. Тут ждали бы телеги, которые перевезли бы ящики за ворота в крепость.

Рабы критян выносили каждый ящик отдельно, поднимаясь по лестнице со дна трюма на палубу. При такой системе нужно несколько дней на разгрузку каждого корабля.

Я встревожился. Пока я своими глазами не увидел то, что увидел, я не представлял себе грандиозности задачи. Одно дело рассуждать о сотнях лаков серебра в слитках, и совсем другое – справиться с физической тяжестью и объемом такого сокровища, чтобы захватить его и увезти на сотни лиг через море, горы и пустыни, уходя от рвущегося отомстить войска.

Я начал думать, что взвалил на плечи непосильную задачу. Отчаяние подсказывало мне единственное решение: если все-таки удастся захватить такой огромный груз, нужно будет вывезти его на глубокое место в Среднем море и выбросить в воду, чтобы до него не могли добраться ни царь Беон, ни Верховный Минос.

А я с уцелевшими людьми постараюсь уйти от гнева критян в безопасность Фив. Возможно, тогда удастся убедить Верховного Миноса, что преступник – царь Беон, но я в этом сомневался.

Решение пришло не сразу, я целый час пытался одолеть эту задачу, пока мы с Зарасом лежали в зарослях папируса. И вдруг меня осенило. Это был такой остроумный выход, что его красота меня ошеломила.

Сначала я решил, что все объясню Зарасу, но потом не стал затруднять его чем-то настолько простым и в то же время дьявольски сложным.

Я посмотрел на солнце. Некоторое время тому назад оно достигло зенита и уже было на полпути с неба. Я снова взглянул на три корабля с сокровищами и, кажется, улыбнулся. Я чувствовал, что Зарас внимательно наблюдает за мной. Он понял, что я что-то придумал, и с нетерпением ждал моих приказов, которые я еще не был готов ему отдать.

– Довольно! – сказал я ему. – Надо уходить.

– Куда, Таита?

– К нашим лодкам. До наступления ночи предстоит много сделать.

Солнце уже садилось, когда мы с Зарасом смогли вплавь и вброд вернуться туда, где оставили в лагуне свои маленькие лодки. Люди обрадовались, увидев нас снова. Думаю, они старались убедить себя, что нас не обнаружили и не убили враги и они не остались без старших и со скудными средствами. Они боролись за право получить мой приказ.

Первой из многих предстоящих мне трудных задач было переправить всех до единого моих тяжело вооруженных воинов, из которых почти никто не умел плавать, через глубокие речные потоки и добраться до крепости.

Для этого я выбрал самое маленькое и легкое из наших судов. Потом приказал снять с оставшихся двух кораблей все канаты и полезные вещи. Я подумывал, не сжечь ли корабли, но критяне обязательно увидели бы дым и послали воинов проверить. Поэтому я приказал прорубить днища и затопить суда в самой глубокой части лагуны.